Не время умирать - Джон Голд

Полиция за минувшую ночь обделалась по полной! Прямо обгадила свою репутацию так, что ее уже никогда не смыть, всплыви всё это дерьмо в СМИ. Начальник полиции сбежал, несколько патрулей и следователей перестали отвечать на звонки. Мэра города нашли мертвым в его незарегистрированном загородном доме, вместе с десятком забитых до смерти подростков. Что удивительно, когда иерархия в банде Корзы стала рассыпаться, мелкие исполнители не спешили сдаваться следствию. Вообще никто не явился с повинной, не считая того программиста.

Со слов Хриплого, там мужик попался тертый и подумал, что подельники его скорее всего убьют. Поэтому он жену с детьми отправил на дачу к теще, а сам пошел и сдался следствию.

Интересно получается. Один парень, сжегший вокзал — то есть я, и один сболтнувший в эфир лишнего полицейский поломали весь план банды Корзы. Ведь телефоны нашли только наши. У мучителей ничего такого не было. Следов самого «Хозяина имен» так и не нашли, но и дело никто не собирается закрывать. Исходя из масштабов преступления уже точно известно, что минимум две трети банды Корзы всё еще находятся на свободе. А это не меньше тридцати человек!

Судя по тому, как заерзали на месте Спицын с Ворошиловым, то, что сейчас собирается поведать Хриплый, они уже слышали. И весь разговор сводился к этому самому моменту.

— Роберт, посмотри на этих господ в форме еще раз, — Хриплый указал рукой на троицу высокопоставленных полицейских, сидящих у двери. — Полиция знает, что не сможет тебя защитить от мести Корзы. С таким уровнем организованной преступности в России еще никто и никогда не сталкивался. А месть будет! Не может Корза простить подобной оплеухи. Поэтому товарищи в форме предлагают тебе добровольно умереть. Здесь. Сегодня. И заметь, самое важное. Они предлагают сделать это безболезненно!

После слов Хриплого Ворошилов опустил взгляд, сдерживая улыбку. Ждет, гад, что испугаюсь! Я может и не помню ни черта, но суть уловил. Полиция хочет сымитировать мою смерть, чтобы Корзе стало некому мстить. А Спицын, приехавший из Москвы, служит гарантом того, что никто из присутствующих полицейских не работает на Корзу. И, наконец, сам Хриплый. Он мундирник, о котором говорил медик в скорой, а, значит, это он провожает пробудившихся одаренных до ближайшей станции Города-Поезда.

Получается, в палате собрались почти все, кто заинтересован в том, чтобы я был переправлен в Тальзеур наиболее безопастным путем. Причем решение надо принимать сейчас, пока я в больнице и о состоянии моего здоровья после пулевых ранений никто из посторонних не знает.

Смотрю на довольно скалящегося Ворошилова. Наверное, я должен уважать полицейских, как представителей закона, но это было в прошлом. До потери воспоминаний. Кто они сейчас для меня? Никто. Просто люди в погонах, с которыми судьба свела одной общей проблемой.

— Значит или я «умру» от ваших рук и исчезну. Или Корза найдет меня, даже если я переберусь жить в Город. Я согласен «умереть». И да! Спасибо, что помогаете.

Голос подал один из мужчин, сидевших у двери. Кряжистый, с резкими рублеными чертами лица, он походил скорее на ожившую гротескную статую, чем на живого человека.

— Не начни ты бузу с пожаром, эти уроды всех детей бы там положили. Так что не надо благодарить нас, парень. Мы, считай, ничего не сделали. А теперь даже задницу твою прикрыть не можем.

Хриплый одобрительно хохотнул, и из-за спинки койки показалась рука с поднятым вверх пальцем.

— А ты, я смотрю, мужик с яйцами! Заслуг чужих не присваиваешь. Уважа-а-ю! — рука мундирника опустилась мне на раненое плечо, и я дернулся от вспышки боли. — Упс. Не специально. Ну, раз согласен, значит, мелочи остались. У тебя, как одаренного, есть право взять с собой десять человек, которые с тобой поедут. Мамки, папки, сестры и да просто бабье свое прихватить. И да, собака за отдельное место считается!

Хриплый рассказывал детали переправки в Тальзеур, а я потихоньку начал вспоминать детали. Пять мест на Поезде у одаренного выкупает государство. Федерация или Империя, не важно. Деньги выдаются в банке по прибытию как подъемные средства для жизни в Империи. Так, выкупая места на Поезде, Империя защищает одаренных от их собственной неосведомленности. Обучение в Академии Магии стоит столько…. тут Хриплый решил не озвучивать точных сумм. Города разные, образовательные учреждения для одаренных тоже разные. Есть дешевые Общества одаренных. Есть Школы Магии типа наших колледжей. И есть Академии. Вот они-то самые дорогие!

У одаренного есть приоритетное право выкупить у государства недостающие места на Поезде. Именно купить! Не получить своё по праву, а именно купить. Подъемные средства у одаренного на той стороне должны быть обязательно. Это одно из железных правил в Российской Империи.

Короче, у меня есть пять мест на Поезд. Взять с собой можно только того, кто сам согласится покинуть мир Земли и перебраться в Тальзеур. По понятным причинам, билеты обратно будут тоже стоить очень-очень-очень дорого. Так что скорее всего это будет переезд в один конец.

На пять имеющихся билетов я вспомнил только двух человек. Маму и сестру Камиллу. Но потом зло в груди зашевелилось и в темечке заломило так, что я аж поморщился. Конечно! Как я мог о ней забыть.

— В плену со мной в клетке была девушка. Блондинка, стройная, примерно моего возраста. Предложите три места ей. Без нее я бы не выжил. Если после этого останутся лишние билеты, предложите сначала Камилле, а потом моей матери. Может у кого-то из них есть ухажер, которого они захотят забрать с собой в Тальзеур.

При новости о блондинке Ворошилов нахмурился и невзначай расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Молчун Спицын аж отшатнулся и часто задышал, учуяв непередаваемое амбре из смеси запаха ядреного одеколона и застарелого пота.

Сержант судорожно сглотнул, будто его сейчас вырвет. А потом в итоге не выдержал и отсел от следователя подальше.

Ворошилов уже не человек! Он вонючее оружие массового поражения.

— Злата Северова, да?! Опознали. Ее отца держат пока в каталажке, за угрозу сотруднику полиции, находящемуся при исполнении.

В голосе следователя чувствовалось совсем слабое сопротивление.

— Я не стану менять решения! Билеты достанутся им. Мы тут с вами говорим только потому, что у этой девушки смелости оказалось больше, чем у совсем уж взрослых парней.

Вроде всё обсудили, но про одну любопытнейшую деталь я не спросил. А менты, то есть товарищи полицейские, ее так и не озвучили.

— Как именно я тут умру? — вроде сам сказал, а в груди всё аж похолодело. — Больно точно не будет?

Со стороны Хриплого раздался непонятный шорох, и в шею что-то кольнуло. А потом перед глазами все потемнело.

* * *

Хриплый одним движением вытащил из тела Роберта иглу от шприца с ядом и убрал в специальную колбу. Тетродотоксин — яд, добытый из рыбы фугу — оказывает на одаренных весьма странное воздействие. Токсин не убивает одаренных, а вводит их в состояние глубокой комы. Сердцебиение почти останавливается, дыхание не прослеживается, а тело остывает до комнатной температуры.