Кроу. Суровые земли - Дем Михайлов

Утро началось с лопаты.

Завтрак начался… завтрака не было.

Да и утро трудно было назвать ранним – скорей уж очень ранним и темным. Кроу спал всего два часа. И когда встал, то обнаружил, что сжимает в руках не талию Лори, а смятую подушку. Девушка испарилась, отправившись на поиски ниточек, ведущих к раскрытию тайн.

У гнома задача сегодня и сложнее и проще одновременно. Если точнее – задач чертова прорва, и они разделялись на очень простые и на обычные. Проблема не в их выполнении, а в нехватке времени.

Ночью пришел один из больших обозов, везущих редкую древесину. Но им никто не занялся – все спали. Сейчас обозники громко храпели и явно не желали ничего покупать. Это позволило гному заняться продолжением раскопок, за что он и взялся при свете пяти коптящих свечей, установленных внутри гулкой наблюдательной башни, провалившейся под землю в незапамятные времена. Свитки грузового переноса кончились – колышки зачарованные, – поэтому гном набивал почву в заплечный мешок и в большую корзину. Как только обе емкости заполнялись до отказа, он выносил их наружу, бегом относил подальше от сторожевого поста и выбрасывал. Попутно таскал наверх камни для строительства стены. А по возвращении с «дикой» территории за постом не забывал убить пару сонных куропаток и прихватить пяток яиц. С утра все захотят жрать….

В общем, первые два часа нового дня прошли в рутинной монотонной работе. Но гном не жаловался. Он углубился под башню на четыре метра, сделав пологий широкий спуск, уходящий вниз и вперед, ныряя под стену. И провел проход на два шага дальше, неистово вгрызаясь в земляные пласты и выворачивая камни. Под самый конец раскопок удача едва заметно улыбнулась – гному попалась большая каменная плита, вывернув которую он обнаружил небольшую пустоту – вроде крохотной земляной каморки размером с чулан. Там было пусто. Просто отлично – Кроу не жаждал новых схваток с нежитью, хотя прекрасно понимал, что битвы неизбежны.

Почему?

Из-за этого места, упоминание о котором они впервые обнаружили очень давно. Обычно подобную информацию они продавали – за реальные деньги или же за крайне крутые виртуальные вещи. Порой они устраивали темные аукционы, где покупатели платили игровым золотом и драгоценными камнями, но при этом суммы объявлялись баснословные. Они зарабатывали так много, что в реальном мире жизнь была сплошным праздником. Одной роскошной светлой полосой с золотой каемочкой длиною в бесконечность.

Они были профессионалами.

Нет, не так – Вальдира сделала их профессионалами.

Они заняли в волшебном мире крайне узкую нишу, причем заняли так прочно, что у них отбою не было от работы. Помочь одним, помешать другим, обмануть третьих и открыть глаза четвертым. Прокрасться ночью в королевскую спальню и подложить спящему монарху «подарок». Пробраться в спальню по соседству и выкрасть прекрасную принцессу…. Или же ворваться среди ночи в укрепленный форпост и вырвать из лап разбойной элиты похищенную красотку. Украсть главное достояние светлого храма или же личный гроб могущественного темного лича.

Они могли все. Им платили очень много. Не скупясь и даже не пытаясь торговаться. Если какой-то неосмотрительный дурак пытался сбить цену – они просто закрывали переговоры. И на следующий день тот же дурак приносил вдвое большую сумму.

Поэтому они не цеплялись за потенциально важную информацию, могущую принести серьезную выгоду. Они любили действие. А стройка и копка была не по их части. Нет, они, бывало, копали землю, но только ради того, чтобы вырыть крайне узкий змеиный лаз, ведущий в нужное им место.

Но на этот раз они информацию придержали.

Почему? Кто его знает. Кроу точно не помнил – ему было плевать. Когда обсуждался этот вопрос, он был занят тем, что пытался забрать у Крохи последнюю гроздь изумрудного винограда, съев которую можно получить навсегда плюс три к силе. До этого они оба съели по одной грозди – их часть оплаты за работу по уничтожению отряда элитных пустынных воинов, обладающих странной магией и выглядящих как нереально продвинутые ниндзя. Они справились и получили в награду очень много денег, три полных сета неплохой воинской экипировки и десять гроздей волшебного винограда, растущего на склоне одной-единственной горы, находящейся восточней и южнее Венеции Вальдиры, как прозвали тот полузатопленный город, построенный Древними.

Так вот, он пытался забрать у Крохи последнюю гроздь винограда и поэтому лишь отмахнулся, когда спросили его мнение о дальнейшей судьбе случайно полученной информации, касающейся всеми забытой каменистой пустоши, расположенной южнее Альгоры. Он сказал тогда что-то вроде «Пофиг!», и все согласились с его мнением. Пофиг и пофиг. Истинная причина заключалась в том, что никто не хотел возиться и выяснять истинную стоимость информации. Это всегда нудно и всегда долго. А денег и без того хватало – в обоих мирах. Поэтому про каменистую долину попросту забыли. Ну, во всяком случае, забыло большинство из них. А вот насмешливый венценосный лидер забыл далеко не все – в его лобастой вместительной голове помещалось многое. И когда судьба подарила им второй пазл, он был первым, кто догадался сложить их вместе. И получил настолько неожиданный и важный результат, что… снова забросил информацию подальше в стол. Потому как опять требовалось очень много времени на еще одно определение истинной стоимости. А денег хватало и было банально лениво….

А затем они потеряли все. Кое-что потеряли навсегда. И кое-кого. Они лишились столь многого, что надолго впали в оторопелый ступор и погрузились в отчаянное молчание. Радужная полоса счастья оказалась далеко не бесконечной и оборвалась слишком внезапно. Начался черный кошмар, наполненный порой безразличием, а порой смятением. И так было до тех пор, пока с ним не связался лидер. Его привезли к нему в больничную палату. Всего опутанного пластиковыми трубками, наполненными лекарствами. Лежащего под пологом из мелкой марли. Страшно улыбающегося из-за этой тканевой преграды. И вот тогда-то он и предложил единственный устраивающий их выход. Вернуться обратно в Вальдиру. Начать все заново. Начать новое восхождение. Втайне. Без чьей-либо помощи. Без старых контактов.

И Кроу согласился. Перед ним вновь зажглась крохотная светлая искорка. Он согласился.

Оборванцем пришел сюда и начал вгрызаться в землю. А затем к нему присоединилась Кроха – самое светлое и радостное событие. Он до сих пор не мог поверить своему счастью. И часто ловил себя на том, что, лежа в темноте и обнимая Кроху, улыбается во весь рот и никак не может убрать с лица эту улыбку.

Что же касается информации об этом месте….

О, это оказалось весьма занимательно….

Под толщей каменистой земли здесь лежало небольшое и крайне необычное поселение. В мире реальном подобные места называли поселками городского типа. Здесь не было частных подворий, не имелось простых домов, срубленных из бревен. Все из кирпича и камня! Суровые двух – и трехэтажные дома, стоящие друг за другом в строгом и почти армейском порядке. Узкие улочки зажаты между высокими постройками; в те времена, когда все было в порядке, в них редко появлялись солнечные лучи. Жилые и хозяйственные постройки правильным квадратом выстроены вокруг главной городской конструкции – исполинского сооружения, собранного из разноцветных кирпичей и огромных разноцветных же плит, изукрашенных руническими символами. В стенах заключалось достаточно немного кирпичей для такой махины – под тысячу, не больше. Все остальное возведено из гигантских плит, искусно отесанных, отполированных до блеска.