Кремль 2222. Севастополь - Владислав Выставной

– Что? – с верхушки рубки отозвался выглянувший из люка Грин.

– Линь, говорю, где? Трос, который к гарпуну крепится? Как ты китов своих ловить собирался?

– Об этом я как-то не подумал, – моргнув, сказал Грин.

– Хорошо, что не подумал, – хмуро сказал Слава. – Утянул бы нас кракен черт знает куда – сами были бы не рады.

– Хватит разговоров, – тяжело сказал Зигфрид, сидевший прямо на мокрой палубе. – Пора двигать дальше!

– Да я не против, – с верхушки рубки отозвался Грин. – Только компрессор запустим, воздуха накачаем в баллоны – а то погружаться нельзя. Эй, юнга, иди сюда, поможешь!

Надо думать, юнгой он назвал Славу. Грин вовсю веселился, разыгрывая из себя настоящего командира боевого корабля. Все-таки конструктор был слегка сумасшедшим – другой не рискнул бы отправить в плавание такое древнее ненадежное корыто.

– Сейчас, – отозвался Слава. Приложил ладонь ко лбу, вглядываясь вдаль. – Что это там такое?

– Где? – Книжник проследил его взгляд. Слава смотрел в сторону Михайловского форта. Точно – там происходило какое-то движение.

– Засекли нас, – сообщил Зигфрид. – Сюда идут.

– Галеры! – понял Книжник. Растерянно поглядел на Грина. – Уходить надо! Под воду!

– А, черт… – теперь и Грин заметил вражеские корабли – те приближались с угрожающей скоростью. Занервничал. – Погружаться нельзя – воздухом запастись не успели! А, чтоб их…

Он спрыгнул вниз. Корпус затрясся, вода за кормой вспенилась, аппарат двинулся в сторону выхода из бухты, медленно набирая ход.

– Быстрее! – зарычал Зигфрид. – Нагоняют!

Галеры угрожающе увеличивались в размерах. Уже было видно, как мерно взмывают и погружаются в воду весла, сверкнули на солнце доспехи воинов. Зигфрид привычно крутанул в руке меч, но, подумав, сунул его в ножны. При всех боевых качествах веста, количественное преимущество воинов Михайловского равелина было подавляющим. Снова же попадаться в их лапы не хотелось. Что-то подсказывало: на этот раз плена не будет. В подтверждение этого предположения со стороны галер раздались гулкие хлопки. По обоим бортам вздыбились водяные столбы взрывов.

Дело принимало серьезный оборот. Одного попадания такого снаряда достаточно, чтобы хрупкая посудина камнем пошла ко дну. И дело даже не дойдет до контактного боя – их просто утопят, как котят.

Понял это и Зигфрид.

– Все вниз! – приказал он.

Слава и Книжник с готовностью подчинились. Металл борта казался хоть призрачной, но все же защитой от пуль и снарядов. Пара металлических дробин гулко ударила в борт, отскочив по касательной. Но сигнал был тревожный.

Последним внутрь забрался воин, захлопнул за собой люк, быстро закрутил «барашки». Крикнул оторопевшему Грину:

– Погружайся – или нам крышка!

– Если сейчас пойдем на погружение – тогда точно крышка! – хрипло произнес капитан. Он вжался в кресло и впал в какое-то оцепенение.

Краем глаза Книжник увидел в залитом водой иллюминаторе надвигающийся, отливающий металлом таран галеры. Сейчас ударят с налета – и сметут рубку…

Не говоря ни слова, преодолевая отчаянное сопротивление Грина, Зигфрид шагнул к капитанскому креслу и подал штурвал вперед – он запомнил, как это делал создатель аппарата. «Касатка» клюнула носом – и камнем пошла вниз.

– Стой! – отчаянно закричал Грин, буквально силой вырывая управление из лап Зигфрида. Тот сразу же отошел в сторону, придерживаясь за переборку.

Дело было сделано – они погружались.

– Проклятье… – Грин лихорадочно перебирал выключатели и вентили, двигал штурвалом – но аппарат вел себя как-то не так. – Тяга падает, рулей плохо слушается! Этот мешок со щупальцами явно что-то повредил! – он повернулся к Зигфриду, крикнул:

– Ну, зачем ты это сделал?!

– По крайней мере, у нас теперь есть время, – спокойно сказал Зигфрид. – Или ты хотел, чтобы нас выдернули из этой раковины и на фарш перемололи?

– Ничего я не хотел, – процедил Грин. – Я думал просто по бухте пройти, а не сражаться с гигантскими головоногими или головорезами на галерах! Вот что теперь делать, а?

– Но ты же умный, – сказала Кэт. – Ты что-нибудь придумаешь.

– Да что вы говорите! – нервно расхохотался Грин. – Удобно жить, когда кто-то за тебя думает!

Как-то незаметно он вытащил откуда-то пузатую металлическую фляжку и принялся отхлебывать крупными глотками. До пассажиров не сразу дошло, что во фляжке далеко не вода.

– Погоди… – произнес Зигфрид. И вдруг резко вырвал флягу из рук Грина. – Ты что ж это делаешь, гад?!

– А что еще остается? – рассмеялся капитан. Похоже, прикладывался он уже не в первый раз. – Это мой корабль, могу себе позволить!

– Он нас угробит, – сообщила Кэт.

– А мы и так уже покойники, – пьяно заявил Грин. – Мы же не успели набрать воздуха. А на одних моторах не всплыть – винты и руль повреждены. Да и если всплывем – на поверхности нас уже поджидают! Но я вас успокою: мы не всплывем…

– Заткнись! – тигрицей зарычала Кэт. Ухватила Грина за воротник, тряхнула. – А ну, включи мозги! Думай! Ведь есть какой-то выход!

Капитан лишь пьяно смеялся в ответ. Кэт хлестала его по щекам, но Грин был невменяем, рассчитывать на него не приходилось.

Батискаф медленно погружался в пучину. Это было какое-то безумие.

Семинарист вдруг почувствовал себя так, словно в нем что-то включилось. Он отодвинул в сторону Кэт, вытащил из кресла невменяемого капитана, со словами:

– Следите за ним. Как бы белая горячка не началась. Еще поломает здесь что-нибудь.

Сам плюхнулся в кресло, ухватился за штурвал, потянул на себя. Слишком резко – всех бросило к корме.

– Ник! – глухо вскрикнул Зигфрид. – Ты-то вроде не пил!

– Не мешай ему, – произнесла Кэт. – Или сам в это кресло сядь!

– Пустите меня! – несвязно промычал Грин. – Я покажу, как надо у-управлять…

Зигфрид тут же проделал с капитаном что-то такое, отчего тот враз запнулся и замолчал.

– Тихо, «Касаточка», тихо! – прошептал Книжник, выравнивая аппарат.

Он действовал так же, как и мастер, успев запомнить несколько базовых принципов: управление тягой, горизонтальными и вертикальными рулями, подруливающими винтами. Еще приборы – радар, сонар, глубиномер. Они шли на глубине метров пяти, и семинарист отчаянно пытался поднять аппарат.

Бесполезно. Скорость постепенно падала, а вместе с падением скорости увеличивалось погружение. С этим он не мог ничего поделать, как не мог сделать самое главное – продуть балластные цистерны. Весь воздух они израсходовали в борьбе с любвеобильным кальмаром.

– Что же делать… – бормотал парень, лихорадочно оглядывая приборную панель. Казалось, еще немного – и отыщется спасительная кнопочка, которая откроет волшебный путь на поверхность.