Достигая уровня смерти - Владимир Брайт

– Вилли? – На этот раз в голосе Герды не было даже намёка на воркование женщины, которая говорила с ним двадцать минут назад.

– Слушаю тебя.

– Я сделала всё, как ты сказал, – сначала ввела «Белого Джонга», затем через некоторое время – «Бентаф», а спустя ещё две-три минуты открыла рот и положила под язык нейтрализатор.

– И? – В вопросе собеседника сквозила явная заинтересованность, однако она была вызвана не заботой о здоровье ближнего, а интересом учёного, проводящего сложный лабораторный эксперимент с целью доказать или опровергнуть ту или иную гипотезу.

– Боюсь, у нас ничего не вышло. – В отличие от радостно-оживлённого Вилли, псионик была явно подавлена. – Через минуту после приёма нейтрализатора лицо нашего общего друга перекосила жуткая судорога, а глаза… – Она сглотнула слюну, как будто борясь с приступом рвоты, а затем продолжила: – Они широко распахнуты и в них отражается столько безумия, столько… В общем, я ни разу такого не видела.

– А пульс?..

Все эти истории про безумие не имели значения с точки зрения В. Вилли, это были всего лишь эмоции, на которые он, привыкший оперировать фактами учёный, никогда не обращал внимания.

– Очень слабый. Такое впечатление, что это кома. И ещё – я не могу прочитать ни одной мысли. Как будто разум мёртв.

– Пульса почти нет. Читаемая мозговая деятельность нулевая. Значит, попытка не удалась. Жаль, конечно, парня, но – ничего не поделаешь. Случай был почти безнадёжный, так что нет ничего удивительного, что его разум не выдержал.

– Думаешь, он сошёл с ума?

– А о чём тут думать? Твои слова не оставляют в этом ни малейшего сомнения.

«Грёбаный гений! – зло подумала Герда. – Сидит в своей тёплой безопасной берлоге и даёт идиотские советы, после которых люди сходят с ума и умирают. И ладно бы хоть немного расстроился, сказал бы что-нибудь вроде «Очень жаль, что так всё получилось» Но нет же – никакого раскаяния. «Ах, эта лабораторная крыса умерла, потому что ей вкололи две сумасшедшие дозы наркотиков? Ну, ничего страшного, давайте попробуем на другой, я уверен, что ещё несколько попыток – и у нас обязательно наметится определённый прогресс в опытах».

– Вилли, а ты сам-то, случайно, не киборг? – Она не хотела задавать этот вопрос, потому что всё равно не получила бы на него честного ответа, но всё же спросила.

– С чего ты взяла? – Уж к чему, к чему, а к тому, что собеседник так искренне развеселится, Герда была совершенно не готова.

– Да не очень-то ты похож на человека, – сказала она после некоторой паузы и, не дожидаясь ответа, разорвала связь.

Ей был противен этот чёртов экспериментатор, возомнивший себя гением, поэтому она не потрудилась даже соблюсти правила вежливости и попрощаться.

«Строго говоря, вообще не нужно было звонить», – подумала Герда, подойдя к распростёртому на полу человеку, чьё тело и разум в конечном итоге проиграли битву с наркотиками.

Несколько долгих секунд она неподвижно сидела рядом, пытаясь уловить хотя бы слабый проблеск мысли, но с таким же успехом можно было сидеть рядом с телевизором или платяным шкафом – в этом теле так же, как в любом неодушевлённом предмете, не было и намёка на разум.

«Долгие проводы – лишние слёзы». Она, наконец, приняла решение.

Холодная ладонь легла на лицо и закрыла глаза, в которых застыло отражение абсолютного безумия.

Герда сегодня уже один раз простилась с этим мужчиной – и вот теперь пришлось делать это повторно.

По-хорошему, нужно было прекратить агонию тела, подарив ему долгожданный покой. И она понимала, что так будет лучше для всех, но не могла нанести удар милосердия – сделать смертельную инъекцию. Просто не могла, и всё.

В соседней комнате спит Кай, он сделает для своей боевой подруги всё, что угодно. Впрочем, так же, как и она для него.

– Просыпайся. – Изящная рука псионика легла на мощное плечо спящего «танка». – Скоро рассвет, а у нас ещё осталось незавершённое дело.

Она устало закрыла глаза, пытаясь сдержать бессмысленные слёзы. И ей это почти удалось.

– Что-то случилось? – встревожено спросил Кай.

– Нет ничего. Просто немного устала. Это пройдёт.

– Тогда почему ты плачешь?

– Скоро рассвет, – вместо ответа повторила она, – нужно раздать долги.

Объяснение было не очень понятным, но Кай не стал уточнять. В конце концов, сестра всегда знала, что делать.

Вот и на этот раз она взяла брата за руку и повела в соседнюю комнату, где лежал человек, которому нужно помочь обрести покой. Они обязаны ему жизнью и поэтому…

Поэтому просто сделают это.

И тогда всё будет кончено.

Теперь – уже наверняка.

– Герда ты здесь? – ещё не успев как следует прийти в себя, мысленно спросил я.

– Да. С возвращением тебя. У нас всё получилось, – как-то чересчур уж жизнерадостно ответила красавица, будто только и ждавшая этого вопроса.

– Всё получилось? – Мне не хотелось открывать глаза, однако сделать это было необходимо, хотя бы для того, чтобы убедиться в правоте её слов.

– Давай-давай! Не робей. – Большая рука Кая дружески хлопнула меня по плечу, и так как я почувствовал это прикосновение, уже не оставалось никаких сомнений – «у нас» действительно всё получилось.

Открыв глаза, я увидел Герду и Кая, и, что самое главное, в моё тело вновь вернулась жизнь.

– Я могу двигаться! – Восторг, которого не понять здоровому человеку, пронзил всё моё существо. – Я снова могу двигаться!

– Да, можешь!

Только сейчас я обратил внимание на то, что улыбки псионика и «танка» выглядят не слишком естественно.

Создавалось впечатление, что их приклеили на лица при помощи прозрачного скотча.

«Стоп! – резко сказал я себе. – Я уже видел где-то эти дурацкие улыбки и слышал подобные разговоры, а ещё…»

Прозрение пришло неожиданно. Перед мысленным взором возникло лицо фальшивого таксиста, неудавшееся ограбление банка и киборг-охранник, убивающий поочерёдно всю нашу троицу. И самое главное – разговор с демоном сомнения, когда выяснилось, что всё происходящее – не более чем иллюзия моего собственного воображения, так как я попал в ловушку разума.