Холодные объятия - Дженнифер Арментроут

По крайней мере, в школе я, в случае чего, могла бы оказать хоть какую-то помощь, но пока, запертая в четырех стенах, чувствовала себя совершенно никчемной.

Вот именно. Связанной по рукам и ногам.

Единственным светлым пятном в этом вынужденном безделье оставались телефонные звонки и переписка со Стейси и Сэмом. Они все еще надеялись, что мы с Зейном составим им компанию для похода в кино и даже не догадывались, что отныне это невозможно. Мы с Зейном почти не виделись. И я не винила его за то, что он меня избегает. Всякий раз, когда я думала о нем, пульсирующая боль зажигалась в груди. Я не жалела о том, что сказала правду, но это ничуть не облегчало моих страданий от последствий такой откровенности.

Ужин уже был готов, и большинство Стражей готовились к ночной охоте. Прежде чем спуститься на кухню посмотреть, чем можно поживиться, я подошла к изножью кровати, где валялся мой мобильник.

Повинуясь некоему подсознательному чувству, я потянулась к трубке. И вдруг отдернула руку.

– Проклятье.

Меня поджидала бомба замедленного действия.

Сообщение от Рота двухдневной давности. Эсэмэска, на которую я все равно не стала бы отвечать. Да просто не могла ответить.

Текст казался вполне невинным. Ты еще не умерла со скуки? Но это первое сообщение, которое он написал мне с тех пор, как вернулся из своего короткого путешествия в Ад, и, стоило мне прочитать текст, как по какой-то извращенной причине мое сердце вдруг решило всерьез заняться акробатикой. Умом я понимала, что вопрос, заданный Ротом – это призыв к действию, и мой ответ означал бы согласие.

Во время нашего последнего разговора Рот оказался прав.

Я ни черта не понимала в нем. Не знала, что он затевает или чего пытается добиться от меня. Я знала только одно: его пренебрежительный отказ от того, что нас связывало, так и остался кровоточащей раной в моем сердце. И отрицать это бессмысленно. Но я не могла допустить, чтобы это произошло со мной снова.

И потом… еще был Зейн.

Судорожно вздохнув, я заставила себя отойти от кровати. Выйдя из комнаты, я сняла с запястья резинку для волос и убрала волосы в дурацкий конский хвост, вполне соответствующий моему идиотскому прикиду. Спортивные штаны, в которых я щеголяла все это время, велики как минимум на два размера, а рубашка с длинным рукавом – на пару размеров маловата.

Короче, видок еще тот.

Я обошла стороной гигантскую столовую, которая могла вместить целую команду НФЛ[45]. Оттуда доносились низкие мужские голоса, прерываемые мягким смехом Жасмин или Даники. Я на мгновение задержалась у закрытых дверей, предаваясь нелепой мечте стать частью их семьи.

В самом деле, глупо.

Я тряхнула головой и побрела на кухню. Не в ту ее часть, где Жасмин кормила своих детей, а туда, где, как мне казалось, творилось волшебство приготовления пищи. Двери бесшумно закрылись за мной. Я увидела знакомые лица тех, кто работал в нашем доме, ничуть не удивленных моим появлением в этом просторном огромном помещении.

Морис, сидевший у стола, заставленного приготовленными блюдами, обернулся и, заметив меня, улыбнулся. Он потянулся и придвинул к себе накрытую крышкой тарелку. Потом похлопал по свободному месту рядом с собой.

Я усмехнулась, запрыгивая на высокий табурет.

– Спасибо за приглашение. Хотя это лишнее.

Он пожал плечами, вручил мне вилку и нож и снял крышку, под которой оказались вкуснейшие лакомства. Тушеное мясо и красный картофель. У меня потекли слюнки.

Я набросилась на еду, пережевывая под журчание льющейся из кранов воды и перезвон посуды. После всех перипетий последнего времени эти звуки ласкали мне ухо. Кроме Мориса, никто из обслуги не обращал на меня внимания, но я чувствовала себя уютно.

Я чем-то похожа на них, этих домашних призраков. У них здесь нет ничего своего, и не к чему привязываться и прикипать душой.

Боже. С таким настроением впору торчать по уши в дерьме или валяться в луже.

Подхватив свою тарелку, я направилась к раковине, куда складывали грязную посуду. Как обычно, я попыталась помыть за собой тарелку, но кто-то из прислуги с впечатляющей ловкостью выхватил ее у меня.

– Знаете, я и сама могу убрать за собой, – заметила я.

Судомойка ничего не сказала, сунув мою тарелку в груду грязной посуды. Скорчив гримасу, я повернулась, и словно тысячи иголок впились в спину, когда мои глаза встретились с сиянием голубых глаз.

Зейн стоял на пороге кухни, и выражение его лица изменилось, когда он опустил взгляд и уставился на нож, зажатый в моей руке. Он выгнул бровь.

– Мне начинать бояться?

Я слегка опешила от такой встречи.

Подлетел Морис и быстрым движением отобрал у меня нож. Мои глаза расширились, когда он подтолкнул меня в сторону Зейна, и я почувствовала себя полной тупицей.

– Я… э-э, ужинала.

– Я так и понял. – Он снова опустил взгляд, и на этот раз я точно знала, что у меня в руках нет никакого колющего оружия. Он неотрывно смотрел на полоску тела, выглядывающую из-под короткой и тесной рубашки. Тепло хлынуло к моим щекам, а потом приятной волной потекло вниз. Когда его ресницы наконец-то дрогнули, я уже знала, что выгляжу, как помидор. – Я шел в тренажерный зал. Хочешь присоединиться?

Прежде чем я успела ответить, Морис прошел позади меня и снова многозначительно подтолкнул к Зейну. Я зыркнула в его сторону.

– Черт побери.

Он подмигнул.

Когда я повернулась к Зейну, то увидела, как кривятся его губы, словно он еле сдерживает улыбку. Хороший знак или нет?

– Конечно.

Зейн кивнул, и я последовала за ним в узкую створку рядом с необъятным холодильником. Я редко пользовалась этим черным ходом на нижние этажи.

– Я сегодня проспал, – сказал Зейн, закрывая за нами дверь. – Пропустил тренировку перед ужином.

– Что… ночь выдалась неспокойная? – Я семенила за ним по полутемному коридору, но он остановился и подождал, пока я догоню его и пойду рядом. – Как прошла охота?

– Мы нашли анклав Терьеров возле парка Рок-Крик[46]и занимались им почти всю ночь.

– Терьеров? – Когда он кивнул, мне оставалось лишь изумленно покачать головой. Терьеры – странные существа, помесь страуса и стервятника, – представляли собой еще один отряд демонических любимцев. – Но ведь это ненормально, да?

Зейн замедлил шаг, когда мы подошли к дверям одного из тренажерных залов.

– В последний раз мы видели их незадолго до того, как Дез впервые привез сюда Жасмин.