Скорость побега. Чародей поневоле - Кристофер Сташеф

«Такси» пошло на спуск и совершило посадку на задней лужайке за особняком Бочелло, рядом с продолговатым ангаром, в котором вполне мог поместиться небольшой звездолет. Как только Дар вышел из лимузина, к нему бросилась Лона и заключила его в столь крепкие объятия, что это проявление радости могло бы одарить его радикулитом.

— Слава богу, ты жив! Мы так волновались! — Она отстранилась, держа Дара за руки, и он с изумлением увидел, что глаза девушки полны слез. — Милый мой отважный дурачок! Когда в следующий раз соберешься принести себя в жертву на какой-нибудь алтарь, сделай это ради чего-нибудь стоящего, ладно?

У Дара даже не было сил ответить. Он просто не отрываясь смотрел в глаза Лоны. Похоже, она таки наконец заметила его существование.

Но тут Вайти хлопнул его по спине, подбежала Сэм, чмокнула его в щеку.

— Я так и знала, что этой мерзкой системе ты окажешься не по зубам!

Дар улыбнулся и пожал руку Сэм.

— Ага, но все же вы позволили ей слегка пожевать меня и выплюнуть!

— Нет, — покачала головой Сэм, взяла под руку Горацио и радостно взглянула на него. — Нет, не позволили.

— Что ж, воздадим должную хвалу истинным героям-спасателям, — рассмеялся Горацио и похлопал по плечу отца Марко и одного из палачей. — Я всего лишь предоставил машину и сообщил им код для проникновения в Гамелон! Поскорее переодевайтесь, друзья. Последний челнок отчаливает через десять минут!

Подмастерья «палача» весело усмехнулись и удалились.

— Великолепная операция, святой отец, — восторженно проговорил Вайти. — Вот только не пойму, как вам удалось сагитировать настоящих пыточников?

Отец Марко пожал плечами:

— Да ничего особенного тут не было, после того как компьютер подтвердил подлинность моих, так сказать, верительных грамот.

— Кстати, — нахмурился Дар, — а это вам как удалось провернуть?

— Это все моя гениальная внучка, — вздохнул Вайти. — Всякий раз, когда я уже совсем готов отчаяться в ее способности сложить сонет, она вытворяет что-нибудь в этом духе.

— Да подумаешь, что такого? — обиженно надулась Лона. — Чуточку дополнила существующую программу, вот и все.

— Это «маленькое дополнение» заключалось в том, что имя отца Марко было внесено в перечень лиц, имеющих допуск к сверхсекретной информации.

Дар выпучил глаза.

— Но как же отцу Марко удалось пробраться через все посты?

— Секрет фирмы, — поспешно отозвалась Лона. — Только я не пойму, почему вы все так изумляетесь. То есть компьютеры, конечно, машины умные, спору нет, но не слишком сообразительные.

Вернулись подручные отца Марко, переодетые в бархатные камзолы. Горацио поторопил всех к ангару:

— Все на яхту, да поскорей! Время не ждет! Если мы промедлим, Генеральный Секретарь станет Генеральным Диктатором, и нам не позволят взлететь с Терры! Поспешим, нас ждет «Отважный новый мир»!

Так оно и было. Именно «Отважным новым миром» назвали соратники Бочелло только что приобретенный ими списанный корабль, и назвали его так в честь Шекспира, а отнюдь не в честь Хаксли. Шаттл снизился над Морем Ясности, и все увидели звездолет длиной в четверть мили и шириной в восемьсот футов. Он весело поблескивал и всем своим видом сулил новое, прекрасное будущее. Шаттл опустился в подземную шахту, стены которой были забраны бежевыми панелями, а пол был устлан алым ковром. Горацио быстро зашагал по туннелю и вскоре вывел всю компанию в круглый зал. Через широкие двустворчатые двери торопливо выходили люди в походной одежде, с рюкзаками за спиной и тут же плавно взлетали вверх, несомые антигравитационным полем.

— Там, наверху, звездолет, — пояснил Горацио. — Посадка близится к концу. Ну, решайте. Летите с нами?

— Я полечу, — лучисто улыбнулась ему Сэм. — Куда бы ты ни отправился — я с тобой!

Горацио ответил ей нежной улыбкой.

— Это так трогательно, моя милая. Особенно потому, что я не везу с собой ни гроша. Не думаю, что будешь так уж счастлива, оказавшись в отсталом обществе рядом с таким старым дурнем.

— Счастлива — это не то слово, — решительно заявила Сэм. — Помимо всего прочего, я стану настоящей леди.

— Но жить будешь в замке, больше похожем на хижину, — напомнил ей Горацио. — Без центрального отопления и кондиционеров. Без водопровода. А сидеть зимой по утрам в неотапливаемом помещении очень холодно. И в тазу для умывания вода будет замерзать.

— Ничего, привыкну.

— Нет, не привыкнешь. На самом деле «ты» перестанешь существовать еще до того, как мы совершим посадку. Мы все соберемся у церебросканера, который сотрет из нашей памяти все воспоминания об этом мире — страшном сне, полном жутких достижений технического прогресса. Затем в наше сознание будут имплантированы ложные воспоминания, и каждый из нас на долгие годы станет человеком из Общества. Если кто-то пожелает вернуться, его сознание будет очищено отложных воспоминаний, а прежние будут возвращены на место. Так что ты забудешь, кто такая Сэм. Ты будешь помнить, что ты — леди Логир.