StarCraft. Я - Менгск - Грэм Макнилл

С удьба пляшет под мою дудку…

Валериан вспомнил эти слова, когда посмотрел на гигантский голографический проектор РИИ на главной торговой площади Грамерси-Сити, столицы Тирадора-VIII. Рекламный искусственный интеллект проецировал над мерцающим подиумом перед гигантским небоскребом изображение целых тридцати метров в ширину и девяти в высоту.

Обычно РИИ рекламировал одежду, безалкогольные напитки или последние модели наземных автомобилей, но сегодня все было по-другому.

Мерцающее трехмерное изображение лица Арктура Менгска парило над подиумом, и на этот раз Менгск вещал напрямую – без вмешательства цензоров Конфедерации или редакторов UNN. Тысяча с лишним людей заполнили площадь: торговцы, покупатели, бизнесмены, беженцы, преступники и служители закона – все молчали в волнительном ожидании, ловя каждый звук, исходящий из громкоговорителей, вмонтированных в подиум.

«Братья терраны! – вещал Менгск словно строгий, но великодушный бог, снизошедший на грешную землю. – Обращаюсь к вам в свете недавних событий, чтобы воззвать к рассудку! Ведь ни один человек не посмеет отрицать того, насколько опасно нынешнее время. Пока мы сражаемся друг с другом, раздробленные мелкими дрязгами нашей общей истории, нас вот-вот захлестнет волна гораздо большего противостояния. И эта волна угрожает разрушить все, чего мы достигли».

Голос Арктура Менгска звучал на фоне великолепных и вдохновляющих кадров: истребители «Мираж», летящие в боевом порядке над бескрайними пейзажами.

Валериан всмотрелся в лица жителей Грамерси-Сити, окружающих его. От столь огромного количества народа он испытывал чувство легкой ошарашенности. До сегодняшнего дня максимум людей, что юноша видел в одном месте, были около дюжины слуг в доме дедушки на Умодже. Казалось, это было так давно, словно в другой жизни.

Идея воспользоваться Тирадором-VIII в качестве убежища возникла у Валериана. Он предложил спрятаться не на задворках сектора, а среди жителей густонаселенной планеты. Хотя учитывая бедствия, свалившиеся в последние месяцы на головы конфедератов, а также звучащее из динамиков заявление отца, вынужденные перелеты, похоже, подошли к концу.

«Настало время нам, как нациям в целом, так и отдельным личностям, оставить в стороне стародавнюю вражду и объединиться, – продолжал вещать громоподобный голос Менгска. Видеоряд сменился: на экране появились мощные линейные крейсеры, величественно проплывающие по небу Корхала. – Потоки войны, в которой не будет победителей, мчатся на нас, и мы должны подняться как можно выше, чтобы не исчезнуть в пучине наводнения».

Голограмма пылающего от носа до кормы линейного крейсера Конфедерации появилась перед зрителями. Толпа взревела – гнев и обида, копившиеся долгие десятилетия, вырвались наружу.

Отец Валериана продолжал:

«Конфедерации более не существует. Какое бы подобие единства и защиты она не обеспечивала когда-то, сейчас это лишь фантом… лишь воспоминания. К кому вы обратитесь за защитой теперь, перед лицом неистовствующих врагов?»

Подборка видеосюжетов продолжалась, одобрительные крики не затихали. Разрушенный крейсер Конфедерации сменили кадры ярких трассирующих очередей из аппарата протоссов – перехватчика, как уже знал Валериан. Затем появилось изображение медленно дрейфующего в космосе Надзирателя – высшего организма зергов.

«Разгром, учиненный инопланетными захватчиками, очевиден. Мы видели своими глазами, как наши дома и поселения уничтожаются методичными ударами протоссов. Как друзей и любимых истребляют кошмарные зерги. Таковы знамения нашего времени – беспрецедентные и невообразимые».

Подрагивающая голограмма вспыхнула ярче – появилась эскадрилья стреляющих из лазерных пушек «Миражей». Истребители пронеслись по экрану и исчезли. То, во что они стреляли, осталось за кадром.

«Братья мои терраны, пришло время сплотиться под новым знаменем! – воззвал Менгск-старший. – Наша сила в единстве, и многочисленные диссидентские группировки уже примкнули к нам! Мы сплавим множество осколков в неделимое целое и вверим все единственному престолу. И, находясь на этом престоле, я буду оберегать вас».

По спине Валериана побежали мурашки. Он не знал, от облегчения это или от страха. Слова отца прозвучали, скорее, как предупреждение, нежели как обещание защиты. Картинка вернулась к высоким небоскребам-шпилям, которые, вопреки всем тяготам, возвели на Корхале среди выжженных пустошей, среди наследия беспощадной атаки конфедератов. Камера приблизилась к зданиям, а затем в фокусе остался лишь огромный черный флаг с символом, который за прошедшие несколько лет стал знаком каждому: красная рука с зажатым в кулаке кнутом. Хвост кнута заключал рисунок в круг.

Сыны Корхала.

РИИ демонстрировал флаг, пока Арктур не произнес заключительные слова:

«С этого дня и впредь да не посмеет человек пойти войной на человека. Да не вступит никакая терранская организация в сговор против нашего нового начала. И никто из людей не спутается с чужаками. Я говорю врагам человечества: спешите убраться с нашего пути! Ибо мы пойдем до конца и не постоим за ценой!»

Трансляция закончилась. Неподвижный символ Сынов Корхала повис над подиумом, а затем помехи сформировали светящуюся колонну «белого шума».

Валериан отвернулся от рекламной установки, когда услышал знакомое щелканье и шипение – голографические проекторы запускались, чтобы повторить сообщение еще раз. Юноше не хотелось слушать его снова: он запомнил все с первого раза.

Развернувшись, он пошел вдоль переполненного народом проспекта, проталкиваясь сквозь поток ликующих людей, которые стремились к центру площади. Валериан вышел на знакомый переулок, где находилась маленькая кофейня, куда он частенько заглядывал.

Кофейня была пуста. Валериан плеснул себе горячего напитка, положил на потертое дерево стойки несколько банкнот и сел у окна. Наблюдая за ликующими толпами проходящих мимо людей, он видел, как их лица светятся счастьем. Юноша знал, что какое-то время местные жители будут поминать сегодняшний день добрым словом: день, когда ненавистную Конфедерацию свергли и заменили на…

Что ж, до настоящего момента никто не был уверен в том, кто заполнит вакуум власти, оставленный внезапной и шокирующей кончиной Конфедерации.

Никто. За исключением Валериана Менгска.

Он-то точно знал, кто возьмет власть в свои руки.

Сегодняшнее объявление на весь сектор все только подтвердило. Его отец объявил себя императором Доминиона Терранов – Арктуром Менгском Первым. Правда, ни у кого не было уверенности в законности его притязаний. Валериан слышал, как некоторые говорили о свободных выборах, в то время как другие выкрикивали лозунги в поддержку человека, который еще вчера разыскивался по всему пространству Конфедерации как террорист, заочно приговоренный к смерти.