Сближение - Кристофер Прист

– Ты едешь?

– Да я сумку забыл. – Он показал на место снаружи жилого корпуса, где бросил багаж. – Сейчас возьму. Буду через минуту.

Лу поднялась по ступенькам, нагнулась и прошла внутрь. Тарент увидел, как она остановилась на пороге, а спустя секунду повернулась, слегка наклонилась назад и последний раз обвела взглядом Ферму Уэйна. С улыбкой. А потом посмотрела на него.

– Спасибо, Тарент.

Лу исчезла внутри, но через секунду кто-то другой показался в проеме, нагнувшись, переступил через порог и встал на верхнюю ступеньку выдвижной лестницы. Это была женщина. Она коротко глянула на Тарента, но тут же отвернулась. Волосы ее скрывал платок, а пальцами левой руки она постоянно постукивала себя за левым ухом. Это была Фло.

Она обратилась к Хамиду:

– Что за задержка?

– Скоро отправляемся, мадам. Нужно забрать двух пассажиров.

– Мы опаздываем. У меня встреча в министерстве меньше чем через два часа.

– Да, Табиб Маллинан. После этого никаких задержек. Вот-вот отправляемся.

Фло посмотрела в упор на Тарента и поинтересовалась:

– У вас есть разрешение ехать на этом бронетранспортере?

– Фло? – промямлил Тарент, его сердце бешено стучало.

Ее взгляд стал пристальнее:

– Почему вы так меня назвали? Кто вы?

Она говорила так, словно совершенно не узнавала Тибора. Тот уставился на нее, чувствуя, как подступают шок, неверие, даже ужас, как его охватывает безумие. Только накануне вечером, в клинике….

А теперь в грузовом отсеке «Мебшера»…

Он спросил слабым голосом:

– Ты не помнишь меня, Фло?

– А должна?

– Мы встретились пару дней назад. В путешествии.

– Я не путешествую, как вы выразились. Что за дело привело вас сюда? Предъявите мне свой допуск.

Тарент понимал, что рядом есть и другие люди: Лу в пассажирском салоне наверняка слышала это, Ибрагим и Хамид стояли рядом, да и охранник тоже. Фло говорила громко, авторитетно и властно.

– Фло… это ведь ты, да? Ты мне не назвала фамилию, но я теперь знаю – Маллинан. – Он все еще держал в руке паспорт в белой обложке, поэтому протянул его Фло. – Я Тибор. Тибор Тарент. Мы знакомы. Ты хотела, чтобы…

– Вы здесь по делам министерства?

– Нет.

– Это правительственный бронетранспортер по служебной надобности. Вы меня задерживаете.

– Я тоже ехал по заданию правительства.

– Почему вы назвали меня по фамилии? Я знаю вас? Мы встречались раньше?

– Да, мы встретились в другом «Мебшере», до атаки.

– Какой еще атаки? – Она посмотрела на остальных, а потом заявила высокомерным тоном: – Оставьте нас, это конфиденциальный разговор.

Она замерла в ожидании. Хамид и Ибрагим обошли бронетранспортер и проворно забрались в водительский отсек. Охранник удалился в направлении клиники. Тарент оглянулся и посмотрел на корпуса, думая, что к машине идут другие люди, решив выяснить, что происходит, но двор был пуст. Через минуту люк водительского отсека плотно закрылся.

Фло сказала:

– Позвольте мне взглянуть на паспорт.

Тарент протянул ей бумагу, и на долю секунды кончики их пальцев соприкоснулись. Фло открыла паспорт, прочла информацию на первом развороте, потом изучила фотографию Тарента на последней странице и одновременно прижала два пальца к имплантату, скрытому за ухом, даже специально подняла локоть, пытаясь скрыть свои действия.

Потом отдала Тибору паспорт и сказала:

– Я не знаю, кто вы, мистер Тарент, и что у вас за дело. Но вы используете этот паспорт незаконно. У вас нет дипломатических полномочий, насколько я могу определить, и никаких законных дел с Управлением зарубежной дислокации или Министерством обороны. Я аннулировала этот паспорт, так что если хотите поехать за рубеж, нужно подать на новый. А сейчас у меня работа.

– Фло, пожалуйста!

– Чего вы хотите?

– Можно поговорить наедине?

– Мы и так говорим наедине. Я никогда с вами раньше не встречалась. При каких обстоятельствах вам выдали этот паспорт? И вы так и не ответили, почему назвали меня домашним именем.

– Ты правда меня не помнишь? – Он вдруг поднял «Кэнон», поймал в объектив ее лицо и сделал три снимка подряд. Женщина слегка отшатнулась. – Квантовые линзы, Фло. Ты меня предупреждала.

– У вас нет права…

– Ты это уже говорила. А еще про Ритвельда… Он тоже рассказывал мне, давно. Я вспомнил. Он предупреждал, что квантовое сближение – опасная вещь. Ты сказала, что я встречался с Тийсом Ритвельдом, и ты была права.

За спиной Фло появился какой-то мужчина выше нее ростом, но он все еще оставался внутри пассажирского отсека, поэтому рассмотреть его было трудно. Пассажир поднял камеру над плечом Фло и наставил объектив на Тарента. Затвор открылся и закрылся.

Потом фотограф вернулся в салон, и Тарент не успел его рассмотреть.

Фло коснулась рукой уха, подождала, а потом слегка наклонила голову.

– Если вы не отдадите камеры сегодня же, то их конфискуют! – Она перешла на крик: – Мне больше нечего сказать!

Она отвернулась и нырнула обратно в отсек. Тарент порывисто рванулся за ней и схватился за поручни. Фло уже прошла в переднюю часть машины и, наклонившись, говорила с человеком, которого, насколько знал Тибор, звали Хейдар. Лу сидела рядом с люком. Она смотрела на Тарента широко открытыми, перепуганными глазами и, казалось, отшатнулась от него, сохраняя дистанцию.

Тарент понял, что забыл сумку, которая так и лежала на дальнем краю двора. Надо было сбегать за ней. Двигатель «Мебшера» уже наращивал обороты, валил черный дым.

Перед глазами все поплыло, как в тумане, разум не смог интерпретировать то, что чувствовал, что видел своими глазами.

Он видел…

Рядом с Лу сидел мужчина. Тот самый, что подходил к люку за спиной Фло. Несколько фотоаппаратов болтались у него на плече, обеими руками он держал шпионский «Кэнон», нацелил камеру на лицо Тибора и нажал спуск затвора.

Лу явно страшно перепугалась, не зная, что делать. Она смотрела то на самого Тарента, то на мужчину, похожего на него как две капли воды, то снова на Тарента.

Тибор отшатнулся. Он почувствовал, как закрывается гидравлическая дверь, в панике сбежал по ступенькам, споткнувшись на последней, поскольку лестница уже оторвалась от бетона и стала складываться, и успел ободрать ладонь, когда в спешке спрыгивал на землю.

Он чуть не рухнул на бетонную площадку, но, как только восстановил равновесие, схватил один из фотоаппаратов, висевших на плече, и дрожащими пальцами нажал кнопку спуска, переведя «Кэнон» в режим непрерывной съемки и делая по три кадра в секунду: «Мебшер», дрожащее черное нутро бронетранспортера, дым, люк, закрывающийся на гидравлических рычагах. Когда дверь встала на место, металлический заусенец прижало крышкой, но в итоге острый край снова отогнулся, торча из гладкой металлической обшивки.