Пилот на войне - Клим Жуков

Июнь, 2622 г.

Город Хордад

Планета Паркида, система Вахрам

Дракон — Скорпиону.

Приказываю инициировать термоядерную атаку на флот ОН в системе Вахрам по варианту «Манихей». Сделайте все, чтобы адмирал пошел на такой шаг.

Скорпион — Дракону.

Вариант «Манихей» отрабатывается согласно плану. Ответственно заявляю, что военная победа сомнительна даже в случае успеха ТЯ атаки.

Дракон — Скорпиону.

В данный момент военная победа уже не важна. Схема переводится в подпольный режим. Действуйте.

Штаб соединения «Юг» — Главкому.

Готовы к высадке основных сил десанта. Ждем ваших распоряжений.

Штаб соединения «Восток» — Главкому.

Второй штурм цитадели Керсасп провалился. Нет возможности развивать наступление по утвержденному графику. Несем ощутимые потери в живой силе и матчасти, особенно флуггерах. Прошу поспешить с началом генерального наступления.

Главком — Штабу соединения «Восток».

Приказываю ждать. Сигнал к началу общего наступления: «Время московское!» Подробности в красных пакетах. Наберитесь терпения, товарищи. Победа близка, но противник должен сделать первый шаг. С нами Россия и Бог.

Пантелеев

После охоты в атмосфере Бирба наш «Дзуйхо» переместился в точку встречи, где концентрировался флот вторжения. Примерно в шести миллионах километров от неразлучной парочки Бирб — Паркида, так сказать, на встречном орбитальном курсе.

Нас держали на полетной палубе, и мы ничего не видели, да и не смогли бы, будь мы даже на ходовом мостике. В расчлененном боевом порядке дистанция от вымпела до вымпела составляет десятки километров, так что разглядеть что-то внятное глазами нереально.

Первый удар нанесли X-крейсера.

Звездолеты-ракетоносцы вынырнули из граничного слоя X-матрицы в гуще орбитальной группировки Конкордии, чтобы врезать со всех бортов и сбежать. Атака сразу четырех субмарин из потусторонней тени — жуткая вещь.

Залп ударного X-крейсера — это восемь ракет «Шпиль» разом. «Шпиль» рядом с германским «Пацификом» или «Титаниром» отечественного производства не впечатляет. Зато X-крейсер имеет возможность применить его в упор, с дистанции хоть бы и в пару километров. И всего через девять секунд после материализации — таково время гарантированной реакции систем захвата и наведения.

При космических скоростях что километр, что вся сотня — один черт.

Ни увернуться, ни навести средства ПКО возможности нет.

А точность у «Шпилей» такая, что можно в бильярд играть.

Не могу представить, что ощутили клоны, когда посреди трех кильватерных колонн, в которых ожидали битвы их корабли, внезапно вынырнули X-крейсера.

Желтоватое сияние, детекторы фиксируют стремительный солитон дираковских монополей, расходящийся кругом, а все системы оповещения надрываются: «Чужой! Вот он! Расстояние пять, превышение два, пеленг на шесть часов!»

— Борт облучается радарами наведения, — рапортует парсер на боевой мостик.

Экипаж не успевает ничего сделать, потому что через секунду следует доклад:

— Облучение подсистем прицельными дальномерами.

Это значит, что вот-вот к дюзам, постам связи, ракетным шахтам, цитаделям ПКО, полетным постам, катапультам флуггеров рванутся смертоносные «Шпили».

Строй рушится.

Звездолеты прогревают реакторы, дают тягу на маршевые, в боевые части сыплются команды: валить чужака!

Поздно.

Восемь тяжелых ракет бьют в упор. Подлетное время исчисляется долями секунд. Десять километров — это дистанция инерционного выхода «Шпиля» на вышибном заряде! Каждый удар с дьявольской точностью, с сантиметровыми отклонениями!

Десять секунд на перезарядку — и еще восемь ракет! Десять секунд — и еще восемь!

Полминуты. В космосе снова разливается зыбкое желтое марево, снова расходится солитон Бруно-Левашова, фиксируемый бесстрастными детекторами…

Ракеты «Аждат», снаряды главного калибра рассекают пустой, абсолютно безопасный теперь участок космоса.

X-крейсер погрузился в граничный слой.