Иллюзион - Антон Медведев

Константин ответил не сразу. Взял со столика бутылку с минеральной водой, открыл ее, сделал несколько глотков. Аккуратно закрутил крышку, поставил обратно на столик.

— Скажи, Степан, — тихо сказал он, взглянув на напарника. — Ты в привидения веришь?..

* * *

Я ничем не мог помочь Кире — все решали секунды, мне оставалось только смотреть на происходящее. Вот Виктор подскочил к женщине, взмахнул ножом. И вдруг замер…

Было трудно понять, что с ним случилось. Казалось, Виктор борется с невидимым противником: нож в его руке дрожал, затем пальцы медленно разжались. Я видел, как нож упал на асфальт, видел смотревшую на Виктора Киру — женщина стояла, держа перед собой корзинку. Она словно прикрывалась ею: странно, но лицо жены Дмитрия показалось мне удивленным. Казалось, что поведение Виктора озадачило ее не меньше, чем меня.

Осознав, что не может ничего сделать, Виктор бросился к машине, открыл дверь с моей стороны.

— Перелазь на то сиденье! — выдохнул он, его лицо покрылось потом. — Пусти меня за руль, быстро!

Ситуация, на мой взгляд, не требовала столь поспешного и панического бегства. Тем не менее спорить я не стал и перебрался на сиденье пассажира. Виктор тут же занял водительское кресло, машина рванулась с места. Не вперед, как я ожидал, назад.

Сдав задним ходом порядка тридцати метров, Виктор остановил машину. Его лицо было злым, губы плотно сжаты.

Кира быстро шла к воротам дома. Я взглянул на нее — и только теперь понял, что задумал Виктор.

— Ты что! — Я попытался ухватиться за руль. — Не смей!

— Не лезь! — рявкнул он и переключил передачу, меня вжало в спинку сиденья.

Не раздумывая, я ударил его кулаком в челюсть, но попал неудачно — ученик Харама успел наклониться, кулак лишь скользнул по его затылку. Снова схватился за руль, — мой компаньон опять оттолкнул меня. Машина стремительно набирала скорость.

И в этот момент вновь произошло нечто странное. Виктор вдруг громко застонал и сам вывернул руль, несшаяся на убегающую женщину машина вильнула в сторону. Мгновение, и Кира осталась позади. Я видел, как она открыла калитку и быстро вошла во двор.

— От-пус-ти!!! — по слогам прохрипел Виктор. Его лицо было неестественно красным, глаза налились кровью.

— Я не держу… — ответил я, удивленно глядя на него. — В столб въедешь! — Мне пришлось вновь ухватиться за руль и вернуть машину на дорогу. — Тормози!

Послышался визг тормозов, меня кинуло вперед. Я с трудом удержался, уцепившись одной рукой за сиденье, а другой опершись о приборную панель.

Машина остановилась, двигатель заглох. Виктор сидел, глядя прямо перед собой, и тяжело дышал.

— Молчи… — хрипло процедил он, его заметно трясло.

— Давай опять поменяемся местами? — предложил я. — Нам лучше уехать отсюда.

Виктор ничего не ответил. Но когда я открыл дверь и вышел из машины, перебрался на мое сиденье. Я занял место водителя, завел машину — запомнил, как это делать. Минуту спустя мы уже ехали прочь от дома Дмитрия.

— Это была плохая идея. Убить Киру.

— Да не собирался ее никто убивать… — тихо произнес Виктор. — Надо было просто ранить ее.

— Чтобы Дмитрий достал свой Ключ? — догадался я.

— Да… Только им он мог спасти ее… — Виктор вдруг всхлипнул.

— Ты чего? — не понял я. — Брось, Харам тебя не накажет. Она же ведьма — ты сам видел, что она с тобой сделала. Вот пусть твой учитель сам с ней и разбирается.

— Ты не понял… — покачал головой он. — Это не Кира. Это уже давно, еще с зимы. Я не могу никого убить, понимаешь? Даже ударить не могу. Не получается… — Он снова шмыгнул носом. — Как будто кто-то хватает меня за руки.

— А как же Лиза и Ирина? — напомнил я. — И Глеб?

— Да не убивал я их… — ответил он, его голос дрожал. — Лизу действительно убили в лифте, но я к этому не имею никакого отношения. Проклятие на нее уже не действовало, я проверял. Ирина умерла еще год назад — то ли СПИД, то ли гепатит… Она же кололась. Глеб еще раньше разбился на машине, я здесь тоже ни при чем.

— Но ты говорил нам, что это ты их убил? Разве не так?

— Я просто хотел вас позлить. Там, в поезде, у меня тоже все равно бы ничего не получилось. Настя испортила пистолет, но могла бы этого и не делать. Я просто не сумел бы до конца нажать на курок — теперь я в этом уже уверен. Чувствовал, что у меня не получается, но списал все на волнение и на испорченный пистолет. А потом, уже в Москве, хотел одного типа убить — ты его не знаешь. Оскорбил он меня, я и выхватил нож. Можно было этого не делать, но мне давно хотелось кого-нибудь убить. Проверить себя в деле, посмотреть, получится ли? Попытался ударить его, и не смог. Он, правда, испугался и убежал, но я-то знал, что не смог убить его. И вот теперь опять… — Виктор тяжело вздохнул. — Что я скажу Хараму? Что меня околдовали?

— Но Сергея ведь убил ты?

— Его убило проклятие.

— Брось… Проклятие не убивает само по себе. Его наслал именно ты.

— Я от этого и не отказываюсь. И я действительно хотел вас убить. До сих пор хочу… — Он зло посмотрел на меня. — Вам просто повезло. Если бы вас отказался убить я, проклятие наслал бы сам Харам. И от него бы вы уже точно не ушли.

— Так ты еще и в спасители метишь? — усмехнулся я. — Круто. Из подонков в ангелы.

— Никуда я не мечу. — Злость явно действовала на Виктора отрезвляющие, он приходил в себя. — Просто говорю все как было. И не доставай меня — я еще не забыл, как ты пытался меня ударить.

— Ты хотел убить Киру. И не предупредил меня об этом.

— И ты бы, конечно, согласился мне помогать? — хмыкнул он.

— Нет.

— Вот потому Харам и велел ничего тебе не говорить. Предложил поставить перед фактом. Сказал, что ты слишком мягкотелый для таких дел. Что к вкусу крови тебя надо приучать постепенно.

— Я не подписывался на убийства. Чувствую, что загостился у вас и с этим пора завязывать.

— Скажи это Хараму сам… — Виктор отвернулся, и до самой гостиницы больше не проронил ни слова.

В гостинице мы поднялись в свой номер. Я умылся, идти к Хараму у меня не было никакого желания. Это, очевидно, понимал и Виктор: выпив стакан воды, ученик мага окинул меня неприязненным взглядом.

— Пошли, — произнес он, в его душе явно боролись ненависть ко мне и нежелание появляться перед Харамом в одиночку. — Ты должен будешь рассказать все, что видел. Подтвердишь мои слова.

— Вообще-то я никому ничего не должен, — ответил я. Потом, видя, что Виктор вот-вот вспылит, усмехнулся: — Ладно, не трясись так. Пошли…

Номер Харама находился неподалеку от нашего. Виктор глубоко вздохнул, осторожно постучал. Я понимал, что он боится показываться на глаза своему учителю.