Как я был пособием - Петр Ингвин

– Марианна, проверь татуировку, – распорядилась царисса и обернулась к выбравшимся из-под земли бойникам: – Здесь его ждали, еще можно настигнуть. За мной!

Царевна глянула на загривок трупа:

– Ваш, местный.

Позади из лаза донесся шум: к нам выбиралась Тома с сопровождающими.

Со вздохом покосившись на меня, Марианна умчалась вслед за матерью: колени чуть согнуты, обнаженный клинок в руке… настоящий боец, только вряд ли сумеет показать доблесть, противник уже далеко. Причем, как мне кажется, не в садах, а в более близком отсюда поселке, там затеряться намного проще. Я бы сделал так. Поэтому мы с Юлианом остались дожидаться появления Томы.

– Он что-то сказал? – Ее высунувшаяся из земли голова по-хозяйски оглядела округу, после чего взор сосредоточился на нас.

– Не успел. – Я указал на причину – разочарованно скребущую обритый череп Пиявку. – А Добрик?

– Клянется, что не знает, кто это. Что застали врасплох. Что хотел звать на помощь. Я посадила его под арест. Где гостьи?

Не успел я обернуться к садам, как Марианна и Ася появились сами. Они шли медленно, мечи – в ножнах. Бойники замыкали процессию. Результат погони читался на лицах.

– Гав! – сказал Шарик, ластясь к обиженной Пиявке, которую оставили без мяса.

Вновь собравшаяся компания отряхнулась и привела себя в подобие порядка.

– Неплохая прогулка, – весело произнесла царисса.

Темные, почти черные глаза искрили задором, коренастое тело не чувствовало веса доспехов и навешанного оружия. Происходящее она воспринимала как приключение. Марианна просто старалась отдышаться от долгого безрезультативного бега. Бойники занялись трупом – обшарили, осмотрели и, с разрешения Томы, уволокли в поселок на опознание. Еще трое, прибывшие вслед за нами по подземному ходу, закрыли лаз и закидали его землей.

– Что сказал дворецкий? – поинтересовалась Ася, когда мы двинулись в обход поселка в сторону башни.

– Дворецкий? – Тома чуть не споткнулась.

Шарик, одернутый за поводок, удивленно оглянулся на нее. Я ловил каждое слово, мечтая вмешаться и закидать вопросами. Но – нельзя, ибо я долинник, а не черт, а потому знать местную специфику как бы обязан.

Вот черт, а ведь получается, что я – черт! Пусть никто не знает, но я-то знаю. Любопытное ощущение – чувствовать себя чертом. Приятно познакомиться, я – черт. Недавно. Раньше был человеком, но здесь определили в черти, теперь притворяюсь человеком, чтобы никто не узнал, что на самом деле я черт.

Черт-те что.

– У вас говорят «дворецкий»? – на правах ангела-незнайки переспросила Тома. – От слова «дворец»?

– У нас по-всякому говорят. Раньше дворецких называли «башенники», но слово напоминало «мошенники», а это, – звонкий смех Аси разнесся по округе, – именно они и есть, если смотреть в суть. В общем, однажды башенников переименовали в дворецких.

– Я правильно понимаю, – уточнила Тома, – что дворецкий – это вроде распорядителя в башне?

– Главный слуга, – согласилась Ася. – Мастеровой, обучается с детства. Тебе повезло, что не достались неумеха-подмастерье или выжившая из ума старуха. Или, что еще хуже, старый хрыч.

Царисса переглянулась с вымученно улыбнувшейся в ответ дочерью. Ясно, последнее – их ситуация, от которой обе не в восторге.

– Но дворецкий – от слова «дворец»! – не унималась Тома, широко шагая и постепенно распаляясь.

– Не обращай внимания на слова, – отмахнулась коронованная собеседница. – Не ломай мозг, береги нервы.

– Дворец – слово из другого мира. Здесь нет дворцов в понятии именно дворца!

– И что? Здесь много чего нет. Научись радоваться тому, что есть, иначе не получишь от жизни удовольствия. Так что же сообщил дворецкий?

– Он отрицает свою причастность.

– Когда вернемся, позволь мне с ним поговорить.

Из задорных глаз цариссы на долю секунды выглянул и подмигнул ад – именно такой, как в старых сказаниях про настоящих, а не назначенных, чертей, которые жарят нераскаявшихся грешников в пекле преисподней. Я находился сбоку, взгляд предназначался не мне, но плечи машинально передернулись. Сколько же всего помещается в человеке.

– Бойники уже допрашивают, – уведомила Тома.

Царисса Ася перестала улыбаться:

– Местные, башенные? Плохо. Нужны люди со стороны.

Две высокие особы двигались впереди, мы с Юлианом позади своей вельможной «собственницы», Марианна – за мамой. Иными словами, бок о бок со мной. Я прислушивался к разговору цариссы с царисситой, придерживая семенившую Пиявку возле бедра, как собаку на выгуле. Юлиан, поглядывая по окрестностям, бесшумно и почти бесплотно скользил по другую сторону от моей подопечной. Бойники разделились, распределив секторы охраны.

– Кому я мешаю? – вдруг громко спросила Тома. – Чем?

– Думаешь, заняла чье-то место? – усмехнулась царисса Ася. – Вздор. Если у Верховной в отношении тебя не заведется других мыслей, из крепости вернешься полноценной цариссой. Только не завали испытание.

– Какое? – взволновалась Тома. – Вы что-то знаете? Расскажите, пожалуйста!

– Не все рассказывай, что знаешь, – многозначительно уронила царисса. – Закон выживания.

– Даже не намекнете?

– Будь собой, и все получится.

– Физическая форма, в которой я сейчас – достаточна?

В черных глазах Аси будто бы костер ногой пнули: взвились хитрые искры, дым лукавого веселья заволок взор:

– Не мытьем, так катаньем? Молодец, не сдаешься. Форму поддерживай, тренируйся больше. Но форма – не главное. Ум, характер, сила воли, память, смекалка – для испытания понадобится все.

Ого. Пусть не конкретно, но хоть что-то. Значит, дуболомные варианты вроде спарринга не на жизнь, а на смерть, дальнего марш-броска, голодовки или сиденья в яме с водой отменяются. Может, будет что-то типа молчунизма и доказательств взросления в обители Вечного Фриста? Нет, тоже не то. Скорее всего, будет серия испытаний – как в спецназе на право ношения крапового берета.

Тома тоже задумалась. Ася легко вышагивала рядом и улыбалась солнцу. Вот так нужно жить: беззаботно, с удовольствием, решая проблемы по мере их поступления. Почему у нас так не получается?

– Рукопашный бой пригодится? – Тома сделал еще одну попытку выведать хоть самую малость конкретики. В кои-то веки напоролись на человека что-то знающего.

– Рукопашка – муть. – Казалось, восточноликая царисса забавляется ситуацией. – Нужна голова, под которой мускулы, а не наоборот. Где тебе пригодится умение отмахаться руками и ногами? В бою? А что нужно, чтобы в реальном бою начать биться врукопашную? Первое: потерять копье. Второе: потерять меч. Третье: потерять щит. Четвертое: потерять нож. И последнее: встретить вторую такую же бездарь со стороны противника. Обычно бывает иначе: многочисленный враг вооружен, а ты застигнута врасплох. Вот к этому и готовься.