Империя храмов - Маркус Кас

Мне вообще было очень интересно, какого ляда все так обыденно реагируют на огромную рысь, шляющуюся по палубе. Возникли вопросы и к хранительнице, но начни я спрашивать что-то у животных, вопросы уже появились ко мне бы. Как и спроси я, что они видят…

Второй проверкой княжича стало заявление, что всех новоприбывших окунают в воду по старому морскому обычаю. Ну хоть его голову о борт не предложили разбить, и то молодцы. У меня возникло теплое отеческое чувство, которое я не смог озвучить, но оно приятно провалилось внутрь, согревая лучше, чем принесенная коллекция. Барон Маркушкин гордился бы нами, не оплакивай он свою винотеку.

К моему немалому удивлению, княжич позволил швырнуть себя за борт. Даже я бы не рискнул прыгать в мутные воды, пусть и так красиво подсвеченные иллюминацией ночного города. Ему бросили спасательный круг, который тут же утонул, но был на привязи, поэтому мы вытащили всех.

Глубоко за полночь мы разошлись, а я с чувством выполненного долга и спасенных демонов и княжичей, отправился на разговор с питомцем, ночь взорвал знакомый звук. Инженеры Дукати точно имели что-то против спокойствия населения. Рокот мотоцикла звучал хуже рева сотни демонов.

Светлейшая княжна взошла на борт с видом абсолютно невозмутимым. Осмотрела ущерб, фыркнула и гневно потребовала ответа:

— Ну и почему ты мне не написал?

У меня было много вариантов ответа, и каждый из них взбесил бы храбрящуюся из последних сил девицу. Поэтому я просто проигнорировал выпад и захлопнул дверь. Не лучший вариант выбрал. Хранительница, успевшая зайти внутрь и улечься на остатках дивана тоже фыркнула и отвернула морду.

— Скотина! — тут же закричала Яна, колотя в уставший металл.

Металл скрипнул, жалобно уговаривая меня сжалиться. Я открыл и вопросительно посмотрел, ожидая интересного предложения.

— Ну извини, — надула губки княжна. — Но невежливо вообще-то.

— Невежливо вообще-то заявляться без предупреждения. А особенно, — для пущей убедительности я поднял палец вверх, — после того, как ты сама велела нам всем и всё забыть.

Меньшикова немного обдумала логичность моих слов, не согласилась с ними и в подтверждение этого впилась в меня поцелуем. Это было весьма убедительно. Поэтому я, в очередной раз дав себе обещание не связываться с ненормальной девицей, выгнал кошку на улицу и связался.

Казалось, княжна тоже готовится к апокалипсису, так неистово она занималась сексом. Меня такие локальные бедствия устроили, поэтому я не посрамил честь защитников, храмовников и мужчин в принципе.

А утром меня разбудил сладостный звук — шкворчание яичницы. Зрелище тоже было великолепным. Княжна, одетая в мою просторную рубашку, милейше прикусывая губу, орудовала у походной плитки, купленной взамен разгромленной.

Бодро пыхтела кофеварка, доливая последние капли главного утреннего напитка. В иллюминаторы пробивались первые солнечные лучи, желудок урчал в предвкушении, а яйца особо приятно звенели пустотой.

Яна мне ласково улыбнулась и подала завтрак на улице. Я искренне пытался воспитанно отделять вилкой по скромному кусочку и вкушать первую пищу дня.

— Ммм, — не выдержал я на третий раз. — Хрустящая, прямо как я люблю.

Я вежливо старался намекнуть светлейшей, что скорлупка, пусть и содержит кальций, столь полезный для организма, но не является обязательной частью яичницы. Но она предсказуемо взорвалась.

— Я не обязана уметь готовить! — вспыхнула Яна и в качестве доказательства вышвырнула сначала свою, а потом и мою, тарелку за борт. — И вообще, если нужно, у меня есть повара!

Я не спорил, только грустно проводил взглядом еду. Не так и много там было лишних продуктов…

— Ты — хам! — в обычной утренней манере завелась девушка. — Нет, чтобы сказать спасибо!

И рванула внутрь, проклиная вообще всех, кого могла вспомнить. То есть меня. Не прошло и минуты, как она уже полностью одетая вылетела на палубу, гордо вскинула голову и убежала. А говорят, что женщины не способны быстро собираться…

— Да я вообще-то не сказал, что было невкусно… — сказал я уже в пустоту.

Я так и сидел с остатками яичницы на вилке, единственным уцелевшим куском моего завтрака. Но княжна вернулась. Не договорила.

— И вообще! — мне было страшно за её шею, так она крутила головой, хотя ночью она и показывала исключительные акробатические навыки. — Пожелай я тебя отравить, ты бы уже корчился в муках! Даже императорская кровь, защищенная от ядов, вряд ли устояла перед моим желанием убить!

После этого взревел мотор, тоже традиционно будя округу. А я охренеть как призадумался над её словами…