Сила воли - Николай Степанов

– Шведы! – прокричал Борич, возвращаясь.

– Сотен пять, не меньше, – доложил рыкарь, соскочив с лошади. – Командир, мы их задержим, а тебе нужно…

Пока всадников еще никто не видел из-за холма, но топот сотен конских копыт расслышали все.

– Отставить! – осадил Борича Александр. – Приказы у нас отдаю я. Первое – отведи коня к остальным. Второе – остаемся здесь все вместе. Еще не хватало пулю в спину словить. А вам, господа, – обратился боярин к наемникам, – думаю, самое время уносить ноги. Денег я пока не платил, договор мы не подписывали.

– Я никуда уходить не собираюсь, – отозвался наемник, который первым вернул деньги Густаву. – Плату мы, считай, получили. – Он кивнул в сторону ямы, куда сбросили трупы бывших соратников. – А теперь – пятьсот шведов! Это же какие будут трофеи!

Его поддержали не все – наемники из числа непримкнувших решили, что лучше обойтись без трофеев, и поспешили на запад.

– Зарядить все имеющееся оружие, выдать защитные амулеты тем, у кого их нет, – продолжил раздавать указания Еремеев. Он засмотрелся на ряды кольев, между которыми довелось побегать.

Тем временем справа от холма появился отряд из полусотни всадников. Вероятно, шведы собирались перерезать путь к лесу, однако, заметив, что главная цель не сдвинулась с места, остановились.

– Гаврила, ты сможешь поднять в воздух вихрь с кольями и обрушить его на вражеское войско?

– Поднять не тяжко, да опустить мне не дадут. Наверняка у них свои маги имеются.

– Ларион, поди-ка сюда, – позвал Еремеев.

Разумник отвлекся от изучения булыжника и подошел к боярину. Он сразу заметил эльфийский лук в руках Гаврилы.

– Здесь еще и шишколобые были?

– Были. Скажи, среди этих стрел имеются те, что сами в чародеев летят? – Александр хорошо помнил, что разумник вычитал из эльфийской книжицы.

Ларион взял колчан и отобрал семь подходящих.

– В книжке вот эти были нарисованы.

– Так, у меня магии нет, – констатировал Александр, затем перевел взгляд на приятеля, – у Лариона, скорее всего, тоже. Выходит, стрелять тебе, Гаврила.

– Да из меня лучник… – стушевался тот.

– В этом деле главное – магия. Ты подзарядись накопителем и действуй. – Еремеев за время недолгой службы в ополчении узнал, что в бою самым полезным являлся чародей воздуха, поэтому решил оба накопителя потратить на него. – Вон видишь – враг уже холм оседлал. Того и гляди сейчас лавиной пойдет.

Всадники заполонили возвышенность от основания до вершины.

– Да у вас здесь веселье в самом разгаре! – раздался радостный голос Салеха. Его лошадь нервно выплясывала на месте, но хозяина боялась больше, чем гиблого места. – Наконец-то я успел вовремя, а то опять бы без меня всех побили.

Степняк говорил без малейшего акцента, значит, был серьезен как никогда.

– Рад тебя видеть, Салех. Сейчас нас попытаются втоптать в землю. Кажется, я серьезно разозлил шведского короля.

– Когда мы побить этих, он еще злее станет. Какой будет приказ для меня?

– Нужно потрепать их правый фланг. И еще – место тут для лошадок гиблое. Видишь, где наши стоят? Там не успели испортить землю, нет поганой магии эльфов.

– Понять тебя, командир. Забирай свой оружие. – Салех вернул арсенал Еремеева.

Шведы не стали посылать парламентеров, а сразу лавиной начали спускаться с холма. Наверху остались лишь несколько человек во главе с генералом.

– Гаврила, твой выход.

Воздушник, может, всего раза три в жизни стрелял из лука. Волшебник неуверенно наложил стрелу и…

Силушкой он обделен не был, поэтому растянул тетиву по максимуму, и первая стрела полетела высоковато. Любая другая должна была бы упасть далеко за холмом, но эльфийская, преодолев половину дистанции, резко поменяла траекторию. Один из всадников, стоявший рядом с генералом, вскинул руки и упал с лошади.

Карл Семнадцатый отправил на задание полководца, который вывел пять тысяч бойцов из-под Кардымова, намекнув ему перед походом, что ждет лишь хороших новостей.

– Возможно, сражаться даже не придется, – обнадежил правитель Швеции. – Убьют Данилу без нашего участия – я буду только рад. Не управятся наемники, ты завершишь начатое ими.

Разведка доложила – выпал второй вариант. Генерал выдвинул вперед полк кавалерии, а точнее, то, что от него осталось после ночного боя.

Другие выжившие после Кардымова остались в Дорогобуже, поскольку на их переброску не хватало времени. Кроме того, все были уверены – почти шесть сотен всадников более чем достаточно для победы над горсткой смолян.

Полководец прекрасно понимал, что второго поражения кряду ему не простят. Король хоть и не казнил своих подданных, но не всегда наихудшим наказанием является смерть. Поэтому генерал отправился на задание, полный решимости взять реванш. Ему пообещали, что враг будет опустошен магически, к тому же вряд ли сумеет привлечь хоть какие-то силы. Тем не менее Карл предупредил: когда дело касается этого боярина, все может пойти не по плану.

Гибель в первую же минуту боя всех волшебников, которых полководец держал при себе, подтвердила слова правителя. Следом поднялся мощный смерч, смявший центр наступавшего войска летающими кольями. С левого фланга неожиданно возник отряд степняков и первым же наскоком нанес ощутимые потери, а с правого фланга атаковал чудо-воин. Он словно ножом прошел сквозь шведскую конницу сначала в одну сторону, затем в обратную. Потом последовали залпы огнестрельного оружия… Но самое страшное случилось, когда до цели оставалось меньше сотни шагов. Скакуны буквально взбесились под всадниками, сбрасывая их с себя. Шведская конница отхлынула.

Генерал проклинал все на свете: он имел почти десятикратное преимущество, до победы оставалось рукой подать, но животные и люди не выдержали.

– Густав, кто такой этот Данила?! Он вообще человек или дьявол? – спросил полководец.

Командир наемников все время напряженно следил за боярином. Сначала он удивился, почему тот, завидя многократно превосходящие силы, не бросился наутек, почему отвел лошадей в сторонку, но, когда начался кавардак в передовых рядах кавалерии, стало понятно: боярин использовал против наступающих воздействие магии эльфов, сгубившей птиц.

– У него, видать, могучие покровители, – произнес Густав после небольшого раздумья.

– Леший и кикимора? – переспросил генерал.

– Нет, думаю, все гораздо солиднее. – Густав возвел глаза к небу. – Иначе бы я справился. Этому молокососу удалось уничтожить аса, эльфа, переманить к себе моих людей… Я и раньше понимал, что паренек непрост, но чтобы настолько… Так что я умываю руки, генерал. Спорить с небесами в третий раз – себе дороже. Удачи!

У шведского полководца возможности повернуть назад не было. Он проводил тоскливым взглядом спускавшихся с холма наемников и собрал своих офицеров.