Пепел на обелиске - Ерофей Трофимов

— Справиться, может и, не справлюсь. А вот помешать, сумею, — угрюмо проворчал рыжий.

— Угомонись, Вась. Драки не будет, — вздохнул разведчик, словно, сожалея.

— А может, рискнешь здоровьем? — не удержался от подначки Ремезов.

— Если только лично с тобой, — не остался в долгу Влад. — Только не уверен, что ты эту стычку переживешь.

— Уверенность в себе, это хорошо. Особенно, если она обоснована, — проговорил полковник, глядя куда-то в пространство.

— Ты ксеноса видел? — неожиданно спросил Влад.

— Ну, видел, и что? — не понял Ремезов.

— Рискнул бы с ним врукопашную сойтись?

— Я похож на психа?

— А с таким дрался. Сейчас, он командует пограничным флотом Ксены. До сих пор на морде шрам от моего ножа носит. Не веришь, можешь нашего гостя спросить.

— Это у тебя шутки такие? — растерялся Ремезов.

— Я же сказал, не веришь, спроси верховного, что сейчас в лаборатории сидит. Он как раз с флагмана этой эскадры, — ровным, ничего не выражающим голосом ответил разведчик.

— Я его видел, — вступил в разговор Василий. — Этот, со шрамом, мне орден и вручал.

Не ожидавший такого поворота Ремезов растеряно замолчал. Опытный боец, он отлично понимал, что одно дело, уметь быстро и качественно разбираться с пусть тренированным, но человеком, и совсем другое, выйти один на один с таким чудовищем. Для этого действительно нужно было обладать стальной выдержкой. Самому себе, полковник нехотя признался, что не рискнул бы так искушать судьбу.

В снегоходе повисла напряженное молчание. Кудасов, снова погрузился в свои размышления, Ремезов обдумывал возможность направления своих бойцов на базу разведки, а Василий, угрюмо насупившись, продолжал следить за всеми сразу. Только Влад, уверенно ведя снегоход, оставался каменно спокойным. Эта его новая способность удерживать себя при любых обстоятельствах удивляла Кудасова. Не удержавшись, граф повернулся к разведчику, и тихо спросил:

— Влад, ты психологическую загрузку где-то проходил, или снова что-то задумал?

— С чего вы взяли?

— Я же не дурак, Лисовский, и отлично помню, как тебя несло на эмоциях. А сейчас, ты как из железа отлитый. Даже желваки на лице не движутся.

— Перегорело, — коротко ответил Влад. — Но это не отменяет вашего обещания.

— Знаю, — недовольно скривился Кудасов.

— Не понимаю, что вас не устраивает, — сказал Влад, заметив его мину.

— Вы же мстить начнете. А это значит, что ни одного пирата под суд не попадет. А это, в свою очередь, означает, что из сектора всяческих демократий нам снова начнут ноты слать, с претензиями, что мы, якобы, применяем силу безосновательно.

— Хорошо. Тогда, в случае, если мы застанем пиратское судно на месте преступления, я обязательно спрошу каждого из пиратов, какое у него было детство, не наказывали его случайно родители и, была ли у него в детстве собака. А еще, поинтересуюсь, не стыдно ли ему заниматься таким некрасивым делом. И только после этого прикажу открыть огонь. Но не на поражение, а обстреливая их корабль по периметру защитного щита. Такой расклад вас устроит?

— Лисовский, пошел ты знаешь куда? — вызверился Кудасов. — Думаешь, мне весь этот бред удовольствие доставляет? Но я вынужден его выслушивать, потому что эти болваны действительно верят во всю эту чушь.

— Это только их проблемы. Во всяком случае, если их не устраивает такое положение вещей, то я всегда могу пройти мимо, когда узнаю, что грабят корабль из их сектора, — равнодушно пожал плечами разведчик.

— Ты сам-то веришь, что способен на такое? — фыркнул Кудасов.

— Вы даже не представляете, Виктор Алексеевич, на что я теперь способен. После всего, что я увидел собственными глазами, я это сделаю, не поморщившись, — ответил Влад, и Кудасов, неожиданно для себя самого вдруг понял, что это правда.

— Ты и, правда, стал опасен, полковник, — покачав головой, вздохнул граф. — И, прежде всего, для себя самого.

— А вот это, вряд ли, — сухо усмехнулся Влад.

Весь остальной путь до самого побережья они молчали. Высадив пассажиров и передав их местному проводнику, который должен был отвезти их на рыбалку, Влад отошел в сторону и присев на пустую бочку из под рыбы, тяжело вздохнул. Крутившийся рядом Василий, подобравшись поближе, опустился рядом на корточки и, проводив взглядом высоких гостей, тихо сказал:

— Сволочь он, полковник этот. На своих, и то кидается.

— Работа у него такая, — ответил Влад, улыбнувшись уголками губ. — Одно из первых лиц государства охраняет. Что называется, без права на ошибку. Потому и привык подозревать в измене даже соседскую собаку.

— Ты когда в обратную дорогу собираешься? — неожиданно спросил пилот.

— Как только Мишель с нашим гостем закончит. Этот крокодил, и есть моя работа, — тяжело вздохнул разведчик. — И если честно, я и сам не понимаю, зачем я здесь.

— Как это? — растерялся Василий. — Сам же только что сказал, что должен сопровождать ксеноса. Сюда, и обратно.

— За то время, пока я здесь торчу, при наличии корабля, я бы уже пару каперов уничтожил, — помолчав, ответил Влад.

— И опять все мимо меня, — обижено протянул Василий.

— Тебе в секторе аномалии драки мало? — удивился Влад. — И вообще, с чего ты вдруг начал мне вопросы задавать?

— Подумал, если сложится, то может ты обратно со мной полетишь? — смущенно спросил пилот.

— Скучно одному? — усмехнулся разведчик.

— Ага. Да и вопросов к тебе немного накопилось.

— Так спрашивай сейчас, — развел руками Влад. — Чего тянуть-то?

— Подумать надо, — ушел от разговора Василий.

— Чего там думать? Наливай, да пей, — рассмеялся Влад.

— Если честно, я еще сам не понял, нужен мне этот разговор, или нет.

— Ты, Васька только самого себя не перемудри. Устроил тут ромашку. Хочу ли я, могу ли я. Есть вопрос, спрашивай, а крутить, да кругами ходить, лучше не надо. Не люблю я этого, — ответил разведчик, заметно, рассердившись.

— Не злись. Я просто сам толком сформировать все эти вопросы не могу, — смущенно признался пилот. — Вроде и дело свое люблю. Всегда ведь мечтал пилотом быть. И в то же время, скучно мне в армии. Копай от столба и до обеда, или в сортир строем ходи. Не мое это. А чего хочу, сам толком не понимаю.

— Ну, а я здесь при чем? — не понял Влад.

— А я заметил, что вокруг тебя постоянно что-то происходит. Даже здесь, на этой глухой планете, и то постоянно какие-то события. Пусть даже мелкие, местного масштаба. Вот и я так хочу.

— Чтобы вокруг тебя все время что-то происходило? — не понял Влад.