Награда победителю - смерть - Владимир Брайт

«Добрый волшебник» знает ответ на все вопросы и способен позаботиться обо всем на свете.

Главное, чтобы была доза.

Бемби очнулась ранним утром. Кровь двух спящих демонов в очередной раз успокоила проклятых тварей, скрежещущих зубами.

После чего она разбудила Мессию, надоумившего ее найти подходящее убежище. В этом определенно был смысл. Прежде чем начинать искать Пловца и Степли, нужно обзавестись базой. Может быть, в аду действовали какие-нибудь правила, касающиеся прав на недвижимость, но ей не было дела до правил. Бемби не собиралась менять привычки даже после смерти.

Болото в очередной раз куда-то запропало, и теперь все вокруг выглядело как типичные трущобы. Впрочем, она уже давно перестала удивляться столь резким переходам – в странном месте творятся странные дела, и нечего забивать себе голову всякой ерундой.

Не став придумывать многоходовых комбинаций, Бемби просто вошла в первый попавшийся на глаза дом и вышибла ногой первую же хлипкую дверь.

В грязной конуре стоял ободранный диван и работал телевизор. На диване валялся тощий, как смерть, демон, при ближайшем рассмотрении оказавшийся похожим на человека.

А когда Мессия намекнул, что это вполне может быть Пловец в другом теле, то девочка-женщина окончательно уверилась в мысли: воссоединить былую команду можно.

– Пловец, это ты? Пловец, просыпайся!

Фея Ми открыл глаза и увидел перед собой странную особу. В одной руке она сжимала пистолет, в другой – обугленный череп.

Он кое-что слышал от приятелей со стажем, что через три-четыре года регулярного потребления героина возможны галлюцинации. Но до сих пор не верил глупым россказням. Как оказалось – зря. Глюк стоял перед ним.

– Это ты? – спросила Бемби.

Суженные зрачки очнувшегося человека подтвердили ее догадку. Пловец иногда покуривал героин. Как он сам говорил, чтобы расслабиться и сбросить лишнее напряжение.

– Я…

Фея Ми еще не окончательно протрахал свои мозги. Глюк это или не глюк, но спорить с вооруженной девчонкой опасно.

– Быстро же мы встретились. – Бемби присела на край дивана. – После того как тебя разорвало на тысячу мелких частей, мы с Мессией уже и не надеялись найти старого друга. Хотя нет, вру. Он-то как раз был уверен, что ты где-то рядом. – Она подняла обугленный череп на уровень лица и кивнула ему.

«Вот …! – выругался про себя Фея Ми. – Никакой это, на хрен, не глюк. А самая натуральная сумасшедшая. Только какого черта она делает в моей берлоге, и кто такой Пловец, чье тело разорвало на части?»

– Осталось найти Степли – и наша команда в сборе. Как в старые добрые времена. Помнишь?

– М-м… Конечно, помню…

– Ты и в аду расслабляешься героином? Неплохо устроился. Вот уж не думала, что его можно найти даже здесь.

– Да, в общем-то…

– Ладно. Я не против. У каждого есть маленькие слабости. Главное, чтобы невинные шалости не мешали делу.

– Делу?..

– Конечно. Ты же сам говорил – ад самое лучшее место для нас. Можно повышать уровень до бесконечности. А когда прокачаемся до безумия и почувствуем настоящую силу – бросим вызов главному боссу. Мегадестроеру, заправляющему адской кухней. Четверо НОЙМов хрен знает какого уровня. Разве против нас сможет кто-нибудь устоять?

– НОЙМОВ?! – Фея Ми пришел в ужас.

– Пловец, ты в порядке? Мессия начал беспокоиться.

– Д-да… Я в-в п-полном порядке. Уже… г-готов м-м-мочить м-м-мегад-дестроера…

– Не так быстро. Нужно для начала освоиться. Надеюсь, ты стрелять не разучился?

Постановка вопроса не подразумевала отрицательного ответа, поэтому оцепеневший от страха хозяин с трудом выдавил из себя:

– Нет… Не разучился…

– Отлично, тогда держи. – Бемби протянула напарнику пистолет.

– А… Ты?

– У меня есть второй. С полной обоймой. Слабый демон, которому я проломила череп, был вооружен.

– А М-мессия?

– Он пока отдыхает. Приходит в себя после потрясений.

Обугленный череп не очень-то походил на отдыхающего. Впрочем, Фея Ми находился не в том положении, чтобы спорить. Встреча с простым НОЙМом не сулила ничего хорошего, а уж с сумасшедшим – тем более.

Оправившись от первого потрясения, наркоман пришел к выводу: справиться с возникшей проблемой не сможет никто, кроме испытанного друга – «доброго волшебника».

Мысль о героине принесла облегчение.

Раз сумасшедшая девка не имеет ничего против того, что мифический Пловец балуется наркотиками, то Фея Ми может не опасаться ее гнева.

– Мне нужно расслабиться. – В его голосе не чувствовалось уверенности: несмотря на все свои выкладки, хозяин не знал, как отнесется к его отличной идее незваная гостья.

– Расслабляйся. – Бемби устало откинулась на спинку дивана, закрыв глаза.

Ей нужно подумать, где искать Степли. А проклятые твари опять начали скрежетать зубами. Пока еще тихо, но в скором времени сводящий с ума шум станет невыносимым.

Аккуратно положив страшный пистолет рядом с телевизором, Фея Ми подошел к тайнику, отодвинул половицу и вытащил заветный пакетик. При виде драгоценного порошка его пустые бессмысленные глаза зажглись, словно огни новогодней гирлянды. Все чудеса мира были спрятаны в крупинках волшебного снадобья, которым он сейчас…

– Так, так… – Хлипкий замок был выбит сумасшедшей девчонкой, поэтому новый гость зашел неслышно, застукав хозяина с поличным. – Вот, оказывается, кто убивает моих людей!

Когда ликвидируют наркодилера, необходимо выяснить, кто за этим стоит.

Конкуренты, решившие расширить сферу влияния за счет соседа. Или сорвавшийся в штопор наркоман, потерявший всякое представление о реальности. Первый вариант означает начало боевых действий, второй – показательную расправу. Такую жестокую, чтобы всем глупым тварям раз и навсегда стало ясно – никто не смеет трогать дилеров мистера Доу.

НИКТО И НИКОГДА.

Это закон. Жестокий и беспощадный закон городских окраин, который ни в коем случае нельзя нарушать.

Не родился еще в мире адвокат, способный защитить убийцу наркодилера мистера Доу. И никогда не родится.

Только сейчас до парализованного ужасом Феи Ми дошло: «добрый волшебник» оказался пропуском в ад. В ту самую преисподнюю, по сравнению с которой «сухая» недельная ломка казалась не более чем гриппом, сдобренным головокружением и легким расстройством желудка.

От страшного прозрения несчастный наркоман непроизвольно обмочился. Впрочем, любой другой на его месте поступил бы точно так же, ведь человека, пожаловавшего к нему в гости, звали Аллигатор.