Страна Изумрудного солнца - Антон Орлов

Тлемлелх подполз к ней и прошептал, прежде чем расстегнуть «молнию» на кармане:

– Тина, прости…

– Дурак несчастный, – шепнула в ответ Тина.

– Молчать и не двигаться! – оборвал ее Лиргисо. – Тлемлелх, передатчик лежит в правом кармане. В правом, а не в левом!

Наконец Тлемлелх сумел его вытащить и слабо крикнул, показав:

– Это?!

– Это. Посмотри, там светится зеленый глазок?

– Не знаю, Лиргисо… Это же просто какая-то коробка…

Лиргисо с досадой поморщился:

– Принеси его мне!

Тлемлелх неловко пополз обратно. Он подарил ей две-три лишних минуты: крохотный глазок индикатора светился, он не мог этого не заметить.

– Можешь встать, – разрешил Лиргисо, когда Тлемлелх метра на два удалился от Тины.

Тот поднялся на ноги и пошел вперед, обморочно пошатываясь. С каждым его шагом шансы Тины таяли. Похоже, в этот раз она все-таки умрет. У нее была хорошая жизнь…

Вдруг Тлемлелх остановился, неумело размахнулся и швырнул передатчик в чернеющий сбоку омут.

В первую секунду опешили оба – и Тина, и Лиргисо. Зато Тина опомнилась первая. Когда рука Лиргисо рефлекторно дрогнула и ствол дернулся в сторону Тлемлелха, она стремительно скользнула вправо, упала на одно колено (попросту потеряла равновесие, из-за стресса и разбухшего от ворованных продуктов рюкзака, сместившего ей центр тяжести, – вообще-то позор для киборга!), но еще до того, как колено коснулось земли, из ее левой кисти ударил луч лазера Точно в цель. Издав короткий горловой вскрик, Лиргисо выронил бластер.

Сбросив лямки аварийного комплекта, Тина вскочила, одним прыжком оказалась рядом с пошатывающимся, как в полутрансе, Тлемлелхом и оттолкнула его от омута. Не хватало, чтобы он еще искупался…

– Спасибо. – Она по-прежнему говорила хрипло, еле узнавая собственный голос.

– Извини, – тускло произнес Тлемлелх.

Их обоих колотил озноб. Тлемлелх, как подкошенный, опустился на траву, а она направилась к Лиргисо За бластером. Приготовившись, если понадобится, разрядить второй лазер, но Лиргисо даже не попытался ее опередить. Он смотрел на свое простреленное запястье, и его треугольное лицо было сейчас не зеленым, а скорее пепельно-серым с легкой прозеленью.

Тина молча подобрала бластер и сунула его в кобуру на поясе, переложив один из парализаторов в карман. Потом, подойдя к вещам на лужайке, вскрыла банку с карамельной валгрианской газировкой и осушила до дна. Интересно, шатало ее или нет?

– Тина, разрешите мне воспользоваться медавтоматом. – Голос Лиргисо тоже звучал неважно.

– Воспользуйся, – бросила она через плечо.

– Без вашей помощи не смогу. Вы повредили мне нервный узел. Как же это больно…

Оглянувшись, Тина увидела, что он уже не стоит, а сидит. Зрачки его золотистых глаз расширились, из закушенной губы текла по подбородку струйка темной крови. Тина расстегнула рюкзак, достала медавтомат – пока она это делала, Лиргисо все-таки не выдержал и начал стонать. Включив прибор, тут же протянувший манипуляторы к точечной ране на запястье, она заодно избавила Лиргисо от пояса с парализатором, отошла в сторону и тоже уселась на траву.

– Тлемлелх, ты должен кое-что мне объяснить!

– Да, Тина, – бесцветно отозвался Тлемлелх.

Она обхватила руками колени, бездумно глядя на повисшее над болотом изумрудное солнце. К черту этих энбоно. Главное, что она опять осталась жива.

Хозяева бункера почти забыли о существовании Клода. Почти, потому что его продолжали ежедневно кормить – это означало, что его подозрительный контракт силы не потерял и рано или поздно от него потребуют, чтобы он выполнил свою работу. В остальном же на него не обращали внимания, никто его не навещал. Нервничал он умеренно, поскольку помнил о том, что где-то есть Стив, который может в любой момент его отсюда вытащить.

Его время принадлежало ему, делать было нечего – ни компьютера, ни книг, ни видео, и он целыми днями напролет вспоминал и обдумывал разные эпизоды своей жизни. Потом начал, взяв тот или иной эпизод, искать варианты: что он мог бы сделать, чтобы дальше вышло не так по-дурацки, как вышло, а иначе. Если он уйдет отсюда живым, он многое в своей жизни пересмотрит, и эта куча дерьма будет последней, в которую он по собственной воле вляпался… Он уже не раз давал себе такие зароки, но теперь все изменится, чего бы это ни стоило.

О том, что буря скоро закончится, он узнал от Стива, когда тот телепортировал его на яхту для примерки бронекостюма. Обстановка на яхте была повеселее, чем в прошлый раз: Стив выглядел менее угрюмым, инспектор Валов – возбужденным и полным энтузиазма. Клоду показалось, что за прошедшее время они сработались.

Впервые в жизни надев бронекостюм и опустив поляризованный щиток шлема, он инстинктивно начал озираться: глянуть бы на себя в зеркало. В салоне зеркала не нашлось, разве что сверкающий черный корпус кофеварки в углу… Ее гнутая поверхность искажала пропорции, и все равно то, что Клод увидел, произвело на него впечатление. Этот крутой парень – Клод Хинби?..

– Когда пойдем, я захвачу твой костюм, – сказал Стив.

– Вы тоже будете в броне?

– Ага. На всякий случай.

– Тебе-то, Стив, зачем броня? – хмыкнул Валов. – Ты же регенерируешь.

– Думаешь, это приятно? Я всегда ношу с собой пистолет с анестезирующими капсулами – если придется кому-то оказывать помощь. А когда регенерирую сам, приходится без наркоза, чтобы полностью контролировать процесс. Можно и без особого контроля, но тогда или кости криво срастутся, или останутся рубцы шириной в палец… В общем, получится халтура.

– Разве регенерировать больно? Строить ведь не ломать! Вроде нервы радоваться должны, что все обратно срастается…

– Значит, они так выражают свою радость. Клод, еще будут баллоны с кислородом – они крепятся на спине и подсоединяются к шлему, в комплекте есть дыхательная маска. Тоже на всякий случай.

– Зачем? – удивился Клод. – Мы же не в космос собираемся…

– Стив, ты скажи ему про свою дыру, – посоветовал Валов. – А то все мне одному плавишь мозги.

– Какую дыру?

– На одной из равнин – кстати, недалеко от бункера – есть дыра в трехмерном пространстве, – объяснил Стив. – Аномалия. Ее просто так не увидишь, но она там есть. Я чувствую структуру пространства… это сложно описать, нет подходящей терминологии. Дыру я обнаружил недавно, когда побывал внизу. Она индифферентная, не затягивает, как некоторые другие похожие штуки, но, раз она имеется, нам лучше идти в полной экипировке.

– А что еще ты видел внизу? – почему-то понизив голос, спросил после паузы Клод.

– Ничего. Там же пылевая буря.

Сначала Тлемлелх просто не мог говорить – как не смеешь иногда спрыгнуть со смехотворно небольшой высоты, словно перед тобой незримый барьер. Потом увидел, что среди напитков, которые Тина украла в Хэйнгр-Ассле, есть лакухьянго, вино из лакута, называемое также «вином болтливого языка». Выпил два бокала подряд, хотя вкус был посредственный, не для Живущего-в-Прохладе (не умеют в Харле делать хорошие вина), и после этого рассказал все.