Кровь Пламенных - Ольга Дмитриева (olyauskova)

Райга резко отвернулась и уставилась в стену. Она старалась дышать медленнее, но все равно чувствовала, что Пламя в ее источнике пустилось вскачь вместе с сердцем.

— Что произошло? — спросил магистр Лин.

— Моя ошибка, — с досадой сказал Сид. — У него был замаскированный пассивный артефакт, связанный с ментальным блоком. Сработал, как только я попытался применить Дознание.

— Я такого никогда не видел, — покачал головой Цанцюритэль. — Ты не мог этого предсказать. Никто из нас не смог бы.

Аллатриссэль сделал несколько шагов по направлению к телу и сказал:

— Знаешь, что самое интересное? Он умер не от раны. Заклинание разрезало плоть и мгновенно остановило сердце. Никогда такого не видел.

Райга опустила голову и отошла к окну, чтобы скрыть выражение своего лица. Потому что она — видела. И эта картина до сих пор стояла перед глазами.

…Человек в глубине пещеры просто взмахивает рукой. Ни росчерка. Ни отблеска магии. Просто ленивое, небрежное движение. И тело стражника рассекает огромная, страшная рана. Он падает навзничь рядом с ней, и девушка с ужасом смотрит на эти выпученные от страха глаза…

К реальности ее вернул голос учителя. Магистр пересек кабинет вслед за ней и остановился рядом. Райга почувствовала очередную волну резонанса. Она медленно развернулась к Серым, стараясь не смотреть на тело барона.

— Мгновенная смерть при попытке что-то выяснить, — сказал эльф. — До боли напоминает Айю, не находите?

— И не только этим, — холодно сказал Аллатриссиэль.

С этими словами ищейка присел около трупа и рывком перевернул его. Рубашка на спине мужчины была вспорота. Между лопаток темнел багровый шрам в виде круга со странным символом внутри.

— Снова тот, кто создает Печати, — проговорил магистр Лин. — Плохо. Ты сравнил их, Цанцю?

—Да, — кивнул эльф. — Почерк разный. Не тот, что в Но-Хине. Магия… Магия похожа, но сами рисунки делал явно другой человек. У Айю и Дейра печать нанесена той же рукой. Это несомненно. Скорее всего, перед нами его последователь. Вот только почему в королевстве? И что им нужно от принца?

Магистр Лин бесстрастно ответил:

— Очевидно, его смерть. Я приду к вам, если появятся еще мысли на этот счет. Что будете делать теперь?

Аллатриссиэль поднялся и ответил:

— Отправимся в гостиницу, где он жил. И в родовой замок. Будем искать зацепки там.

— Хорошо. Приходите потом ко мне, обменяемся информацией. Только, пожалуйста, без этого, — магистр неприязненно взглянул на Хунту.

Цанцюритэль бросил на него укоризненный взгляд:

— Мальчишка еще юн и осознал свою ошибку. Ты планируешь припоминать ему это до конца его дней?

— Нет, — холодно ответил наставник. — До конца своих.

С этими словами он повернулся и вышел. Райга последовала за учителем. Огненный смерч начал угрожающе раскручиваться. Девушка, прикрыв глаз, наблюдала за тем, как вращение пламени то замедлялось, то ускорялось. Эльф изо всех сил сдерживал рвущееся раздражение.

— Мы снова остались ни с чем, — тихо сказала Райга.

Магистр покосился на нее аметистовым глазом и ответил:

— Не совсем. Мы знаем, что тот, кто открывает воронки, как-то связан с теми, кто хочет убить тебя и Райтона.

Райга чуть было не покачала головой в ответ, но вовремя спохватилась. Печать балансировала на грани пробуждения с момента соприкосновения с чужой силой. И, похоже, успокоиться ей предстояло нескоро.

Как только дверь в кабинет осталась за поворотом, магистр тихо сказал:

— Не смотри на меня сейчас, просто послушай.

Девушка кивнула, и эльф продолжил:

— Если ты что-то знаешь об этом и можешь рассказать, не вызывая пробуждение Печати — сделай это. Если нет — молчи и помни, что ты не должна выдать себя ни жестом, ни взглядом. Я предупрежу остальных. Будь осторожна.

Райга кивнула. Какое-то время они молча шагали по коридорам, а затем наставник спросил:

— Вернешься на бал?

Девушка покачала головой:

— Не хочу. Когда нам можно будет вернуться в Алый замок?

Эльф покосился на нее:

— Не сегодня. Останешься в Крыле Королевы?

— А варианта попроще нет? — пробормотала Райга.

— Для Великой герцогини Манкьери и наследницы Кеуби? Хеллемилиоран. Хиаллитэль может тебя проводить.

— Хлайе Хаэтеллио это не понравится, — осторожно сказала Райга.

Магистр вздохнул и сказал:

— Прости его.

Райга непонимающе посмотрела на учителя.

— Хаэте, — пояснил он. — У него не осталось ни отца, ни матери. Тайенуриэль, Таймириллио и я — все, что у него было после войны. А потом он потерял жену и любимого сына. Он переживает за меня. А ты просто попала под горячую руку. Я сожалею. Не вини себя.

— Вы были в опасности из-за меня. Не один раз, — ответила Райга.

— Защищать вас — мой долг, — бесстрастно ответил эльф. — Ну так что, куда тебя отправить?

Райга немного подумала и решилась:

— Я лучше здесь останусь. Если Райтихо-эме меня примет, конечно.

— Сомневаюсь, что она откажет.

Гвардейцы, действительно, беспрекословно пропустили Райгу в Крыло Королевы. Там ее тут же встретила Ратка. Нянька принца, казалось, была рада видеть Пламенную. На крик старухи прибежала Аито, и обе принялись хлопотать вокруг девушки.

Была уже глубокая ночь, когда отряд во главе с магистром Лином собрался в кабинете принца. Райга выпросила у Ратки форму гвардейцев для себя. Недовольная старуха принесла то, что требовалось, избавила девушку от прически и заплела косы. Райтон в парадном костюме сидел за своим столом, Миран и Ллавен стояли за его спиной в таких же бордовых мундирах. Девушка удовлетворенно подумала, что наконец-то она во дворце не в роли прячущейся ото всех в золотой клетке птички, а снова как часть команды. Иночи нахмурился, когда увидел ее в форме. Но оставил свои размышления на этот счет при себе. Капитан гвардейцев отчитался и ушел. Райга сидела в кресле, закинув ногу на ногу и подперев голову рукой. Она взглянула на наставника, который занимал второе кресло и обнаружила, что невольно скопировала его позу. Миран тоже это заметил и сказал:

— Сидите, как зеркальные отражения друг друга.

Райга встретилась взглядом с наставником. Но менять позу было лень. Слабость после использования артефакта еще до конца не отпустила. На губах эльфа мелькнула усмешка, но он точно также не сдвинулся с места, только холодно взглянул на темного.

— Не самая моя худшая привычка, пусть повторяет.

Райтон на мгновение прикрыл глаза рукой и сказал: