Красный космос - Михаил Савеличев

– Я – Деймос, я – Деймос, я – Деймос…

– Деймос, слышим вас хорошо, – проговорил Биленкин. – С вами установлена постоянная связь через наши спутники. У нас много вопросов. Командир?

Мартынов сидел прямо, опустевшая кружка – на пульте, убрать некогда.

– Деймос, говорит командир корабля Мартынов. Объясните нам, как связаны Уничтожитель и возрождение цивилизации Фаэтона. Что должен сделать Уничтожитель на Земле, то есть на Голубой?

– Я – Деймос, отвечаю. Уничтожитель должен уничтожить Голубую для получения некрополя критической напряженности. Генерация некрополя такой напряженности позволит запустить механизмы Фобоса и Красной. В результате начнется заселение Красной колонистами с Фаэтона. Данный процесс необратим и представляет угрозу для Голубой и ее обитателей.

– Почему вы сообщаете об этой угрозе для нашей планеты только сейчас? – спросил Мартынов. – Что мы можем предпринять для ее ликвидации?

– Я – Деймос. Для ликвидации угрозы уничтожения Голубой и предотвращения возрождения цивилизации Фаэтона на ваш корабль был послан организм-полиморф. Его задача состояла в ликвидации главного источника угрозы – Царицы.

– Значит, вы хотели убить одного из членов нашего экипажа? – не выдержал Гансовский. – Это, знаете ли… это не выход! Так нельзя! Человеческая жизнь… бесценна!

– Я – Деймос. Ликвидация Царицы или ее носителя – безусловный приоритет моих действий. Контраргументация не допускается. Приоритет. Безусловный приоритет… Решение связаться с вами напрямую принято в результате провала первоначального плана. Ликвидация Царицы не произошла. Организм-полиморф не смог преодолеть защиту Царицы.

– Молодец, Зоя, – прошептал обрадованный Биленкин, – знай наших!

– Что сейчас происходит на Фобосе? – быстро спросил Борис Сергеевич.

– Я – Деймос, связь с организмом-полиморфом утрачена. Последним сообщением организм-полиморф информировал о неудаче. Оценка вероятности его гибели ноль восемь или ноль восемь один. Поэтому принято решение задействовать резервный план.

– Хорошо, Деймос, мы готовы помочь, – сказал командир. – Тем более это напрямую связано с предотвращением угрозы Земле и спасением нашего товарища.

– Я – Деймос, благодарю за ваше решение содействовать выполнению миссии. Прошу переобозначить ваши цели. Цель спасения Голубой и цель спасения члена экипажа – носителя Царицы являются в данной стратегической игре недостижимыми одновременно.

– Что за черт?! – изумился Биленкин. – О чем он толкует? Что Земля все равно погибнет, как бы мы ни трепыхались?! Ничего себе расклад!

– Мы могли его неправильно понять, – сказал Полюс Фердинатович. – Особенности диалекта машины…

– Деймос, поясните – вы считаете, Уничтожитель все равно уничтожит Землю? – командир поднял ладонь, призывая пилота помолчать.

– Я – Деймос, мои расчеты точны. Голубая и носитель Царицы – элементы возмущения прогноза. Основная цель воздействия – тессеракт, который находится у Царицы. Он является ключом к запуску системы возрождения цивилизации Фаэтона на Красной. Необходимо предотвратить его инициацию.

– Ага, наплевать на угрозу Земле, забыть о Зое и заниматься только этим дурацким тетра… тес-сер-актом, – выговорил Биленкин. – Чужими руками каштаны из огня таскать.

– Деймос, согласно вашим расчетом, что сейчас предпримет Царица? – спросил Полюс Фердинатович.

– Я – Деймос, согласно моим расчетам, Царица со своим носителем и тессерактом высадится на поверхность Красной. Объект необходимо доставить в центр инициации, который расположен в одном из городов Красной.

– Что за города?

– Как они смогут высадиться?

Вопросы от Гансовского и Мартынова прозвучали почти одновременно. Деймос сделал паузу, вероятно решая, кому отдать приоритет.

– Я – Деймос, для высадки на Красной использовано транспортное средство с вашего корабля.

– Ну да, как же, – возразил Биленкин. – Капсула для посадок не предназначена. Шкура у нее не такая дубленая. Невозможно на капсуле совершить посадку, командир.

– Деймос, на капсуле, которая находится у Царицы, на Марсе сесть невозможно. Он сгорит в атмосфере, – сказал Борис Сергеевич.

– Я – Деймос, сообщаю о вашей ошибке. Ошибка. Ошибка. Ошибка. – Биленкин поморщился и демонстративно приложил ладони к ушам. – Посадка уже началась. Фиксирую начальный этап посадки на Красную. Точка входа с координатами четыре пять два один шесть девять. Расчетное место касания поверхности Красной пока не удается точно определить…

– Что за черт! – Мартынов склонился над экраном локатора, но зеленый луч, описывающий круги по часовой стрелке, не обнаруживал ни одной, даже самой крошечной помехи. – Ничего не видно!

– Э-э, уважаемые, – нерешительно начал Полюс Фердинатович, – почему бы не опробовать наши гравитационные ловушки? Если капсула недоступна для обнаружения радиосигналами, то ее можно нащупать по гравитационному возмущению. Масса, конечно, маловата, но чувствительность прибора…

– Добро, – сказал Мартынов, – хоть по кофейной гуще гадайте, но найдите капсулу.

Полюс Фердинатович поднялся по лесенке в гондолу астрофизической лаборатории и принялся колдовать над приборами. Между тем Мартынов вновь склонился над экраном локатора. Луч помигивал, зеленые цифры в индикаторе частоты с легким треском переключались.

– Кажется, что-то есть, – сказал Полюс Фердинатович. – Объект с близкой массой к массе капсулы. Хотя… странно…

– В чем дело, Полюс Фердинатович?

– Показатели пляшут. Не могу понять, в чем дело: нижний предел соответствует параметрам капсулы, а вот верхний… верхнего предела вообще нет… прибор зашкаливает… такое ощущение, будто там черная дыра, сингулярность…

– Деймос, Деймос, – вызвал Борис Сергеевич таинственного собеседника. – Вы можете уточнить параметры тессеракта? Какой массой он обладает?

– Я – Деймос, вопрос не имеет смысла. Объект не обладает массой. Его масса бесконечна. Его масса пренебрежимо мала. Данный объект не поддается физическим определениям.

– Вот он и попался, – сказал Борис Сергеевич, – Полюс Фердинатович, вы все поняли?

– Да, Борис Сергеевич, принимайте координаты.

– А я ничего не понял, – опять же себе под нос пробормотал Биленкин, но на объяснениях настаивать не стал, а достал стеклограф и принялся наносить диктуемые академиком координаты на прозрачную поверхность.

– Я – Деймос, – вновь прозвучал механический голос, – информирую, что мною предприняты шаги по экстренному исправлению ситуации.

– Уж не ракетой ли он хочет по ним шарахнуть? – обеспокоился Игорь Рассоховатович, отрываясь от планшета, где постепенно вырисовывалась параболическая скрутка посадочной траектории капсулы.

– Деймос, Деймос, о какого рода шагах вы говорите? Прошу не предпринимать никаких действий. Ситуация находится под нашим контролем, – Мартынов бросил взгляд на планшет. – Мы перехватим тессеракт, обещаю вам. Это в наших же интересах. Ракетного удара по челноку мы не допустим! Вы слышите? На борту «Красного космоса» находятся системы перехвата ракет. Мы их активируем.