Нулевое досье - Уильям Гибсон

Милгрим, без ботинок и без пиджака, лежал на белом поролоне, целиком уйдя в новое восхитительное занятие. Над ним, под высоким потолком, освещенным большим итальянским торшером с абажуром-зонтиком, медленно и почти бесшумно кувыркался матово-черный скат – слышалось лишь мягкое шуршание наполненной гелием оболочки. Милгрим смотрел не на него, а на экран айфона, показывавший видео с камеры ската, раз за разом видя себя на белом поролоне и Фиону за столом (она что-то собирала из коробки, которую принес Бенни), потом белую стену, ярко освещенный потолок и снова себя. Ощущение было совершенно гипнотическое еще и потому, что он сам управлял кувырканием ската, водя большим пальцем по экрану айфона.

Скат плыл в воздухе. Созданный по подобию водного существа, черный «морской дьявол» с медленной жутковатой грацией колыхался над головой.

– На улице, наверно, еще лучше, – сказал Милгрим.

– Гораздо интереснее, но нам не разрешают. Если про них узнают, весь смысл пропадет. А они стоят чертову уйму денег, даже в стандартной комплектации. Когда мы только собрались покупать дроны, я предлагала что-нибудь такое. – Фиона имела в виду квадратный предмет, который собирала на столе. – Они быстрее и маневреннее. Но Губерт сказал, мы повторим историю воздухоплавания, начнем с аэростатов.

– Крылатых аэростатов ведь не было? – спросил Милгрим, по-прежнему целиком сосредоточенный на движении большого пальца.

– Не было, но о них мечтали. А эти штуки могут летать только совсем недолго. Аккумуляторы разряжаются.

– Он совсем не похож на вертолет. Скорее на кофейный столик для кукол.

– Восемь винтов, серьезная подъемная сила. И они в раме, так что он не ломается от первого же удара. Оставь пока ската и посмотри на коптер.

Милгрим с внезапной тревогой понял, что не знает, как выключить ската.

– Как его остановить?

– Просто оставь его в покое, программа все сделает сама.

Он глубоко вдохнул, убрал палец с экрана и посмотрел вверх. Скат опустил плавники (по их кончикам прошла странная дрожь) и завис, чуть покачиваясь, под самым потолком.

Милгрим встал и подошел к столу. Никогда ему не было так хорошо, как сейчас с Фионой в лас-вегасовском кубе Бигенда; он вновь и вновь с удивлением ловил себя на этой неожиданной радости. Никаких дел: забавляйся дорогими немецкими игрушками Бигенда и разговаривай, причем и сами игрушки, и управление ими можно было обсуждать бесконечно. Фиона, строго говоря, работала, собирала новый дрон из деталей в двух коробках, но занятие это явно было ей в удовольствие. Она орудовала главным образом маленькими отверточками и разноцветными торцевыми ключиками, по видеоинструкции, которую смотрела на ноутбуке Милгрима через красный модемчик. Мичиганская компания, два брата-близнеца в одинаковых очках и джинсовых рубашках.

Дрон, несмотря на винты, ничуть не походил на вертолет. Он был сделан из черного пенопласта с бампером из какого-то другого черного материала по периметру и четырьмя круглыми отверстиями, в которых вращались винты. Четыре аккумулятора, заряжавшиеся сейчас от розетки, вставлялись по углам, для равновесия. Обтекаемый фюзеляж внизу вмещал камеру и электронику.

– Жалко, на улице не проверить, – сказала Фиона, откладывая отвертку. – А так готово. Но я – труп. Как насчет завалиться?

– Что-что?

– Завалиться на твой поролон. Он широкий, поместимся. Ты ночью спал?

– Да почти нет.

– Тогда давай устроим тихий час.

Милгрим посмотрел на одну белую стену, на другую, на черного ската и на серебристого пингвина.

– Давай, – сказал он наконец.

– Тогда выключи свой ноут.

Фиона встала из-за стола и, пока Милгрим выключал ноутбук, прикрутила яркость торшера.

– Я не могу спать в этих штанах, – сказала она. – Они кевларовые.

– Хорошо, – ответил Милгрим.