Сила рода. Том 1 и Том 2 - Павел Вяч

На самом деле, я уже начал догадываться, что сейчас скажет Демид Иванович, и пока даже не знал, как на это реагировать.

— Ежегодно наше княжество устраивает зрелищные состязания юных дворян под названием «Золотой меч». Обычно в нем участвуют исключительно воспитанники дворянских семей, но в этом году Большой круг решил включить в состав участников и княжескую гимназию.

Ну да, я так и подумал, что нас ждёт местный аналог Последнего героя или Форт Боярд.

Но вообще получается забавная вещь. Простолюдины наблюдают за сложностями власть имущих. Звучит интересно, но вот только… зачем?

— По мнению членов совета, участие гимназии повысит престиж нашего княжества и продемонстрирует высокий уровень образования наших учеников.

Ну ясно. Большие дяди решили показать народу куда идут их налоги…

— На территории заставы расположены сотни следящих макрисов — магических кристаллов — которые будут показывать все ваши перемещения по городку. Единственное место, где не ведется запись — это ваши дома.

Класс, то есть идея насчет переезда отпадает?

— Во время ваших вылазок в Пустыню вас будут сопровождать трое Одаренных, которые будут передавать вашу подготовку к бою, тактические и стратегические решения, ну и сами схватки с демонами.

То есть, для съемки за пределами городка организаторам требуются операторы — это хорошая весть.

— Вы вольны поступать, как считаете нужным — максимально быстро выполнить цель и выйти из состязаний, или находиться на заставе весь месяц, скрупулезно выполняя подготовленные для вас задания.

Ну, логично, квесты всегда вызывают интерес. Вот только… целый месяц под микроскопом?

— Пятёрка, первой закрывшая цель, получает сто очков. Теоретически есть возможность набрать примерно столько и даже чуть больше, выполнив все задания. Но практически это не удавалась ещё никому.

Так, ну тут понятно, кто первый — того и тапки.

— Во время состязаний любой подданный княжеств может поддержать полюбившуюся ему или ей команду наградой или голосом. Все собранные деньги идут в благотворительный фонд княжества, а участники получают случайные бонусы, ценность которых зависит от суммы и количества наград.

Ого! У меня просто нет слов. Ну организаторы, ну красавчики!

И демонстрируют простому народу мощь одаренных, и дают захватывающее зрелище, и показывают чужую красивую жизнь. Да ещё и деньги на этом зарабатывают!

Однозначно, тот, кто это придумал — чертов Илон Маск!

— Каждая из пятёрок вправе отказаться от участия в состязаниях, но это не освобождает вас от прохождения Практики. Кроме того, по согласию ваших родителей и законных представителей, вы все равно будете мелькать в записи макрисов.

От популярности, хе-хе, не убежать! Вот только всё усиливающаяся злость, которой пульсирует Роман, начинает меня немного напрягать…

— Помните, что на вас будет смотреть вся страна! И для многих мальчишек вы сможете стать образцами для подражания!

А вот это, кстати, хороший шанс получить уважение народа. Просто веди себя по совести, героически преодолевай возникающие на пути препятствия и будет тебе всеобщее признание и любовь.

— Также напоминаю, что у некоторых из вас штраф к голосам. К примеру, пятёрке Ивана Толстого для получения бонуса нужно получить минимум тридцать голосов. Но первую неделю штрафы не работают.

Получается, нашей команде для получения бонуса нужно будет заработать минимум сорок — мда уж, будет непросто… Ладно хоть есть неделька для разминки.

— Соотношение бонусов и голосов стандартное для всех состязаний Золотого меча: Один голос равен одной награде. Десять наград или голосов — минибонус. Двадцать голосов — малый бонус. Тридцать голосов — средний бонус. Сорок голосов — большой бонус. Пятьдесят голосов — значительный бонус. И так далее, вплоть до грандиозного. Подробнее градация расписана на оборотной стороне выданных вам карт.

Мда уж, серьезный подход. Вот только почему от Дубровского так и дохнуло уже откровенной ненавистью?

— Помните, каждый из вас имеет право отказаться от участия в состязаниях. Для этого нужно выйти из дома и громко произнести: «Я отказываюсь от участия!».

Я прямо физически почувствовал, как дернулся Роман и приготовился перехватить его на полпути.

— Удачи, парни… — казалось, классный руководитель посмотрела в глаза каждому из нас. — Я в вас верю.

Иллюзия Демида Ивановича бесшумно исчезла, а вместе с ней исчез и привкус железа.

— Я в этом балагане участвовать не намерен! — Дубровский так и фонтанировал злостью. — С дороги!

Последние его слова относились к вставшему у него на пути Филиппу.

— Послушай, Роман…

Дубровский грозно взглянул на толстячка и у Фила аж ноги подкосились. И, судя по появившемуся во рту привкусу железа, Крудау явно не сам так струсил…

— Р-роман!

На Славика Рома даже внимания не обратил. Тем более тот и не делал попыток схватить его за рукав или встать на пути. А отличие от Мирона.

— Стой, — прогудел здоровяк, волшебным образом оказываясь перед Дубровским. — Это же шанс…

Рома лишь прищурился, а наш кузнец ни с того, ни с сего впечатал свой здоровенный кулак себе же в нос.

Мда… дело принимало серьезный поворот.

Всего несколько секунд, и двое из нашей пятёрки уже выведены из строя, а сам Рома рвётся на выход, чтобы на эмоциях отказаться от участия в «балагане».

— В чём проблема-то, Ром? — миролюбиво уточнил я, вставая в дверном проходе.

С какой бы симпатией я не относился к Дубровскому, но позволить ему заруинить выпавший нам шанс не собирался.

— Я дворянин. — Мне, в отличие от остальных Роман всё-таки ответил. — Это насмешка и фарс. Уйди, Миша.

— Слово даю, что уйду, но только после беседы, — я и не подумал сдвинуться с места. — В тебе говорят эмоции, а не воля. Это не путь мага.

Про мага я, конечно, зря ляпнул. Переборщил.

— Я сам разберусь, — от Дубровского так и дохнуло холодом.

— Сам разбираться будешь, когда один останешься, — упёрся я, чувствуя все усиливающееся давление Дубровского. — А сейчас мы — команда!

— Ты не понимаешь, — с грустью покачал головой Рома. — Это другое.

И ударил.

Мой мозг пронзила ослепительно белая спица боли, и я с трудом удержался от того, чтобы не упасть на колени. Вцепился побелевшими пальцами в дверной косяк, я пошатнулся, но с места всё же не сдвинулся.

— Не хотел причинять тебе боль, — вздохнул Рома, — но ты сам напросился.

От повторного ментального удара, меня скрючило в три погибели, но я всё же выпрямился и упрямо вскинул голову, правда, зажмурив глаза.