Темное Море - Джеймс Камбиас

– Альтернативное Согласие?

– Или социальные хищники. А возможно, и то и другое. Согласие между ними может основываться на насилии против всех, кто не является членом группы.

– Ах да. Характерная черта примитивных обществ, – сказал Ирона.

– Так и есть, – согласилась Тижос без тени сарказма. – Демонстрация нашей силы позволит предотвратить возможный конфликт.

– Признаю. Теперь ступай поешь и отдохни, Тижос. Ты выглядишь измученной.

* * *

Грубохват и Щитобойка приближаются к селению с опаской. Грубохват не помнит, как грабит кого-то в окрестностях, но новости распространяются быстро, а оседлые жители всегда подозрительны. Это селение уже третье. Они со Щитобойкой движутся вдоль окраины пустошей, перебираясь через разломы: Грубохват подозревает, что новости разлетаются вдоль торговых путей.

Подросток из патруля останавливает их на границе:

– Что за дело привело вас в Бурлящий Источник?

– Торговля, – отвечает Грубохват. – У нас есть товар из Глубокой Расселины и из вод позади Плоского Котлована.

Юнец прощупывает их импульсом, достаточно сильным, чтобы добраться до содержимого желудков.

– Хорошо, можете войти. Частные владения отмечены камнями. Законы селения применяются на общей земле. Только ополчение может носить копья, превышающие длину тела. В случае ущерба сетям вы возмещаете утрату улова и чините повреждения.

– Мы обещаем следовать вашим законам.

Селение мало́, но стоит на торговых путях, а значит, новостей здесь много. Щитобойка следует за Грубохватом к рынку – пустому участку ниже основного источника. Купцов там немного: еще один бродячий торговец продает необученных тягачей, один из местных торгует «жалами», да стоит учитель с несколькими подмастерьями на продажу. Грубохват находит свободное место по соседству с продавцом «жал» и раскладывает товар.

Необычный запах предметов, распространившись в воде, привлекает покупателей. Сперва их подходят пощупать несколько слоняющихся без дела подмастерьев и наемных работников. Затем подтягиваются землевладельцы.

– Продаешь шнуры? – спрашивает один, пробегая кормовыми щупальцами по мотку, полученному от чужаков.

– Они тонки, словно шнур, но прочнее любого каната.

– Вздор, – обрывает его землевладелец.

– Тогда попробуй порвать, – предлагает Грубохват. – Можешь забрать себе столько, сколько оторвешь от мотка.

Его собеседник довольно крупный, тяжелые клешни стерлись от земляных работ. Он наматывает на каждую по паре витков и начинает тянуть. Потом сильнее. Тянет, пока его сочленения не начинают скрипеть, а толстый панцирь на клешнях – потрескивать от усилий.

– Хорош!

– И при этом отлично тянется. Из моего шнура можно вязать сети, которые удержат что угодно.

– Сколько? – спрашивает крепыш.

– Десять бусин за длину клешни.

Цена неслыханная. Обычно веревку меряют в кабельтовых, а не в клешнях. Но возражений не следует, и здоровяк просит пять длин.

– А как ты отрежешь? – спрашивает один из подмастерьев.

Грубохват рад вопросу.

– Вот этим! – И он выхватывает еще один подарок пришельцев – инструмент, похожий на фальшивую клешню, сотворенную из чего-то, что крепче камня, но легче пустого панциря. Удерживая рукоятки клешнями, он обрезает шнур.

Торговля идет бойко: они продают веревку, пару режущих инструментов и несколько очень прочных шил. Щитобойка начинает жаловаться на голод, так что Грубохват отсылает ее с несколькими бусинами купить еды. Она возвращается с икряными лепешками и парой связок червей. Грубохват позволяет ей поесть первой, а затем оставляет стеречь место, пока отползает перекусить сам.

К нему подходит самка из местных. По бороздкам на ее клешнях Грубохват догадывается, что это плетельщица веревок. Она садится рядом и какое-то время слушает, как он ест.

– Этот твой удивительный шнур… – говорит она наконец.

– Прочнее всего на свете.

– Я помню, как ощупала купленный моток. Он ощущается как цельное волокно, а не витая веревка. И по запаху не похож ни на что, знакомое мне. Откуда он у тебя?

– Издалека, – роняет Грубохват.

– И правильно, не говори. У тебя хорошо идет дело, ты не хочешь его испортить. Я понимаю.

Грубохват решает, что момент подходящий.

– Не так просто ходить с товаром из поселения в поселение. Я не знаю заранее, на что будет спрос или где посреди холодных вод меня могут подстерегать бандиты. Не знаю, надуют ли меня с ценой или я запрошу слишком много. Боюсь, что поселенцы меня ограбят.

– Жизнь торговца полна опасностей, – соглашается она.

– Помню, я слышал о странных существах, – говорит он. – О вещах, подобных которым никто не знает. Ты не припоминаешь подобного?

– Странные существа? Если тебя такое интересует, нужно говорить с Шипоногом.

– Почему с ним?

– Он любит узнавать новое. Подозреваю, ему известно обо всех существах, живущих в море. А чего он не помнит сам, о том написано в его смотках. Думаю, в его доме веревок больше, чем у меня, но все они завязаны в узлы.

Грубохват озадачен:

– Почему? Он учитель?

– Нет, просто любит узнавать новое. Он землевладелец, так что может себе позволить тратить на это бусины.

– Глупец, – решает Грубохват. – Но, пожалуй, полезный. Если этому богачу нравится тратить бусины на новые знания, возможно, он знает и то, что необходимо Грубохвату. Где он живет?

– Он хозяин Большого Камня, но его там нет. В имении сейчас одни подмастерья.

– А сам он где?

– Путешествует. У него есть друг по имени Долгощуп – владелец большого поместья примерно в тысяче кабельтовых вниз по течению. Шипоног иногда навещает его, чтобы поговорить о животных, растениях и всяких древностях.

– Вниз по течению вдоль разлома?

– Да. Если ты туда направляешься, не забудь сказать, что совет получил от меня.

– Не забуду.

Отлично! Грубохват представляет, как они со Щитобойкой запросто выбьют из простаков-землевладельцев все, что им нужно знать. А если у тех найдется еще что-нибудь ценное – тем лучше.

* * *

Широкохвост помогает арендаторам Долгощупа ставить оттяжки на высокие сети, когда его окликает один из подмастерьев:

– Простите, господин Широкохвост, хозяин хочет вас видеть.

– Хорошо. Ты оставайся здесь и, когда сеть начнет отклоняться по течению, скажи, чтобы привязывали.

Он плывет к дому, возле которого уже стоит небольшая толпа. Среди собравшихся – странный тягач с большим узлом груза и торговец, расхваливающий свой товар: