Однажды в Марчелике 3 - Лео Сухов

– Я сказал: вон! – Эдди схватил гостя за плечи и попытался вытолкать его из дома.

Но проклятый сыщик упирался, как мог. И даже цеплялся за дверной косяк.

– Метен Страус! Всего лишь один разговор! – кричал он.

– Нам не о чем разговаривать, метен Альфареро! Покиньте мой дом и никогда не приходите сюда!!! – риву всё-таки удалось вытолкать гостя на крыльцо. – Чтобы я вас больше не видел!

Рявкнув это, Эдди попытался закрыть дверь, но та и не думала закрываться. Она будто в пол вросла… Осмотрев упрямую створку, рив заметил кончики чьих-то пальцев, не дававшие ей двигаться.

– Кто бы вы ни были, отпустите дверь! – потребовал он, принявшись тянуть ручку на себя. И под конец чуть ли не повиснув на ней всем своим весом.

– Как скажете! – прозвучало из-за двери, и в тот же момент она закрылась.

Эдди не удержался на ногах, когда ввалился обратно в прихожую. И со всего маху упал спиной но пол.

– Эдди! – Сильвия кинулась к нему на помощь, и это ужасно порадовало рива. Ради этого можно было и потерпеть боль!..

Не всё ещё было потеряно из-за проклятого сыщика. Не всё!.. Ещё можно было как-то растормошить жену!..

И в этот момент дверь снова раскрылась. На пороге опять возник Альфареро.

– Метен Страус! Я умываю руки! – скорбно сообщил он.

– А вы можете делать это не у меня дома?! – взревел рив. – Сильвия, неси ружьё! Я пристрелю этого наглеца!

– Эдди!..

– Вон!!! – несчастный рив был так взбешён, что даже не видел, с каким внезапным восторгом супруга смотрит на него. И это несмотря на то, что он лежал на полу, как перевёрнутая черепаха, и орал, как раненый волл.

– Несомненно! – ответил Альфареро. – А пока я представлю вам моего нанимателя…

– Подите оба прочь! – Эдди понял, что, лёжа на полу, выглядит не так грозно, как на ногах. И, наконец, начал подниматься.

При этом он ещё смотрел в пол. И заметил только, что жена почему-то соляным столбом застыла рядом, а не бежит за ружьём.

И, лишь столкнувшись взглядом с чьей-то белой рубашкой, понял, что именно так удивило его супругу…

На пороге дома Эдди стоял гигантский человек. Два ярда и почти фут роста – во всяком случае, уж точно не меньше фута! Серые брюки скрывали кавалерийские сапоги с острыми носами, а на поясе висела кобура с каким-то глупым тиснением. Видимо, вытиснена была надпись, но какая именно – не разобрать. И, кстати, кобура оказалась не одна – их было две. Из каждой торчала рукоять устрашающего револьвера марки «немезида».

Эдди пробежался взглядом по рубашке… По жилетке, видавшей лучшие времена, и запылённой куртке… Затем мазнул взглядом по новой шляпе с широкими полями, а потом сосредоточился на лице…

И вот оно риву решительно не понравилось. Это было лицо бродяги и касадора! Загоревшее под беспощадным солнцем Марчелики, обветренное тысячей ветров… Раньше бы рив сказал, что таким людям не место в его городе, но, к сожалению, и город был не его, и решал такие вопросы давно уже не он.

– С вами теперь будет говорить метен Старган! – с сочувствием сообщил ему Альфареро. – И видит Бог, я старался, чтобы эта встреча не состоялась…

– Вечер, метен Страус! – голос у касадора был такой же грубый, как и сам метен Старган.

– Д-д-добрый! – проговорил рив, стараясь гордо выпрямить спину. Которую, кстати, немного прихватило после падения.

– Вряд ли!.. – не согласился касадор. – Дерьмовый вечер, метен Страус! А для вас особенно дерьмовый…

– Милый, кто эти люди?! – негодующе спросила Сильвия.

– Сядьте за стол, мешо! – гулко пробасил ей касадор.

– Что вы себе позволяете?! – возмутился Страус и сжал кулаки.

– Не советую! – касадор заметил его жест, но только головой покачал. – «Толстяки» пытались… Но тут же лишились головы.

– Вы…

И тут Эдди почувствовал, как по его спине градом полился холодный пот. Ещё и вперемешку с какими-то мерзкими мурашками. Он попытался как-то переиграть фразу Старгана у себя в голове – той самой, которой ещё не лишился… Но быстро понял, что как ни крути смыслами, они почему-то никак не меняются.

– Вы уверены, метен, что стоит признаваться в этом риву? – поинтересовался он, неожиданно успокоившись. Всё-таки опасная работа приучила его держать себя в руках.

– Но-ми-наль-но-му! – по слогам сказал касадор. – Не риву, а так… Бутафории.

– Милый, о чём он говорит?! – возмутилась жена Эдди.

– Мешо! – касадор повернулся к Сильвии и терпеливо повторил: – Идите и сядьте за стол!

– Милый!.. – взмолилась женщина.

– Это моя жена, метен! – напомнил рив и приготовился к драке.

– Прелестная жена, метен! – касадор улыбнулся.

И сразу кто-то потушил свет…

– Зажгите свет! – со стоном потребовал Эдди, потому что его неожиданно накрыл приступ сильнейшей мигрени.

– Милый, ты очнулся! – заботливые руки жены приложили к его лбу холодный компресс.

– Да… Что? Почему я лежу?! – рив попытался встать, но ему будто бревном по груди двинули, заставив лечь назад. – Что за чёрт?..

– Полежи, милый! – попросила Сильвия. – А вы, метен Старган, могли бы вести себя и позаботливее! Вы же сами оглушили моего мужа!

– Я его не для того оглушил, чтобы он тут скакал! – ответил знакомый голос, и Эдди, наконец, понял, что просто лежит с закрытыми глазами.

Он всё ещё находился в своей гостиной, на кушетке. Рядом сидела жена. За столом мирно пил виски из стакана (его, Эдди виски! из его, Эдди, стакана!) проклятый Гарри Альфареро. А рядом с ним развалился на стуле тот самый Дан Старган.

– Что произошло? – растерянно спросил Эдди.

– Вы упали, метен! – ответил Дан.

– Упал?.. Но как? – не поверил рив, за которым отродясь не водилось привычки падать на ровном месте.

Вот только голова у него совершенно отказывалась думать… И он никак не мог уместить всё услышанное после того, как потух свет в его глазах, в одну логическую цепочку.

– Молча, метен! Вы потеряли сознание! – ответил Дан.

– Но… Это глупо! Почему? – ещё больше удивился Эдди.

– Не имею понятия, метен… – задумчиво ответил касадор. – Но я заметил, что от встречи с моим кулаком люди часто впадают в беспамятство… Наверно, вы из таких же!

– Вы… Ударили меня? Рива Викторина? – проговорил ошарашенный Эдди.

– Но-ми-наль-но-го! – хором ответили Старган и Альфареро.

Грохнула входная дверь, и на пороге появилась молодая девушка в дорожной одежде.

– Метены, я ещё долго должна стоять и ждать?! – разгневанно спросила она.