Стражи Армады. По ту сторону восхода - Сергей Коротков

Бакс стал стрелять во всех штурмующих его зверьков, топтать и резкими движениями рук скидывать с себя тварей. Он опустил забрало шлема, но один из пауков успел проникнуть внутрь и сноровисто полез в ноздрю. Мотая головой, отборно ругаясь и борясь с болезненной щекоткой, «каратель» все же подскочил к Брому и звезданул того рукояткой пистолета прямо по лбу. Тотчас подлетевший филин цепким хватом сграбастал оружие и рванул с ним прочь. Бакс не успел удивиться – мерзопакостный паучара полностью залез в нос и вызвал дикую боль. Боец крутанулся на месте, откинул забрало и сильно ударил себя кулаком между глаз в надежде таким незамысловатым образом прибить восьмилапого диверсанта. Переносица хрустнула, из ноздрей хлынула кровь, лицо сразу облепили тысячи насекомых. Бакс запнулся о лежащий ранец, упал и утонул в шевелящемся разномастном месиве.

Вырубленный ударом «карателя» Бром отключился, потеряв ментальную связь с местной фауной. Результат не заставил себя долго ждать – лесные твари стали разбегаться, расползаться и улетать. Кровь и недееспособность жертв их больше не привлекали.

Серый заяц, только что грызший палец лежащего человека, на секунду задержался возле потерявшего сознание профессора, испуганным взглядом окинул его открытый скафандр со свисающей вниз безобразной головой и трусливо прыгнул в сторону. Потом еще и еще, пока не скрылся в кустах.

И в ту же секунду на склоне оврага показались двое.

***

– Командир вызывает Бакса. Боец, ответь командиру… – Звено, охраняющее профессора, все никак не выходило на связь. – Бакс, какого черта ты молчишь, дьявол тебе в душу?! Срочно ответь командиру!

Хард зло плюнул, снова стал ходить по кругу, вытоптав порядочную площадку между валуном и старой трухлявой елью. «Моторола» в кулаке скрипела пластиковым корпусом от давления пальцев, обещая в скором времени лопнуть и рассыпаться. Полковник был взбешен, зло зыркал на оставшихся воинов, стоявших в сторонке и не решающихся под взглядом командира присесть, отдохнуть после изнурительного бега по лесу. Плюс был только один – «каратели» выбрались из каменной ловушки живыми. Остальное все ушло в минусы: потеря пленных вояк и большей части своих бойцов, уничтоженная установка телепортации, упущение Треша с ключом и артефактами Армады, обман, промахи во всем, дикая усталость и раны. А теперь еще и надвигающаяся ночь. Людям Харда, а уж тем более Псам, привыкшим к спартанским условиям, много раз приходилось ночевать в суровых условиях Пустошей, Пади и местной тайги, но не это страшило полковника. Оказавшись не у дел, оборвав все ниточки, ведущие к заветной цели, сократив штат своего подразделения, ему теперь надо дотянуть до утра, зажатым между вояками Восточного форта, спецназом базы и людьми этого ловкача Треша. О каком отдыхе, сне или спокойствии можно было говорить в таком положении?! Дожить бы до рассвета!

От самой базы ведь гнали проклятого сталкера, позорно бежав из надежного укрепрайона, теряя бойцов и измазавшись в канализационном дерьме. И что в итоге? Беглец скрылся, заведя преследователей в болота и аномальное поле, бункер так и не взорвался – офицер-спецназовец обманул, заставив противника ретироваться.

– Чего вылупились? – Хард ненавистно посмотрел на подчиненных. – Я поставил четкую задачу – догнать, найти сталкера. Живым или мертвым! Где он? Какого черта вы стоите без дела? Пока не поймаете Треша, никакого привала!

– Так ведь темнеет уже… – проворчал один из Псов, подписав себе смертный приговор.

Выстрел раздался так резко и неожиданно, что вздрогнули не только уставшие мрачные бойцы, но вспорхнула с ветки испуганная сорока. Абориген повалился на спину с дыркой в груди. Хард, не опуская пистолета, продолжал буравить неровный строй воинов злым взглядом.

– Еще есть умники?! Вас много, сталкер – один. Ему этот лес незнаком, Псы знают местность как свои пальцы. Пока он не убежал далеко, найдите его! Найдите-е мне его-о! Живо-о!

Народ разбежался, тихо перешептываясь, только один из Псов присел возле убитого соплеменника и стал обшаривать его скудную одежду и собирать пожитки. Хард брезгливо сморщился, воткнул пистолет в жесткую открытую кобуру, поднес «Моторолу» к губам:

– Бакс, твою мать! Ответь командиру! Яйца отрежу за молчание. Говори, черт тебя задери!

И вдруг молчавшая рация ответила, почти не шипя и оглашая эфир четкими словами:

– Хард, заберешь своих двухсотых там же, где прятал их. Синцову теперь пиши письма до востребования. Он мой. Ему еще на свадьбе нужно погулять успеть. Моей свадьбе! С его дочерью. Полковник, мой тебе совет, чернота ты натовская, беги-и! Ой, беги отсюда подальше и побыстрее! Не сложишь сию минуту оружие и не сдашься – сводный отряд спецназа, вояк «Альфы» и сталкеров через десяток минут зачистит весь сектор. Они уже сужают кольцо. Выбирать тебе не приходится. Сдаешься, полковник?

Хард узнал этот голос – самый ненавистный для него голос. Треш! «Значит, он «положил» звено Бакса и забрал Брома. Это конец! Теперь это точно все-е. Прокля… Да нет, сталкер, бесполезно тебя проклинать. Твоя взяла! Везет тебе немыслимо. Везет! Признаю, ловок и удачлив, бесов сын. Везение так и преследует тебя по пятам. Не я, не другой враг, а слава и уважение. Ну, что ж…»

Полковник закрыл глаза, лицо его выровнялось, пунцовый цвет стал меняться на обычный, смуглый, побелевший от натуги шрам вновь пожелтел. Скулы перестали играть желваками, а ноздри больше не раздувались.

– Солдаты не сдаются! Настоящие солдаты, – прошептал он в рацию, открыл глаза. – Жаль, что ты, сталкер, не являешься таковым. Из тебя мог бы получиться неплохой воин, даже офицер. И сражались бы на равных. А я не сдамся! И не сдам свои позиции никогда. За мной те, кто стоит над всеми вами, над Падью и… даже над Армадой! Мы еще покажем себя. Еще повоюем. Так что, Треш, Избранный ты ею или как, но это тебя не спасет. Я буду преследовать тебя всю жизнь. До конца!

– Все сказал? Ты про «Всевластие», что ли, Хард? Скоро не будет твоей «крыши». Штурмовиков «Всевластия» мы кончили еще в Дербышах. Твоих хозяев ждет та же участь, что и «Демонов» с Нумизматом и Фараона с его бандой. А стремная смерть вашего лучшего агента Свата – яркий пример для остатков твоей кодлы. Будешь в Саратовских краях, обрати внимание на распятие чучела на стене высотки. Это твой шпион-неудачник. Теперь в наших руках карта, флешка с инфой, списки и местонахождение всех оставшихся диверсантов «Всевластия». Твои схроны и связи. Так что через короткое время тебе капец. Прощай.

Рация мигнула, показав, что связь отключилась. Хард вновь, не сдержавшись, затрясся в беззвучной злобе, все же раздавил «Моторолу» и резко развернулся на пятках. Рядом никого не было. Он сам отослал подчиненных искать пресловутого сталкера, под личиной которого скрывался бывший Пес по прозвищу Джимми. Тот, кто в данный момент напуганным до смерти зайцем несся сквозь чащу все дальше и дальше от злосчастных мест. Действие «ксерокса» ослабевало, поэтому облик аборигена постепенно менялся – он стал превращаться из лже-Треша обратно в Пса. Только теперь Джимми знал уже точно, что он никогда больше не будет лесным дикарем, опустившимся вонючим аборигеном. Теперь он – Димка, простой нормальный парень – встанет на праведный путь, возможно, будет сталкером или бродягой, но уже в вернувшемся к нему человеческом облике.