Драгоценность - Эми Эвинг

Я медленно качаю головой. Мне трудно до конца осознать, что Эш ушел, что я никогда уже не услышу его смех, не почувствую, как бьется его сердце о мою кожу.

– Он не расскажет, – твержу я.

– Будем надеяться, что нет. Потому что если он станет опасен, есть способы эту опасность устранить. Один компаньон может легко исчезнуть.

– Не смей! – кричу я.

– Не надо мне приказывать, юная леди. Помни, что ты обещала. Ты выполняешь все, что я говорю, и никаких вопросов, никаких жалоб.

– Почему ты это делаешь для меня? Действительно. Почему хочешь меня спасти? – не унимаюсь я. – Не понимаю. Почему именно я, почему именно сейчас? Может быть, Эш прав? И дело вовсе не во мне, а в том, что это дает тебе?

Люсьен стискивает зубы.

– У меня была сестра. Азалия. – Он произносит ее имя с такой нежностью, что его голос дрожит. – Она была суррогатом. Я пытался ей помочь, пытался сохранить ей жизнь, и на какое-то время мне это удалось. Пока однажды не произошло непоправимое. – Он качает головой и отворачивается от меня. – Еще не так давно меня волновала только ее безопасность. Важно было только это. Что поделать, если умирают безымянные, безликие суррогаты – главное, что моя Азалия защищена. Но она стала беспокойной, мятежной. Она хотела положить конец аукционам, страданиям невинных молодых девушек. Она верила, что суррогаты могут использовать свой природный дар для свержения королевской власти. Там был другой голос, что шептал ей на ухо, и, в конце концов, этот голос вытеснил любовь брата.

Я потрясена. Использовать заклинания для свержения королевской власти?

Люсьен потирает лоб рукой.

– Она оставила мне записку перед смертью: «Вот как это начинается»… – Эти слова кажутся мне смутно знакомыми, но сейчас нет времени копаться в памяти. – Ее смерть заставила меня действовать. Потому что я больше не могу мириться со всей этой несправедливостью. Стоит появиться одной небольшой трещинке, как от нее расползаются сотни других. И вот уже стены, которые, казалось, строились на века, начинают рушиться.

– А потом я просматривал фотографии для Аукциона и увидел тебя. – Наши глаза встречаются. – Ты так похожа на мою сестру. И если выбирать, кому из суррогатов помочь, почему бы мне не спасти того, кто будет всегда напоминать мне, во имя кого я это делаю? – Он улыбается. – Когда я познакомился с тобой, ты мне еще больше напомнила Азалию. Она тоже была упряма и решительна, в ней было много сострадания. И у нее было доброе сердце.

– Так ты думаешь, что я чем-то могу помочь изменить систему? – недоверчиво спрашиваю я.

Люсьен вздыхает.

– Я думаю, что ты можешь помочь покончить с этой системой. Но я не тот, кто сможет объяснить, как это сделать. Для этого тебе понадобится вот что.

Люсьен берет мою руку и надевает мне на палец кольцо – большой овальный топаз в окружении крошечных бриллиантов.

– Сыворотка внутри. В камне тайник. – Он показывает мне крошечную застежку, спрятанную в алмазах. – Примешь ее завтра в полночь.

Я поглаживаю пальцами драгоценную поверхность кольца.

– Спасибо тебе, Люсьен, – безучастно говорю я.

Он целует меня в лоб.

– Мы можем это сделать. Поверь мне. А теперь я отведу тебя обратно к герцогине.