Отчет Брэдбери - Стивен Полански

— Смотри, — сказала она. — Я хочу показать тебе в книге.

Она стала медленно перелистывать страницы, начав с главы о том, что происходит после зачатия. Там были иллюстрации и цветные фотографии зародыша в матке на различных стадиях развитии. Были рисунки родовых путей, фотографии самого момента родов, фотографии матерей (и иногда отцов) с новорожденным младенцем на руках. Алан вел себя терпеливо и вежливо, как почти всегда вел себя с Анной, но было ясно, что ему хочется узнать вовсе не об этом. Признаюсь, я засомневался, надо ли использовать книгу о половом размножении человека для того, чтобы объяснить Алану, как родился он.

Анна закрыла книгу.

— У тебя есть вопросы? О том, что ты увидел?

— У меня нет вопросов о том, что я увидел, — ответил он. — Кто моя мать? Кто мой отец?

Я встал и подошел к столу. Мы не планировали, чтобы я вмешивался в разговор, и я увидел опасение на лице Анны.

— Твоя мать была моей матерью, — сказал я ему. — Твой отец был моим отцом. — Я не знал, как отреагирует Анна на мою решимость. — У тебя и у меня была одна мать и один отец.

— У нас была одна мать и один отец, — повторил Алан.

— Да. Все верно.

— Твоя мать была моей матерью.

— Да.

— Твой отец был моим отцом.

— Правильно.

Алан минуту размышлял. Анна положила ладонь на его руку.

— Ты — мой брат, — проговорил Алан.

В его голосе не было заметно ни радости, ни облегчения, ни горя.

— Мы — братья, — согласился я. — Однояйцевые близнецы.

— Что ты сказал?

— «Однояйцевые» означает «абсолютно похожие».

— Мы абсолютно похожие.

— В основном, да. Мы похожи.

Алан покачал головой, хотя ни капли не ужаснулся:

— Ты — старик, Рэй.

— Да. Старею с каждой минутой.

— Я не старый.

— Нет, ты не старый, — согласился я. — Ты молодой.

— Ты на меня не похож.

— Не знаю. Когда мне было столько же лет, сколько тебе, я был похож на тебя. Хотя ты выглядишь лучше, чем я тогда.

Алан повернулся к Анне.

— Он был похож на меня. Это правда?

— Да, — кивнула она. Ей ничего не оставалось, кроме как согласиться. — Он был очень на тебя похож. Но ты красивее, чем он.

— Мы — братья, — повернулся он ко мне.

— Да.

— Почему ты такой старый?

— Потому что я появился на свет гораздо раньше тебя. Ты появился намного позже меня.

— У тебя есть другие братья?

— Нет.

— У тебя есть другие братья? — обратился он к Анне.

— У меня нет братьев, — покачала она головой. — И сестер нет.

— У тебя есть сестры? — спросил он меня.

— Нет.

— Ты знаешь свою мать?

— Знал, — ответил я. — Да.

— Ты знаешь своего отца?

— Я его знал. Он умер, когда я был совсем маленьким.

— Твоя мать умерла?

— Да, — кивнул я. — Но позже. Когда мне было двадцать два.

— Мне двадцать два, — сказал он.

— Да.

— Я знал свою мать? — спросил он.

— Нет.

— А она меня знала?

— Нет.

— Я появился из ее живота?

— Нет.

— А ты появился из ее живота?

— Да, — ответил я.

— Вы появились на свет по-разному, — сказала Анна.

— Как я появился?

И тогда Анна объяснила ему процесс клонирования: как ядро донорской клетки помещают в яйцеклетку, из которой удалили ядро, и так далее. Меня впечатлило и тронуло то, что Анна взяла объяснение на себя, но Алан вряд ли понял что-либо из ее объяснений, хотя она старалась максимально упрощать научный язык и не пользоваться специальными терминами.

Закончив объяснять, Анна сказала:

— Такие, как ты, называются клонами. Все мальчики, все мужчины, с которыми ты жил, прежде чем попал к нам, тоже были клонами, как и ты.

— Я — клон, — сказал Алан.

— Копия, — пояснил я.

Анна дала мне понять, что не считает использование правительственного эвфемизма полезным или приемлемым.

— Слово «клон» происходит от слова, которое означает «побег», — сказала она.

— Слово происходит от слова?

— Да, — кивнула она. — Это способ, каким ты произошел от Рэя. У Рэя взяли побег и сделали из него тебя.

— Что такое «побег»?

— Это небольшая часть дерева. Маленькая веточка. Часть веточки.

— Я произошел от дерева?

— Ты произошел от Рэя.

— Я настоящий?

— Да, — подтвердила Анна. — Ты абсолютно настоящий.

Он обхватил голову руками. Я никогда не замечал у него этого жеста. Минуту мы молчали.

Он поднял голову и умоляюще взглянул на Анну:

— Кто я?

— Ты — личность. Ты — чудесный мальчик. Красивый мальчик.

Он снова обхватил голову руками. (Жест он позаимствовал не у меня.) Это не было просто рисовкой. Он усиленно размышлял, а такая поза, по-видимому, помогала ему думать.

Потом Алан обратился к нам:

— Вы меня нашли?

— Ты нас нашел, — сказала Анна.

— Ты меня искал? — спросил он меня.

— Нет, — ответил я.

Он повернулся к Анне:

— Ты меня искала?

— Я тебя ждала, — сказала она. — Очень ждала.

— Ты по мне скучала?

— Я тебя не знала. Теперь, если бы тебя здесь не было, я бы скучала по тебе.

Я стоял возле стола. Мне было неудобно. Я сел сбоку от Алана, чтобы он на меня не смотрел.

— Ты меня сделал? — спросил он у меня.

— Я тебя не делал. Я согласился, чтобы тебя сделали.

— Ты согласился, чтобы меня сделали.

— Я сказал, пусть тебя сделают.

— Ты сказал, пусть сделают.

— Да.

— Кто меня сделал?

— Люди, которые умеют это делать, — сказал я.

— Скажи, кто они, — потребовал он.

— Они — ученые, — объяснила Анна. — Ты знаешь, кто такие ученые.

— Я знаю, кто такие ученые.