Консул Тревельян - Михаил Ахманов

– Я ей не скажу. Но чтобы это было в первый и последний раз!

Тревельян обнял ее плечи.

– Девочка моя, этого я не в силах обещать. Фонд, конечно, не Секретная Служба, но и у нас бывают миссии, о которых я даже во сне не проболтаюсь.

Алиса пристально уставилась на него.

– А если проболтаешься? Я имею в виду во сне?

– Подушке ведомы все тайны мужа и жены… Так сказал Йездан, мудрец кни’лина, и он был прав. Я вижу только один выход: ты должна сменить мундир. Знаешь, я как раз подыскиваю секретаршу.

– Секретаршу! Фи! – Алиса поморщилась.

– Консулу положена секретарша. Это очень ответственная должность, – объяснил Тревельян. – Кстати, весь опыт нашей цивилизации доказывает, что лучшие секретарши получаются из жен. Главная задача на таком посту – контролировать шефа, а кто справится с этим лучше супруги? Она всегда рядом… а у тебя еще и бластер под рукой…

Алиса снова вздохнула.

– Ты недаром стал консулом. Ты и правда волшебный Уговоритель-Заклинатель!

– Работа такая. Думаешь, просто общаться с дикарями Раваны? Или с шестиногими архами? Скажешь не то и не так, и тут же схарчат… Воистину язык – друг мой, а слово – броня и оружие!

Выслушав его, Алиса принялась с задумчивым видом загибать пальцы, шепча про себя: «Первое… второе… третье… и это тоже обязательно… и еще…»

– Что ты подсчитываешь, ласточка моя? – спросил Тревельян.

– Вспоминаю мамин совет. Она говорила: когда влюбленный мужчина захочет на тебе жениться, выдвигай условия. Выдвигай непременно, даже если будешь любить его больше жизни.

– Твоя матушка – мудрая женщина.

– Мудрая, с соколиным глазом и крепкой рукой, – сказала Алиса. – Она научила меня стрелять. Даже каменные дьяволы удирают от нее, поджавши хвост… Так вот, консул, первое: наша постель лишь для двоих, и эти двое сейчас здесь. – Заметив, что Ивар колеблется, она добавила: – Ты уж извини, что я такая старомодная. Тхар – это не Земля и не Гондвана.

– Договоримся, что это условие касается только гуманоидов, – сказал Тревельян. – Если я стану дроми, архом или… – Тут он бросил взгляд на лльяно, который сосредоточенно орудовал ножом.

– А такое возможно?

– Вполне. Видишь ли, появляются все новые методы исследования… Как-нибудь я расскажу тебе о них… Ну, что у нас второе?

Но тут их разговор прервало жужжание авиетки. Темно-синий аппарат приземлился у фонтана, сложил крылья, и из кабины вылез Борхадш Келдаим, распорядитель Брасерии. Сразу было заметно, что он в растрепанных чувствах – руки дрожат, ноги заплетаются, и в глазах тревожный блеск.

– Приветствую достойного консула и вас, прекрасная девица с серыми очами… – Его взгляд наткнулся на лльяно. – Вас тоже, шерстяное с зубами… Консул, вы уже слышали новости?

– Смотря какие, друг мой, – молвил Тревельян. – Только что я предложил руку и сердце прекрасной девице с серыми очами… Это новость?

– Несомненно… поздравляю вас… как говорится у землян, от всей моей душевной составляющей… – в растерянности забормотал Борхадш. – Но я имею в виду нечто другое. Вы, влюбленные, упиваетесь счастьем и, вероятно, отключили канал общепланетных новостей. А там… – Он застонал, прижав ладони к вискам.

– Даже упиваясь счастьем, я держу руку на пульсе событий. Для этого у меня есть помощник, – сказал Тревельян и повысил голос. – Трафор! Что у нас нового в данный момент?

В окно холла высунулась голова жирафа.

– Начались переговоры Судьи Справедливости с полномочным представителем нильхази, чей корабль лег на орбиту Гондваны прошлой ночью. Ньюри Судья изучает доказательства. Возможно, она признает их весомыми. Даже наверняка, как сообщили час назад.

– Весомыми! – с трагическим жестом воскликнул Борхадш. – Весомыми! Это значит, мы должны убраться с Гондваны! С этой чудесной, восхитительной, гостеприимной планеты, лучшей в Галактике! И я потеряю свою должность!

– Не волнуйтесь вы так, – с сочувствием произнесла Алиса. – Судьба переменчива, должности теряют и должности находят… Хотите чашечку кофе?

– Хочу! – Распорядитель выпил кофе залпом. – Бездонно извиняюсь, что беспокою и тревожу вас – тем более, в счастливый день брачевания… На Гондване сейчас пребывают несколько значительных персон, но самые важные – Судья Справедливости и вы, достойный консул…

– Он главный-важный, – уточнил лльяно, не отрываясь от работы.

– Можно сказать и так, – кивнул Борхадш. – Я подумал, что вы могли бы встретиться с Судьей и сообщить ей, что Брасерия и вся Гондвана в панике… Пляжи и рестораны опустели, никто не катается на яхтах, все запланированные экскурсии отменены, детки и женщины рыдают, мужчины тоже льют скупые слезы… Неужели мы покинем этот мир?

– Я очень сочувствую деткам и всем остальным, но никто не может повлиять на решение Судьи Справедливости, – молвил Тревельян.

– Никто, – подтвердила Алиса, наливая Борхадшу еще одну чашечку кофе.

– Однако, – Тревельян поднялся, – я все же переговорю с Судьей. Чуть позже, ибо мне нужно подготовиться, снестись с коллегами на Земле, спросить совета, надеть парадный мундир с регалиями и все такое. Но обещаю, что я с ней – встречусь.

– Нескончаемая благодарность. – Распорядитель сложил руки перед грудью и поклонился. – Я уношусь слегка успокоенный.

Когда авиетка взлетела, Тревельян сказал:

– Ну, так на чем мы остановились, милая? Какие будут еще пожелания?

Алиса подняла взгляд к небу.

– Дай вспомнить… А, вот что! Я хочу быть твоей спутницей, хочу быть рядом во всех твоих экспедициях! Во всех, даже если ты превратишься в дроми или лльяно!

– Рядом не получится, у тебя еще нет нужного опыта, а ксенология – дело тонкое и временами опасное, – заметил Ивар. – Ты можешь стоять за моей спиной с бластером на изготовку. Но стрелять только по моему приказу.

– Согласна, – кивнула Алиса.

– Тогда считай, что ты принята в нашу компанию. Дед тебя одобрил. – Тревельян прикоснулся к виску. – Он говорит, что ты – славная малышка и очень хорошенькая. Вполне в его вкусе.

Глаза Алисы округлились.

– Он меня видит?

– Конечно. Он…

– Ууу! – вдруг произнес лльяно, поднялся из травы и протянул Алисе свою деревяшку. Нет, уже не мертвый кусок дерева, а портрет, вырезанный с поразительной точностью и искусством: головка Алисы, широко распахнутые глаза, прядь волос у щеки, затаенная на губах усмешка… Чудесная вещица, решил Тревельян, лаская взглядом то деревянное изваяние, то оригинал.

– Дар! – Говорильник вновь уселся в траве. – Главный-важный нравиться? И его женщина тоже?

– Очень нравится! Очень! – воскликнула Алиса. – Спасибо! Как мне тебя отблагодарить?