Ветер миров - Роман Пастырь

Кадиас, как он думал, выбрал сильнейшее проявление – разрушение. Вселенскую энтропию, один из основных законов. Разрушительнее этого ничего не было.

Почти…На другой чаше весов стояла сила созидание. Которую Корте мне и передал. Вместе с другими направлениями, чтобы раскрыть потенциал созидания.

Вот мы с Кадиасом и бодались который час. Дури в нём столько, что на веер хватит. И вся эта мощь раз за разом обрушивалась на меня.

Из-за нашей битвы испарялись озёра, появлялись новые русла рек, а старые исчезали. Раскалывались горы и пылали небеса. Не то, чтобы раньше этот мир был полон жизни, но сейчас он постепенно превращался в руины.

При этом чисто внешне, если бы кто-то смог рассмотреть нас, битва выглядела, как дуэль двух мечников. С той особенностью, что от любого столкновения расходились волны силы, которые как раз ландшафт и меняли на многие сотни метров вокруг.

– Сдохни! – завопил Кадиас.

Эта атака вышла особо сильной. Черная линия прочертила реальность от неба и до горизонта. Меня тоже разрубила на части, но я тут же собрался обратно.

Да, Корте однозначно хорошо поработал над моим образованием…

– Эй! – крикнул я в ответ, – Вообще-то это твой новый дом!

От черного разреза появилась расщелина на пару километров, поднялась буря и засверкали молнии.

– Чего ты добиваешься, Эрнест? – остановился бог. – Будь ты способен убить меня, уже сделал бы это. Твой путь закончится здесь.

– Но и ты меня не можешь убить. Лично меня этот вариант устраивает. Надирать тебе жопу я готов бесконечно.

– Так продолжим, – сквозь стиснутые зубы… через ту плешь, которую я ему пробил, прошипел Кадиас.

Будь здесь поэты и барды, они славили бы наш бой веками.

***

Кадиас был хорош. Он был велик. Его магия – разрушительна. Его воля – крепче самого прочного металла. Его аура – столь обширна, что подавляла небеса.

Но ему совсем немного не хватало, чтобы победить меня. Самую каплю, но я реализовал эту малость на полную и… Делал то, что у меня получается лучше всего.

Учился.

Подмечал его приёмы, выхватывал подходы ко всем аспектам, что он применял. Я встраивал озарения, которые вспыхивали во время боя сразу, без долгих размышлений. Моего опыта и навыков хватало, чтобы улавливать суть.

Кадиас был велик… Он делал тоже самое в отношение меня. Он учился новому.

От чего наши битвы становились лишь ожесточённее.

***

– Может, хватит? – первым предложил он.

Прошла где-то неделя, а может месяц. Мы оба устали, но не собирались сдаваться.

– Шутишь? Да я только разогрелся.

***

– И всё же я не понимаю. Какая у Саши связь с системой?

Мы сидели на обломке скалы и наблюдали за тем, как магма выплескивается на материк. Допрыгались и раскололи земную твердь, от чего начался апокалипсис.

Прошёл второй месяц с тех пор, как мы сюда явились.

– У тебя связь с системой. У неё тоже, плюс связь со стихиями, божественная наследственность и череда нужных генов.

– Так она и правда твоя дочь? – глянул я на потрёпанного бога.

Кадиас, как и я, умел восстанавливаться. Только вот раны мы наносили друг другу столь мощные, что они плохо поддавались любому виду исцеления.

– С чего бы мне тебе рассказывать? Ты запер меня здесь!

– Так всё равно же сидим.

– Будь ты проклят…

– Мы в умирающем мире. Разве это не проклятье?

Кадиас замолчал. А вскоре рассказал.

– Это было искусственное оплодотворение. Мой мир… Мой народ достиг больших высот в генетике. Сплав технологий и магии. За это нас и уничтожили. Слишком быстро силу набирали. Это не понравилось белым ретроградам.

– Серьезно? Ты генетик?

– Это ближайшая понятная землянину аналогия, – кивнул Кадиас.

– И сколько раз ты… эм… устраивал случки подходящих искателей, чтобы усилить связь?

– Тысячи раз… – едва слышно выдохнул Кадиас.

– Всё ради того, чтобы подобраться к системе? Мог бы найти путь и попроще.

– Думаешь, я не пытался? – ощерился Кадиас, – Цель системы – выжимать из нас ихор. Часть уходит на то, чтобы сдерживать демонический веер, но вот именно, что часть.

– Куда же девается другая часть?

– Не знаю! – бросил он раздраженно, – Это я и собирался выяснить. Спросить с тех, кто создал систему и обрек всех нас на бесконечные сражения.

– У тебя явно мозги набекрень. Типичный психанутый темный властелин…

– Заткнись, доставай меч и защищайся, – бросился он в бой.

***

– Кажется, на этот раз мы допрыгались, – задумчиво сказал я, смотрю на то, как планета агонизирует.

Тектонические плиты расходились в стороны. Поднялись такие шторма, что сносили горы. Океан вышел из берегов. Вся жизнь давно умерла. Пробудились и взрывались вулканы.

– Доволен? – устало спросил Кадиас.

– Согласись, погибнуть вместе с целой планетой – это эпично.

– Ты так хочешь смерти?

– Я бы хотел увидеть, как растёт дочь и раскрыть все секреты вселенной. Но иногда приходится делать то, что должен.

– Что же ты должен, Эрнест? – язвительно спросил Кадиас, – Мешать мне создать новый, лучший мир?

– Мешать идиоту разрушить мой мир. Ну и надирать этому идиоту задницу…

– Заткнись, – по инерции сказал он.

– Предлагаю сделать паузу. Приведем мир в порядок и продолжим.

– Договор. Твоя левая часть планеты, моя правая.

Шёл третий месяц пребывания в мире.

***

Что будет, если запереть двух чудовищ, способных обучаться прямо в бою, выводить своё мастерство на новый уровень в доли секунды, в замкнутом пространстве?

Ничего хорошего.

***

На одиннадцатый месяц мы чуть второй раз не уничтожили мир. После этого наши битвы перешли в космос, на орбиту.

***

– Мама, а где папа? – спросила маленькая девочка.

– Он… он общается с дедушкой, – замялась Саша и потрепала ребенка по волосам.

– Что-то они долго общаются.

– Не переживай, малышка. Папа обязательно вернётся.

***

– Кадиас, а Кадиас, – спросил я, наблюдая то, как мы помяли единственный спутник планеты. – А в твою чугунную голову не залетала мысль, что идя путём разрушений, можно создать лишь кладбище, но никак не что-то хорошее? Посмотри, что мы натворили. Где гарантии, что ты создашь что-то лучше, чем этот мир был до нас?