Мессия - Константин Калбазов

Дмитрий пристроил гриф штанги на упоры и, глубоко вздохнув, поднялся на ноги. Утерся полотенцем, прислушиваясь к своим ощущениям. Сердце бьется учащенно, но это нормально. Так и должно быть, когда ты жмешь четыреста пятьдесят кило. Это, конечно, не его шесть сотен. Но, во-первых, не так чтобы и мало. А во-вторых, он пока еще не полностью восстановился. И в его положении состояние вполне приличное.

– Сачкуешь, Русский, – безапелляционно заявил Лацис.

Он как раз вышел в коридор, где, собственно говоря, они и устроили спортзал. Чуть дальше кухня. Там сейчас Настя и Илья. Девушка сидит напротив него, подперев подбородок ладошкой, и сморит на сосредоточенно жующего парня. А его мысли сейчас по-прежнему далеки от нее.

Ксения возмущенно посмотрела на сержанта, готовая броситься на защиту своего избранника. Н-да. Интересно, а она-то избранница или как? Лично он к ней не чувствует ничего такого, что испытывал по отношению к Нине. Хотя и не сказать, что девушка ему полностью безразлична. Не суть. Разберется. Как оказалось, время у него еще есть.

– Лацис, меня вообще-то десять дней назад чуть не сожрали.

– Ну так не сожрали же. И потом, когда это было. Хватит бездельничать, пора активизироваться.

– Издеваешься. Да он всего лишь за десять дней практически полностью восстановил показатели третьего уровня, – все же не удержалась Ксения.

– Если ты помнишь, то он у нас четвертый уровень. Ладно. Пошли в кресло. Проведем полную диагностику.

– Там сейчас дети сидят, – возразила девушка.

– Встанут.

– Они со Светой в парке развлечений. Совесть поимей, – вклинился Дмитрий.

– У меня с совестью все в порядке, а вот у вас с мозгами полный швах. Лучше бы загнали их на спортивные снаряды и беговую дорожку. А то вечно сидят в виртуале.

– Издеваешься. Генке пять лет, Лене два годика. Какие спортивные снаряды? – возмутился Дмитрий.

– Дети должны двигаться и развиваться. Возраст не причина потворствовать атрофии мышечного каркаса.

– Они и так двигаются, играют и спортом занимаются. Все по методе, – поддержала Дмитрия Ксения.

– Хреновая метода, – оборвал сержант Ксению. – Вот, ловите файл. Я все расписал. Выдергивайте их в реал. А то получите на выходе каких-то амеб.

– Слушай, сержант, я тебе благодарен и уважаю твой профессионализм. Но в этом убежище ты только гость.

– Вот как! Ладно, Русский. Командуй. Только заруби себе на носу. Командование – это не привилегии и права, а в первую очередь ответственность за подчиненных. И если из этих деток получатся не приспособленные к реалу дистрофики, это будет твоя вина.

– Сначала они закончат прогулку с мамой. Мы же пока изучим, что там за программу ты подготовил. А дальше разберемся.

– Как знаешь. Но даже не надейся на медицинские противопоказания для себя. Их не будет. Я это и так вижу.

Что тут сказать, Латыш, как всегда, оказался прав. Медицинские показатели в норме. А значит, пора приступать к полноценным физическим нагрузкам. Вообще-то не больно-то и хотелось. Потому что восстанавливать форму не многим легче, чем набирать ее. А может, даже и труднее, ибо знаешь свой потолок и понимаешь, что до него недотягиваешь. Вот и давишь из себя последние силы.

Дмитрий и сам не заметил, когда стал именовать Лациса так, с большой буквы, подразумевая его позывной. Знал только одно: случилось это уже после предательства Энрико и Дога. Да и по праву, чего уж там. Правда, именует он его так только мысленно. Вслух же по-прежнему – «Лацис» или «сержант». В боевой обстановке однозначно по званию. Хм. А ведь очень может быть, что…

– Лацис, а кто ты теперь по званию? – сидя за обеденным столом, поинтересовался Дмитрий.

– В смысле? – отправляя в рот очередную ложку супа, не понял тот.

– Ну, кадровый голод, все дела. А в Латвии, ты уж извини, но была какая-то опереточная армия.

– Не стоит извиняться за правду. Так все и было. Но кадровый голод не повод для карьерного роста.

– Многие с тобой не согласятся. Даже на руинах старого мира лезут вверх, как тараканы, – покачав головой, возразил Дмитрий.

– Как говаривал ваш маршал Жуков – армией командуем я и сержанты. Так что я на своем месте. Хотя, признаться, и с далеко не сержантскими возможностями, – хмыкнув, уточнил он.

– Ясно. Слушай, я все спросить хотел. Как ты вообще оказался в этих краях?

– Да просто все. Ты думаешь, они сами по себе задались вопросом относительно той непростой команды? То, что попались по-глупому, это ерунда. Расслабились просто. Такое случается, тем более при длительном ожидании и отсутствии реальной угрозы.

– То есть это была твоя догадка.

– Коллективная. Кто-то что-то сказал, другой сопоставил, третий почесал яйца, и на выходе получили то, что все это неспроста. А вот окончательный вывод сформировался, уже когда ты заразился. Новость упала на старые дрожжи, и осенило не одного меня. А дальше все просто. Лис отработал в лучшем виде. Сначала по мобильным номерам определил их местоположение, потом влез в спутники и взял их чуть ли не под онлайн-наблюдение. Не наглея, так чтобы не засекли. Но и этого с головой. Паршивец научился использовать даже русские. Как результат, ты сидишь передо мной и задаешь глупые вопросы. Ладно. Поел?

– Поел.

– В люлю. Через два часа подъем – и поступаешь в мое распоряжения. Вопросы?

– Нет вопросов.

– Вот и ладно. Тогда по распорядку.

Это «по распорядку» прозвучало как-то обыденно, но Дмитрий слишком хорошо знал, что за этим скрывается, а потому по телу прошла фантомная тянущая боль. Диагностика показала его готовность к полным нагрузкам. И сержант начнет давить, не делая скидок. Уж кто-кто, а Нефедов это знал доподлинно.

Последующие четыре дня прошли в напряженных тренировках. Сержанту оказалось мало одного подопечного, поэтому он задействовал и Ксению с Ильей. Последнего – чтобы не расслаблялся и хоть изредка отвлекался от своих микроскопов, колб и пробирок. Как он выражался, порой совсем не повредит малость проветрить мозги. И ведь оказался абсолютно прав. Такой подход взбодрил парня.

Сам Лацис все больше времени уделял детям, сильно разгрузив Настю. Правда, при этом и ее загнав на тренажеры. В том, что касалось тренировок, в отношении Дмитрия, Ильи и Ксении сержант был жестким. И это еще мягко сказано. А вот девушку сумел увлечь, устроил нечто вроде игры и соревнований. Нефедов и не ожидал увидеть его с такой-то стороны.

Теперь коридор не был длинным помещением, заставленным спортивными снарядами. Он превратился в натуральный спортивный зал, где занимались все обитатели бункера. Порой бывало даже тесно и излишне шумно. И еще один момент. Несмотря на регулярную профилактику озоновым газом, в кои-то веки здесь появился устойчивый запах пота. Не сказать, что он куда приятнее. Но кто сказал, что разнообразие – это плохо? Тем более что продержится он только до очередной дезинфекции.