Норби - Айзек Азимов

— Дорогой Эйнкан, — промурлыкала Олбани, придвигаясь ближе и помахивая пальчиком перед бородой ученого. — Очень мило, что вы хотите взять меня с собой. А ваше намерение справиться с нами в одиночку можно назвать смелым, но и глупым. У нас на Манхэттене мы арестуем тех, кто угрожает полиции оружием.

— Арестуете? — повторил Эйнкан, запнувшись на непонятном слове, произнесенном на земном языке.

— Вот так! — Олбани ткнула пальцами ему под нос и, когда он отпрянул назад, схватила его за руку, державшую пистолет. Секунду спустя Эйнкан валялся на спине, а Олбани держала его оружие.

— О-ох! — простонал он. — Это было нечестно! Вы точно такая же, как сержант Люка.

— Полицейский и есть полицейский, — холодно ответила девушка.

Норби, знавший о способностях Олбани, уделил мало внимания угрозам Эйнкана.

— Сканеры обнаружили жизненные формы, движущиеся под этими деревьями и в грязи вокруг них, — доложил он.

— Сажайте корабль, — деловито распорядился Йоно. — Посмотрим, что это за жизненные формы. Может быть, Эйнкану придется поладить с ними в будущем. С нами он явно не смог поладить.

«Многообещающий» совершил мягкую посадку на антиграве рядом с «Челленджером». Неожиданно Норби испустил пронзительный металлический вопль.

— В чем дело? — воскликнули все.

— Не кричите на меня, — прошипел Норби, вращая верньер на приборной панели. — Этот глупый компьютер слишком усилил звук снаружи, а я был подключен к нему.

— Что за звук? — спросила Олбани.

— Серенаду. Вот как она звучит, — Норби включил динамики.

— Прекрасный хор, — заметил Фарго. — Хорошо спетый и очень музыкальный. Мне кажется, я уже где-то слышал эту мелодию.

— Это иззианский национальный гимн, — мрачно произнес Эйнкан, поднимаясь на ноги и отряхиваясь. — Там слишком много голосов для команды «Челленджера», состоящей из двух мужчин, двух женщин и нашей возлюбленной принцессы.

— Вы обращаетесь к нам? — осведомился Фарго. — Хорошо, встаньте лицом к стене. Я обыщу вас на тот случай, если вы припрятали еще какой-нибудь сюрприз.

— Это недостойно! — ахнул Эйнкан.

— Если хотите, можете раздеться догола и бросить сюда свою одежду.

Потеряв дар речи от негодования, Эйнкан повернулся к стене.

— Хорошо, — сказал Фарго после короткого обыска. — Можете быть свободны.

Тем временем на смотровом экране возникло какое-то движение. Из-за деревьев выполз двойной ряд оранжевых существ, семенящих на улиткообразных ножках и машущих чем-то похожим на старомодные швабры.

При ближайшем рассмотрении выяснилось, что швабры были головами существ, а их щетинки — щупальцами. На вершине каждой швабры виднелось шевелящееся отверстие, а на ручке (или на шее) — еще два отверстия, по одному с каждой стороны.

— Они поют через эти отверстия, — пробормотал Фарго. — По три штуки на одно существо. Интересно, означает ли это, что каждый мелодианец умеет петь на три голоса?

— Ты прав, Фарго, — сказал Норби. — Сканеры это подтверждают. Ты собираешься открыть воздушный шлюз?

При первых признаках неуверенности в голосе Норби черные брови Фарго поползли вверх.

— Ну что ж, мы прибыли сюда со спасательной миссией, не так ли? Только не говори мне, что ты считаешь этих существ опасными.

— Лично я так не думаю, — пробасил Йоно. — Для этого у них недостаточно развита технология. Такое прекрасное пение должно быть признаком дружественных намерений, так что давайте тоже будем держаться дружелюбно. Я пойду первым.

Норби схватил Джеффа за руку и телепатически обратился к нему.

«Мне не нравятся эти существа, Джефф».

«Ты испугался бы даже мыши, Норби, если бы впервые увидел ее».

«Я не боюсь. Просто у меня появилось тяжелое предчувствие. Мне не нравятся их голоса».

«Ты завидуешь каждому, у кого хороший слух».

Норби сердито вырвал свою руку.

— Тогда иди, — вслух сказал он. — Вы, земляне, слишком глупы, чтобы сразу распознать опасность. А также слишком трусливы, чтобы хоть раз осмелиться выставить себя трусами. Вы всегда втягиваете меня в неприятности вместе с вами. В общем, я тебя предупредил. Можешь идти к этим безобразным Скользунам, потому что именно так их следует называть. Фу!

— Не будь таким занудой, Норби, — сказал Фарго. — Их голоса прекрасны… но прозвище «Скользуны», пожалуй, им подходит.

Когда они вышли из воздушного шлюза и ступили на коричневую почву Мелодии, голова Эйнкана дернулась от удивления.

— Вы слышите? Сопрано… далеко отсюда.

— Хм-м, — промямлил Фарго. — Чудесный голос.

— Он не просто чудесный. Это настоящий иззианский голос, и он выпевает слова нашего национального гимна, в то время как туземцы лишь выводят мелодию. Должно быть, это голос принцессы, — собственный голос Эйнкана дрожал от волнения.

— Действительно, Скользуны не поют слов, только музыкальные ноты и аккорды, — признал Фарго. — Может быть, у них нет другого языка, кроме музыки? С моим абсолютным слухом я смогу быстро выучить любой музыкальный язык.

— Что ж, можно попробовать, — согласился Йоно. — А пока что я предлагаю пройти форсированным маршем между рядами Скользунов к тому месту, где находится принцесса. Готовы? Раз-два, левой!

Эйнкан, не разобравший его слова или воодушевленный близостью принцессы, молнией метнулся в сторону и исчез за деревьями.

— Пусть уходит, — Фарго пожал плечами. — Если он нарвется на неприятности, то я не огорчусь.

Джефф шагал вперед вместе с Норби, обеспокоенный размолвкой с маленьким роботом и его словами о какой-то опасности, исходившей от Скользунов. «Но это совершенно невозможно», — думал он. Скользуны казались маленькими и хрупкими, они не имели видимого оружия и одежды, где можно было бы спрятать оружие. Они не выказывали признаков враждебности — всего лишь сферические оранжевые тела, семенящие липкие ножки, да головы-швабры.

Земляне вышли на поляну, обнесенную крепкой и высокой деревянной изгородью. Повернувшись, они зашагали вдоль изгороди и подошли к проему, через который можно было видеть другую ограду, на этот раз из переплетенных прутьев. Дверь этой ограды была закрыта.