Тень Великана. Бегство теней (сборник) - Орсон Скотт Кард

Остальные охранники выхватили оружие. Иван выстрелил еще раз, но затем раздались выстрелы с другой стороны, уже без глушителей, и он упал. Пистолет не выскользнул из его руки – даже мертвый, Ланковский продолжал сжимать рукоять оружия.

А может, он еще жив? Возможно, он еще объяснит Алаю, как мог его так предать.

Халиф подошел к телу Ивана и пощупал пульс. Глаза были открыты, но Ланковский уже не дышал.

– Уходите, мой халиф! – крикнул Аламандар. – Могут быть и другие заговорщики!

Заговорщики. Никаких других заговорщиков быть не могло. Иван никому не доверял настолько, чтобы вступать с ними в заговор. Единственным, кому он доверял полностью, был…

«Я, – подумал Алай. – Иван – отличный стрелок. Даже на бегу, целясь в меня, он не мог случайно попасть в двух охранников».

– Что с моими охранниками? – спросил он. – С теми, в кого он стрелял?

Один из оставшихся охранников подбежал посмотреть.

– Оба мертвы, – доложил он.

Но Алай уже все понял. Иван не пытался его убить. Он явился с единственной целью – целью, которая была главной в его жизни в течение многих лет. Иван пришел защитить своего халифа.

Алай с кристальной ясностью осознал, что произошло. Ланковскому стало известно о заговоре против халифа, в котором участвовали настолько близкие к Алаю люди, что Иван никак не мог предостеречь его заранее, не рискуя предупредить кого-то из заговорщиков.

Присев, халиф одной рукой закрыл глаза Ивана, а другой вынул пистолет из его пальцев. Не сводя взгляда с лица соратника, Алай выстрелил в стоявшего над ним охранника, затем спокойно прицелился во второго, который отошел к убитым, и выстрелил еще раз. Халиф никогда не был таким хорошим стрелком, как Иван, и вряд ли смог бы попасть в цель на бегу. Но сидя на корточках – вполне.

Охранник, в которого он стрелял не глядя, корчился на асфальте. Алай снова выстрелил в него, затем повернулся к Аламандару, забиравшемуся назад в лимузин.

Халиф спустил курок. Тело свалилось в машину, и та с визгом сорвалась с места. Но дверца еще не закрылась, а Аламандар был не в том состоянии, чтобы ее захлопнуть. На какое-то мгновение водитель остался незащищенным тяжелой броней и пуленепробиваемым стеклом. Алай сделал еще три выстрела одним за другим, стараясь использовать возможность в полной мере.

И у него получилось. Машина не свернула, а врезалась в стену.

Халиф подбежал к все еще открытой задней дверце, где полулежал Аламандар, со стенаниями держась за грудь. Взгляд его был полон ярости и страха. Алай поднял пистолет Ивана.

– Ты не халиф! – выдохнул Аламандар. – Твоя индуска – куда больше халиф, чем ты, черный пес!

Алай выстрелил в голову, и тот замолчал. Водитель был без сознания, но Алай прикончил и его. Затем он направился к телам охранников, одетых в западные деловые костюмы. Одному из них Иван тоже попал в голову. Он был крупнее халифа, но его одежда должна подойти. Алай в мгновение ока сбросил с себя белый бурнус, под которым, как обычно, носил джинсы. Немного повозившись с трупом, он сумел стащить с мертвеца рубашку и пиджак, не оторвав ни одной пуговицы.

Забрав пистолеты у двух охранников, так и не успевших выстрелить, Алай сунул их в карманы пиджака. В Ивановом пистолете с глушителем наверняка почти закончились патроны, и халиф бросил его рядом с телом.

Где мог в Хайдарабаде спрятаться чернокожий? Практически любой узнал бы халифа в лицо, и каждый был в курсе, к какой расе он принадлежит. Также наверняка многие были осведомлены, что он не говорит на хинди. Он и на сотню метров не сумел бы отойти от Хайдарабада.

К тому же у него не было никаких шансов покинуть комплекс живым.

«Подожди. Подумай.

Нет, нужно убираться подальше от этой бойни.

Иван бежал со стороны припаркованных машин. Люди Аламандара наверняка очистили парковку от посторонних, – значит, Иван прятался в машине. Где она?

Ключи – в замке. Спасибо, Иван. Ты все спланировал, чтобы тебе не пришлось искать ключи, когда ты притащишь меня к себе в машину, чтобы увезти отсюда.

Куда ты собирался меня увезти, Иван? Кому ты доверял?»

В ушах Алая эхом отдавались последние слова Аламандара: «Твоя индуска – куда больше халиф, чем ты».

Он считал, что все ее ненавидят. Но теперь понял, что именно она была сторонницей войны. Экспансии. Возрождения великой империи.

Именно этого они хотели. А что касается всех его разговоров о мире, о консолидации, о реформировании ислама изнутри, прежде чем претендовать на остальной мир, о соперничестве с Питером Виггином с помощью тех же методов, предлагая другим нациям присоединиться к халифату, но не требуя от них становиться мусульманами или жить по законам шариата, – их выслушивали, с ними соглашались, но на самом деле ненавидели.

Они ненавидели его самого.

И когда наметился раскол между ним и Вирломи, они тут же им воспользовались.

Или… Вирломи сама за всем этим стояла?

Неужели она беременна его ребенком?

Халиф мертв. Однако есть его дитя, рожденное после его смерти, но наделенное божественным даром со дня своего рождения. Совет визирей будет править от имени младенца-халифа. А поскольку мать нового халифа – правительница Индии, он объединит две великие нации в одну. Естественно, с Вирломи в роли регента.

Нет. Вирломи не могла желать его смерти.

Ивана наверняка ждал самолет – тот самый, на котором он прилетел. С его собственным доверенным экипажем.

Алай ехал с нормальной скоростью, но не стал сворачивать к пропускному пункту, через который обычно въезжал на территорию аэродрома, а направился к служебным воротам.

К нему не спеша подошел охранник и начал объяснять, что через эти ворота могут проехать только уполномоченные служебные машины.

– Я халиф и хочу проехать через эти ворота.

– Гм… – в замешательстве пробормотал охранник. – Понятно. Я…

Он достал мобильный телефон и начал набирать номер.

Алаю не хотелось убивать охранника – тот был всего лишь идиотом, а не заговорщиком. Он распахнул дверцу, ударив солдата – не сильно, просто чтобы привлечь внимание, – затем снова закрыл ее и протянул в окно руку:

– Дай телефон.

Солдат повиновался, и Алай выключил мобильный.

– Я халиф. И когда я говорю, что меня следует пропустить, тебе незачем спрашивать чьего-то разрешения.

Солдат кивнул и побежал к пульту. Ворота раздвинулись.

Едва оказавшись за воротами, Алай увидел маленький частный самолет с кириллическими буквами под названием компании на общем языке – именно такой, каким воспользовался бы Иван.

Двигатель заработал, как только халиф подъехал. Нет – как только подъехала машина Ивана.