Сделка кобры - Тимоти Зан

– Просто… думаю. – О чем?

На это раз у Дарио получилось лучше.

– О… Кобрах, – Вилонга неопределенно взмахнул рукой, – А если конкретнее – о нанокомпьютерах. Тебе никогда не приходило в голову, что на Мирах Кобр уже никто не знает точно, каким образом программируются нанокомпыотеры?

– Меня это не волнует, – заявил Джастин. – Академия ведет надзор за каждой стадией их производства.

– Верно, они надзирают за банком автоматизированных репликаторов… но что это доказывает? Не существует ведь официальных отчетов, касающихся того, на что именно способны нанокомпыотеры и что им не под силу.

– Неужели тебя беспокоит то, что Доминион Человека может предпринять нечто, противоречащее общественной безопасности? – тихо спросил Джастин, отмечая про себя, что разговор начинает привлекать внимание его курсантов.

– Нет, конечно же, – Вилонга покачал головой. – Но сдается мне, что институт Кобр сам по себе потенциально опасен для общества.

Джастин долго и изучающе смотрел на Вилонгу. Проучить бы его, прямо здесь и немедля, на виду у молодых Кобр, но это походило бы на детскую шалость, а Джастин уже давно миновал этот возраст, когда можно позволить себе ребяческую выходку.

– Передохните, Кобры, – громко обратился он к молодежи. – Продолжим занятие через четверть часа.

Курсанты молча направились к выходу, и минуту спустя Джастин и Вилонга остались в зале одни.

– Надеюсь, тебя не оскорбило мое замечание, – произнес Вилонга извиняющимся, чуть напряженным тоном.

– Да нет, просто лучше нам побеседовать наедине, – ответствовал Джастин и выбросил вперед правую руку, как бы собираясь ударить «собеседника» в лицо.

Вилонге не удалось бы избежать удара, вознамерься Джастин и в самом деле нанести его. Но рефлексы офицера сработали неплохо: Вилонга мгновенно вскинул руку, заслоняя лицо, а поскольку аудиоусилители Джастина были задействованы, последний уловил слабое жужжание сервопривода в руке противника.

– Какого дьявола? – прорычал Вилонга. – Что ты себе позволяешь?

Он торопливо отступил к стене. Джастин не – сдвинулся с места.

– Я всего лишь демонстрирую тебе, насколько легко Кобра может идентифицировать Отверга. Даже при ограничении твоим нанокомпьютером действий твоих же сервоприводов, ты реагируешь достаточно быстро.

Вилонга скривил рот.

– Великолепный метод идентификации. Представляю себе, как ты идешь улицами Капиталии и отвешиваешь тумаки каждому встречному. Ты ведь мог просто спросить меня.

– Спросить тебя? О чем? Я ведь уже знал, кто ты такой. Я лишь получил лишнее подтверждение того, что мне известно.

– Конечно. Ты, видимо, раскусил меня сразу же после старта корабля, верно?

Джастин хмыкнул.

– Нет. Только тогда, когда ты начал посещать почти каждую нашу тренировку, исходя злобой и пожирая нас завистливым взглядом.

– Я не завидую вам, – торопливо проговорил Вилонга. Слишком торопливо, как показалось Джастину. – Я прихожу, чтобы наблюдать за вами… и ничего больше.

– Наблюдать за нами? С какой целью? Что тебя так пугает в нас?

Вилонга сделал глубокий вдох.

– Думаю, сейчас не время для дискуссий, Моро. Так что возвращай свою команду и продолжай…

Он осекся, увидев, как Джастин шагнул к двери, блокируя выход.

– По мне, Вилонга, так я считаю, что сейчас самое время подискутировать, – холодно произнес Джастин. – Или, по крайней мере, дружески поболтать. Мне хотелось бы кое-что уяснить… и прежде всего то, почему вы, Отверги, с таким предубеждением относитесь к Кобрам.

Несколько секунд Вилонга молча смотрел на него пылающим взглядом.

– Ты на каких-нибудь пару лет моложе меня, – наконец проговорил он, – но уже, вероятно, ощущаешь первые симптомы артрита, указывающего на прогрессирующий синдром Кобр. Вот что проделали с нами умники из Академии: приговорили нас к преждевременной смерти… смерти ни за что, ни про что. И ты считаешь, что это недостаточная причина для, как ты говоришь, «предубеждения» относительно Кобр?

– Нет. – твердо ответил Джастин. – Извини, но я с тобой не согласен. Никто насильно не загоняет людей в Академию. Поступая туда, всякий знает, какому риску подвергается, но ведь совершает он этот ответственный шаг по собственной воле. Жизнь требует от нас – от каждого из нас – определенных жертв. А что касается преждевременных смертей, то вспомни тех Кобр, которые погибли в схватках с остистыми леопардами… все эти ребята были гораздо моложе нас с тобой.

Щека Вилонга нервно дернулась.

– Прости. Бойцов, которые умерли за Авентин, мы не осуждаем.

– Все мы рисковали своими жизнями, – напомнил ему Джастин. – Нельзя выделять тех, кому довелось остаться в живых, и изливать на них свое презрение.

– Это не презрение, – возразил Вилонга. – Это – честная и обоснованная озабоченность недугами, поразившими всю систему Кобр.

Джастин заиграл желваками.

– Ты говоришь в точности так же, как Приели.

– Губернатор Приели с полной откровенностью выражает свою точку зрения, так что из того? – отпарировал Вилонга. – Ведь доводы его весьма и весьма обоснованы: вы, Кобры, стараетесь удержать свой пошатнувшийся престиж, опираясь ни физическую мощь; тогда как мы видим в вашей элитарности и самонадеянности угрозу безопасности наших миров.

Джастин криво усмехнулся.

– Угрозу безопасности, да? Интересно… очень интересно… особенно принимая во внимание те цели, которые преследует Приели, используя тебя и других Отвергов.

Вилонга прищурился.

– О чем ты говоришь? Пост губернатора не является постоянной должностью.

– Да я не о губернаторстве говорю. Я имею в виду статус Приели как лидера влиятельной политической группировки. Поразмысли над этим, Вилонга. Авентин не может так вот отделаться от Кобр… по причинам, которые известны тебе столь же хорошо, как и мне.

– Мы вовсе не хотим отделаться от Кобр; от вас требуется лишь изменение ваших силовых структур…

– Ответь мне на такой вопрос, Вилонга, – перебил его Джастин, – если вы ничего не имеете против Кобр в целом, почему тогда Приели из кожи лезет вон, пытаясь досадить нам?

– Ты намекаешь на то, что губернатор Приели начал,это движение единственно для того, чтобы упрочить свое политическое положение?

Джастин пожал плечами.

– Ты более искусен во всех этих интригах внутри вашей группировки, нежели я. Однако я уверен – Приели играет на амбициях Отвергов. Всех Отвергов… и твоих, в частности. Скорее всего ты стал таким ярым его приверженцем после того, как тебя признали негодным к обучению в академии Кобр.

– Ты передергиваешь факты, – вскинулся Вилонга, но возражение его прозвучало малоубедительно. – С помощью Приели мы угрожаем вашему элитарному статусу, поэтому неудивительно, что ты оспариваешь его мотивы и действия: