Небесный суд - Стивен Хант

Голова паровика наклонилась вперед, и в следующее мгновение он увидел короля и придворных.

— Сколько времени я бездействовал?

— Немногим более двухсот лет, — ответил Король-Пар.

— Не так уж много для того, чтобы искупить вину, — произнес Стимсвайп.

— Ветры могут измельчить горы Механсии в пыль, но этого времени все равно недостаточно для того, чтобы тебя простили, — сообщил ему король. — Однако шестеренки упали так, что нам пришлось разбудить тебя. Что ты на это скажешь?

— Есть ли меч, готовый принять меня? — спросил разбуженный паровик.

— Это мы сейчас увидим, — ответил Король-Пар. — Ты лучше скажи, ты ответишь на зов Паро-Лоа? Станешь носить цвета Свободного Государства? Будешь следовать кодексу? Сохранилась ли в тебе хотя бы капля чести?

— Если Лоа позовут меня, я откликнусь на их зов, — пообещал Стимсвайп.

— Твои слова можно считать достойным ответом, — ответил Король-Пар. — Мы перейдем в зал мечей и посмотрим, какое оружие подчинится воле Паро-Лоа.

С этими словами властитель паровиков вместе со свитой, Стимсвайпом и — похоже — половиной придворных, чинно покинул тронный зал, и колонна зашагала по коридорам горного замка. Увиденное привело юношу в смятение: огромные залы, где, устремив в пространство бесстрастный взгляд, за столами с какими-то машинами восседали неподвижные, как статуи, паровики. Целые леса стеклянных шаров, в которых сверкали разряды укрощенной энергии. Бездонные пропасти, в которых медленно, словно старческий язык, смакующий конфету, со скрипом вращались часовые механизмы.

Затем король привел свою свиту в круглую комнату довольно скромных размеров, которая никак но могла вместить всех желающих. Придворным пришлось остаться в коридоре, где они вынуждены были заглядывать друг другу через плечо, чтобы лучше видеть происходящее. Здесь имелся вход в соседнюю комнату, такую же круглую — таким образом получалось помещение в форме восьмерки.

— За мной, рыцари! — скомандовал Король-Пар. Прямо на глазах Оливера провинившийся рыцарь шагнул на середину следующей комнаты, громко цокая металлическими ногами по каменному полу.

— Но здесь ничего нет, — прошептал Оливер.

— Сейчас ты все увидишь, юный мягкотелый, — сообщил ему один из клонов короля. — Оружие само выберет рыцаря, так же как время выбирает подходящего паровика.

В белых стенах следующей комнаты открылись люки, а сами стены начали медленно вращаться. Из образовавшихся отверстий появились мечи, винтовки, булавы и прочие разновидности оружия, названия которых Оливер не знал. Ружейные стволы и острые стальные лезвия то высовывались наружу, то прятались обратно в стену в странном причудливом танце.

Оливер обратил внимание на то, что Мастер Резак, стоявший рядом с беспутным Гарри Стейвом, что-то бормочет и покачивает головой, по всей видимости, не одобряя выбор духов, павший на труса.

— Священное оружие! — сообщил Оливеру клон Короля-Пара. — Смотри, Оливер мягкотелый, перед тобой дубинка по прозвищу Трефовый Туз, которой размахивал Триндер Полугусеничный в годы войны с Киккосико почти семь столетий назад. А вон там, Гриндбайтер — длинноствольное ружье, способное разорвать в клочья мундир квотершифтского маршала с расстояния в целую милю.

Оливер от напряжения прикусил губу. Стимсвайп нервно расхаживал по центру комнаты. Ни один вид оружия пока что не остановился перед ним. А если ритуал не состоится, то разрешат ли рыцарю сопровождать их с Гарри? Или главнокомандующий прикажет вновь погрузить провинившегося паровика в тысячелетний сон? Стимсвайп вытянул один из манипуляторов в сторону меча с искривленным лезвием, но оружие тут же исчезло в темном отверстии движущейся стены.

— Стокслайсер! — простонал незадачливый паровик. — О борода Зака, Владыки Цилиндров, неужели не найдется оружия, которое позволит мне восстановить рыцарскую честь?!

— Твой голосовой аппарат порочит этот зал презренными звуками, — съязвил Мастер Резак. — Даже то оружие, которым ты когда-то владел, скорее откажется оживать, чем захочет почувствовать прикосновение твоей руки!

В следующее мгновение, как будто в ответ на мольбу Стимсвайпа, стена прекратила вращение. Открытым остался только один люк. В нем, на вертикальном металлическом стержне лежал, подрагивая, черный сверток.

— Мастер оружейник, ты узнаешь оружие, которое предлагает себя? — спросил Король-Пар.

— Узнаю, — ответил оружейник. — Это Лорд Уайрберн, Хранитель Вечного Огня.

Услышав его слова, присутствующие разразились недоуменными возгласами. Оружейник повернулся к придворным.

— Последний случай, когда это оружие выбирало себя владельца, имел место в стародавние времена, когда еще не существовало исторических хроник истинного народа. Это было…

— Я помню, — не дал ему договорить Король-Пар. — Это было, как ты сказал, давным-давно. Ну что ж, похоже, что мы наконец нашли героя, а герой — оружие.

— Ваше величество, — произнес Стимсвайп, коротко поклонившись монарху. — Как мне искупить прегрешение? Следует ли мне вернуться в джунгли и попытаться вернуть ваше былое расположение?

— Нет, Стимсвайп, — ответил король и указал на Гарри и Оливера. — Тебе придется сопровождать вот этих двух друзей нашего народа. В путешествии ты будешь помогать им. Если надо — защищать их жизни как свою собственную.

Стимсвайп наконец удостоил вниманием Гарри и молодого человека, сидевшего рядом с гусеницами Короля-Пара. Стекло его зрительной пластины загорелось красным светом.

— Этих двух… двух… безволосых обезьян! Невероятно! Не может быть! Во имя всего святого, ваше величество, скажите — вы ведь шутите?

— Мы вернули тебя к жизни не для того, чтобы шутить с тобой, рыцарь! — прогудел король. — Твой долг — присматривать за этими мягкотелыми друзьями нашего государства и следить за тем, чтобы никто не причинил им вреда.

Стимсвайп с отвращением посмотрел на гостей Короля-Пара.

— Быстрокровные… да я скорее положу руку в пасть Аджасоу-Ржавого, чем доверюсь очередному шакалийцу!

— Кого он имеет в виду под словом «очередной»? — прошептал Оливер.

Клон печально покачал головой.

— В последней его экспедиции в Лионгели вместе с ним находились два мягкотелых проводника.

— Что же такого они сделали Стимсвайпу?

— Они ему ничего не сделали, юный мягкотелый, — ответил Король-Пар. — Дело совсем в другом — в том, что он сделал с ними. Одному из них Стимсвайп пробил череп вот этим боевым молотом, а второго пронзил копьем.

Покои короля Юлия являли собой жалкую тень того, какими они были в прошлом. Прежними остались лишь их необъятные размеры, напоминавшие о том, что когда-то здесь обитал абсолютный монарх Шакалии, правитель нации. Подобно своему владельцу, они имели жалкий, удручающий вид. Кашель короля Юлия эхом отскакивал от голых стен — последнее свидетельство того, что дышащий на ладан монарх все еще жив.