Стальная кожа - Николай Андреев

Земляне без сострадания добили еще живых тасконцев. Никто из боргов не просил о пощаде.

Отряд зашагал дальше. Прочесать весь Аклин будет довольно сложно. На это уйдет не один час.

Артиллерия продолжала обстрел оазиса. Грохот взрывов раздавался примерно в километре от наемников. Над головой со свистом проносились снаряды.

В селение втягивались бронетранспортеры и батальоны десантников. Солдаты уничтожали незначительные группы оливийцев.

Возле полуразрушенных строений воины вновь столкнулись с мутантами. Тасконцы быстро разобрались в ситуации и прятались в воронках. Разорванные в клочья тела соплеменников их ничуть не смущали.

Схватка приобретала все более ожесточенный характер. На Олеся бросился высокий борг с одним глазом и непропорционально длинными руками. Крепко сжимая огромную дубину, оливиец старался сбить противника с ног.

Удары сыпались один за другим. Храбров закрылся щитом, выждал подходящий момент и отсек мечом мутанту левую кисть.

Выронив оружие, тасконец остановился. В его глазах застыл ужас. Острый клинок вошел в грудь борга почти по самую рукоять.

Мануто рубил оливийцев направо и налево. У ног гиганта лежало три трупа.

Приподняв забрало, Аято окинул взором поле битвы.

Кое-где в траве шевелились раненые мутанты. Стоны умирающих доносились из разбитых зданий.

— Что-то здесь не так, — задумчиво вымолвил японец. — Среди убитых в основном старики, женщины и дети. Именно они метались по Аклину во время обстрела. Эти отряды тасконцев не в счет. Отвлекающий маневр. Основные силы боргов в сражение еще не вступали.

— Западня? — уточнил русич.

— Похоже, — кивнул Тино. — Оливийцы — мастера устраивать ловушки.

— Надо тщательно осмотреть дома, — предложил Олесь. — Продвигаться дальше рискованно.

— Боюсь, что Возан не поймет наших опасений, — иронично усмехнулся самурай, кивая в сторону десантников.

Штабные машины аланцев въехали в оазис. Почти четверть селения была уже зачищена.

Офицеры снисходительно разглядывали вооружение мутантов. Уродство тасконцев вызывало у них отвращение…

Похоронные команды начали стаскивать трупы в одну кучу. Победа достигнута без большого труда. Враг напуган и бежит прочь из Аклина.

— Я бы не стал спешить, — произнес Храбров. — Пусть борги отступают в пустыню.

— Не забывай о Конзорском Кресте, — напомнил Аято. — Мы должны заполучить его любой ценой.

— Не хочу об этом даже разговаривать, — раздраженно сказал юноша.

Разделившись на группы, земляне приступили к проверке строений. Почти в каждом лежали мертвые тела оливийцев. Нападение захватчиков застало мутантов врасплох. Осколки буквально изрешетили тасконцев.

Некоторые уцелевшие мужчины и женщины пытались оказать сопротивление наемникам. Воины безжалостно убивали боргов.

Неожиданно в тылу послышался подозрительный шум. Русич обернулся и невольно выругался. Предположение Тино полностью подтвердилось. Оливийцы подготовили великолепную ловушку.

Мутанты вылезали на поверхность из-под земли. С каждой секундой их становилось все больше и больше. Растерявшиеся аланцы открыли беспорядочную стрельбу.

Не обращая внимания на потери, мутанты устремились на врага. Они безжалостно рубили десантников. Боясь зацепить своих товарищей, наводчики пулеметов в бронетранспортерах прекратили огонь. Башни бесцельно вращались из стороны в сторону.

Часть штабных офицеров полегла почти сразу, остальные медленно пятились к проходу.

— Все ко мне! — скомандовал японец, — Строимся! Ударим боргам в спину!

В это время из-за деревьев показалась группа тасконцев. Размахивая оружием, оливийцы атаковали наемников. Теперь замысел противника стал окончательно ясен.

Мутанты пропускали землян вперед, а затем отрезали их от основных сил. Разбить захватчиков можно только поодиночке. В уме вождю не откажешь. Мерзавец придумал превосходный план.

Осуществить его оказалось гораздо сложнее. Пехотинцы патронов не жалели. Трупы оливийцев лежали огромными кучами. Не собирались сдаваться и наемники.

— Олесь! — выкрикнул самурай. — Любой ценой задержи мутантов. Я помогу аланцам!

Забрав пятнадцать человек, Аято побежал назад.

— Сдвинуть щиты! — приказа Храбров. — Встать полукругом. Всем десантникам занять оборону у домов. Не давайте тасконцам охватить отряд с флангов.

От грохота выстрелов люди совершено оглохли. Постоянно слышались разрывы снарядов. Артиллеристы мгновенно оценили ситуацию и перенесли огонь поближе к месту боя.

Два точных попадания в толпу боргов — и почти четверть врагов повалились на землю. Разорванные, окровавленные тела отлетели на несколько метров от воронок. Впрочем, уцелевшие оливийцы даже не остановились.

С диким воплем мутанты обрушились на воинов. Противники дрались отчаянно. Группе тасконцев удалось прорваться к пехотинцам. Они безжалостно вырезали аланцев.

В рукопашной схватке десантники значительно уступали боргам. К счастью, командир взвода огневой поддержки не растерялся и сумел уничтожить оливийцев. Солдаты едва успевали менять магазины.

Отряд Тино преодолел три сотни метров и сходу врубился в ряды мутантов. Кровь лилась рекой. Из-под груды трупов доносились стоны и мольбы умирающих. До несчастных воинов сейчас никому не было дела.

Перешагивая через мертвецов, земляне упорно пробивались к штабным машинам.

Возан в конце концов сумел восстановить управление полками. Перегруппировавшись, пехотинцы двинулись в контратаку. На краю оазиса разгорелось настоящее побоище.

Вцепившись друг в друга аланцы и тасконцы катались по траве. Десантники и борги рычали, как дикие звери. Некоторые пары так увлекались борьбой, что падали в ловушку песчаного червя. Десятки солдат катились прямо в пасть голодного монстра. Спасать бедняг никто не собирался.

Вскоре наемники достигли тайников оливийцев. Мутанты до сих пор продолжали из них вылезать. По самым скромным подсчетам, под землей прятались не меньше тысячи тасконцев.

Заколов худощавого горбатого борга, самурай сорвал с пояса гранату и бросил ее в яму. Взрыв разметал оливийцев.

— Проклятие! — вымолвил Аято, — заглянув в дыру. — Это подземный ход…

Между тем пехотинцы окончательно пришли в себя. Крупнокалиберные пулеметы ударили по скоплениям мутантов.

Армия тасконцев разбилась на мелкие разрозненные группы. Часть боргов обратилась в бегство, некоторые, бросив оружие и подняв руки, пытались сдаться в плен. Разъяренные десантники без раздумий расстреливали оливийцев.

Все выходы на поверхность были в кратчайшие сроки уничтожены. Враг потерпел поражение и отступил. На преследование у аланцев не осталось сил.