Самый далекий берег - Александр Бушков

Чубурах, заложив на спинку коротенькие мохнатые лапки,совершенно по-человечески прохаживался по обширному столу штандарт-полковника –так ему было гораздо удобнее, нежели на полу. Хотя он и оказалсянежданно-негаданно разумным существом, полноправным галактом, офицером иособистом, роста это ему не прибавило ни на вершок.

«Хорошо же нас всех купили, – подумал Кирьянов с вялымраздражением. – Ну да, разумеется. Святую правду изрекал тот психолог,похожий на медведя: у иных рас самые дружеские чувства вызывают мохнатые.„Доверительные чувства в отношении покрытых мехом существ“. А неприязнь иотторжение вызывают как раз рептилии. Вот и сделали нас, как младенцев: майориз контрразведки, принимаемый всеми за забавную домашнюю зверюшку, невозбранношлялся по базе, присутствовал на каждой пьянке, слушал и мотал на ус, пока постенам и потолку ползала дурацкая ящерица, простенький кибер,запрограммированный на пару фраз, которого все и принимали за живого разумногоособиста…»

Тут же ему пришло в голову, что особенных поводов посыпатьголовы пеплом и страдать оттого, что их столь примитивно провели, в общем, инет: этот майор-недомерок, как сам только что признался, вовсе успешно незавершал расследование, ради которого был сюда направлен, – он попростуоказался перед фактом, лишь в самый последний момент заподозрив неладное…

Словно угадав его мысли, Чубурах чуточку сварливо продолжал:

– Кончено, я себя показал не лучшим образом. Каюсь ипризнаю. Но доля вины лежит и на руководстве. Я почти не работал среди существвашей расы, мне было трудно вжиться в тонкости вашего поведения, употребляяидиомы, многое для меня оставалось темным лесом, несмотря на инструктажи иизучение источников…

– Резонно и разумно, – бесстрастно сказалштандарт-полковник.

– Рад, что вы понимаете, – сердито фыркнулЧубурах. – Да что там, мне даже наблюдение за пределами зданий вести былотрудно – всяк норовил поймать глупую зверюшку и отнести домой…

– Почему же они послали именно вас?

– Да потому что не оказалось под рукой другогоспециалиста по вихавье, – огрызнулся Чубурах. – А я, не сочтите захвастовство, неплохой спец по этим тварям. И когда где-то в этом районе приборыуловили спектр, когда возникли стойкие подозрения, что вихавья обосноваласьгде-то поблизости, дернула меня нелегкая попасться генералу на глаза… Вот вычасто спорите с генералами?

– Не особенно, – признался Зорич.

Шибко тихо сидел в дальнем уголке – и, судя по егоугнетенному виду, до сих пор всерьез переживал то, что оказался в компанииодураченных.

– Что это было? – чувствуя тяжелую, томительнуюусталость, едва ли не полное опустошение, спросил Кирьянов.

Шибко хмыкнул:

– Тебе ж сказали: вихавья. Яснее ясного…

– Это такая тварь, – охотно объяснилЧубурах. – По сути, паразит. Мы так до сих пор и не отыскали материнскую планету,хотя она непременно должна быть, – Галактика, увы, непросто велика, анеобозрима… Судя по всему, тварь разумная. Даже наверняка. Вот только разумподчинен одной-единственной цели. Дать потомство, размножиться неисчислимо,захватить все, что удастся. Сначала она как-то создает озеро, довольно долго,по вашему счету, несколько месяцев. Это – инкубатор. Обычная вода преображаетсяв нечто вроде питательной среды…

Кирьянов вспомнил эту воду – странную, ни на что не похожую.Его неприкрыто передернуло.

– Потом она выходит на охоту, – менторским тономпродолжал Чубурах. – Ищет одиночек, имевших неосторожность оказатьсяпоблизости. И добывает сперму. Не важно, существ вашего вида или другихмлекопитающих, ну хотя бы таких, как я. Зафиксированы два случая, когда онатрансформировала сперматозоиды рептилиеподобных существ, были и другие примеры…Короче говоря, паразитирует на широком спектре разумных – лишь бы они дышаликислородом, лишь бы температура на планете была в неких пределах…

– Позвольте! – вскинулся Шибко. – Как же этаскотина в пространстве передвигается?