Баламут - Василий Горъ

—Объясни мальчику его неправоту!— приказал Слон и застыл. Ибо мой обычный тесак, уткнувшийся в глотку, не способствовал лишним шевелениям.

Блондинчику тоже стало не до выпендрежа: Язва, среагировав на мою безмолвную команду, продавила его покров мощнейшим воздушным кулаком, запущенным впритирку к тушке, на крыльях ветра вошла в ближний бой и повторила мой трюк с ножом, упертым в шею. Ну, а оставшаяся парочка горе-бойцов просто тупила, ибо не понимала, что делать в создавшейся ситуации. Вот я и заговорил:

—Господа чрезвычайно дальние и нафиг не нужные родственники! Наша ветвь Елисеевых абсолютно самодостаточна и не горит желанием наводить мосты с ветвью, в которой служат такие имбецилы, как вы. Кстати, окажись вы представителями любого другого рода, я бы вас убил за оскорбления и был бы в своем праве. А вас на первый раз пожалею. Но для того, чтобы вы, имбецилы, не забыли моего великодушия, проявлю жалость нестандартно…

После этих слов я перешел на командно-штабной и приказал «тупням» развернуться к нам спиной, завести руки за спину и встать на колени. Мужики, конечно, попробовали повозмущаться, но ледяные клинки мастера седьмой ступени, сбрившие им по половине шевелюры, неплохо замотивировали. А потом из «Святогора» выскользнули Страх с Ужасом, забрали у меня самые обычные пластиковые стяжки, украсили ими запястья первых пленников, заодно экспроприировав перстни с пространственными карманами и закинув в салон «Манула». Потом те же самые манипуляции проделали и мы с Шаховой. После чего опустили боковые стекла «трофейного» внедорожника, засунули головы моих родственничков в оконные проемы и подняли стекла до упора. А когда закончили инсталляцию, под мат несчастных, я подозвал к себе Михаила и холодно процедил:

—Вызовете полицию и оставите здесь одного бойца с записью инцидента. А все остальное я доведу до вас по громкой связи. Выполняйте…

…Михаил, врубившийся в причину моего недовольства, набрал Катю через пару минут после начала движения, дождался переключения на громкую связь и сразу же начал объясняться:

—Ратибор Игоревич, произошла накладка: перед тем, как преградить вам дорогу, эта машина проехала мимо вашего дома всего один раз. Но даже так мы пробили ее номера и выяснили, что все четыре человека являются вашими родичами и прилетели в Сочи за сорок четыре минуты до появления в этом районе! Мы были уверены, что их приезд согласо-…

—Прошу прощения за то, что перебиваю, но вам не кажется, что фраза «мы были уверены» из уст профессионала звучит как-то слишком смешно?

Телохранитель шумно выдохнул и наступил на горло собственному самолюбию:

—Моя вина. Привык работать на род, о котором знаю все или почти все, и бездумно спроецировал привычные наработки на вас, Елисеевых. Хотя это грубейшая ошибка.

—Что ж, я рад, что вы меня поняли, и надеюсь, что второго просчета не будет. На этом все. Отбой связи…— чуть-чуть понизив градус холода, сказал я, дождался наступления тишины и посмотрел через зеркало заднего вида на нахохлившихся близняшек: — Девчат, не грузитесь, такое случается. А ваши родичи, по сути, не виноваты, ведь их первая и единственная задача — охранять вас. А мы своего рода довесок.

—Они получают за это двойной оклад!!!— гневно прошипела Женя.

—Да хоть тройной!— фыркнула Шахова.— Люди инертны и работают по шаблону до тех пор, пока не вляпываются в ситуации, в которых шаблоны перестают работать. Миша это признал. Плюс он реально неплохой профи. Поэтому эта ошибка пойдет ему на пользу. Так что выбросьте из головы мысли о наказании через род и накажите сами. Чтобы мужики почувствовали себя обязанными именно вам. Как именно наказывать, объясню попозже — мы подъезжаем.

Сестры чуть-чуть успокоились, пообещали, что подождут, а через пару минут выбрались из машины и следом за мной припустили к входу на Ленивый Пляж. Наше место оказалось свободным, так что на нем за считанные мгновения появились покрывала, затем мы скинули одежду и запихали в пространственные карманы, рванули к морю, влетели в воду и поплыли к границе неба и воды. Медленно, но ни разу не печально. А через несколько минут ожил мой комм, и я, кинув взгляд на экран, принял вызов:

—Доброго времени суток, Виталий Михайлович! Что случилось?

—Доброго, Ратибор Игоревич!— отозвался Тверитинов.— Слава богу, ничего. А почему вы спра-… так, вопрос снимается: да, по местному времени уже за полночь, но я заработался и не обратил на это внимания. Что звоню-то: при плановой проверке работоспособности системы я обнаружил небольшую ошибку, к сожалению, коснувшуюся вас. Как выяснилось, результаты тестирования одаренных с фамилиями, начинающимися на букву «Д» — Денис — и заканчивающимися на «З» — Зинаида — не улетали на сервер обновления несколько недель! Теперь ошибка устранена, актуальные данные обновились, а я приношу извинения за халатность наших сотрудников.

Я мысленно восхитился его предусмотрительности и заявил, что не в обиде. А потом спросил, как дела за Стеной.

—Вы знаете, тихо, как ночью на погосте: если верить ежедневным циркулярам, то с тридцатого июня и по сей день, то есть, за целую неделю, не случилось ни одного боестолкновения с корхами! Да, дважды пытались отличиться «соседи», но без толку. В общем, вашими молитвами все хорошо.

Слово «неделя» напрочь испортило мне настроение и кинуло в боевой режим:

—Виталий Михайлович, есть ненулевая вероятность того, что я прибуду в форт не восьмого, а завтра утром.

—Перелет из Читы организую!— пообещал он.

—Спасибо. Но мне будет нужен весь пятый полигон. Максимум на двое суток.

Ротмистр задержался с ответом почти на минуту, наверняка проверяя, есть ли такая возможность, зато потом порадовал:

—Полигон уже за вами. Прилетайте…

* * *

…Государыня ответила на завуалированное сообщение, прилетевшее с комма дочери, не сразу, а минут через двенадцать-пятнадцать, что еще больше испортило мне и без того плохое настроение. Слава богу, хоть текст ответного послания оказался предельно конкретен: