Здравствуй, Мир! - Михаил Француз

— Так же, как и раньше: я пешком, ты — как хочешь, — пожал плечами я.

— Уверен? — вскинул в удивлении брови он. — Так охота ноги стаптывать?

— Не охота задницу стирать с непривычки, — отозвался я.

— Но ведь всё одно придётся же привыкать? Вьючно-верховой транспорт — практически не имеет альтернатив на континенте, — теперь уже недоумевал совершенно искренне он.

— Ноги — вот моя альтернатива любому транспорту. Нет такой местности, где человек, на своих двоих, имея достаточно большое желание, не сумел бы пройти… ну, если ему не будут активно мешать, конечно же.

— На «своих двоих» далеко не уйдёшь, — хмыкнул Лоруан.

— Это, если с непривычки, — отзеркалил ухмылку я.

— Ну-ну, — решил не развивать спора прямо сейчас он. Перенося его на более отдалённую и более подходящую перспективу. — Посмотрю я на тебя через пару часов…

***

Пара часов прошла. Я шагал. Он ехал на своём коне рядом. Потом прошла ещё пара часов. И ещё… К вечеру, ко времени привала, Граф смотрел на меня уже иначе. Насмешки в его глазах сильно поубавилось.

Нет, я понимаю, что Лоруан не мог не знать о том, как я обычно передвигаюсь. В конце концов, не первый уже месяц в Камише и возле него обретаюсь. Но, похоже, слышать отчёты и увидеть самому лично — это достаточно сильно различающиеся действия. С очень разным эмоциональным наполнением.

А я… А что я? После недавнего крайне памятного более, чем суточного марш-броска по холмистому лесу в сопровождении дышащего в затылок (буквально) SSS-рангового тигра, возможности мои в плане передвижений на своих двоих по любому типу местности, выросли настолько, что я уже сам себе больше напоминал машину.

Так ходить, на Земле, я бы точно не смог никогда и ни при каких обстоятельствах. Это было уже за гранью обычных человеческих возможностей. И далеко за этой гранью. Всё же, «двадцать первый уровень» — это уже начало чего-то действительно серьёзного. Это уже не человек…

Расположились на ночёвку мы… в роще возле какого-то ручья. В сотне метров в сторону от дороги. Дороги, на которой, двухстами метрами дальше стоял трактир.

Граф задумчиво и молча смотрел на то, как я вытаптываю траву, достаю и расстилаю на примятой траве коврик, спальник, залезаю в него, закрываю глаза и лежу. Долго. Я уже даже почти засыпать начал.

— Серьёзно? — всё же не выдержал он и спросил. Я открыл глаза и посмотрел на него. Лоруан всё так же, как и десятью минутами ранее, стоял, держа своего коня за повод под уздцы. Стоял и смотрел на меня.

— А что? — удивлённо поднял брови я.

— Там, впереди, на дороге нормальный трактир стоит! С нормальными номерами, нормальной помывочной, с нормальными кроватями, с нормальной кухней!

— Так иди, — не поднимаясь, пожал плечами я. — Утром на дороге встретимся.

— Ты серьёзно? — настоящее, неподдельное непонимание звучало в его тоне.

— Да. А что не так-то? — приподнял брови я. Нет, естественно, я не идиот, и я понимаю, что именно «не так». Но почему бы и не покуражиться? Не стебануться?

— Да всё не так! — не выдержал он. — Весь ты «не так»! Угораздило же меня… Что у тебя «не так» с трактирами? Почему ты не хочешь там ночевать? — тут же взял себя в руки он. Профессионал.

— Трудно объяснить вот так вот, словами… но, понимаешь, под чужой крышей я чувствую себя зажато, скованно, некомфортно, стеснённо… Имея выбор, я всегда выберу ночевку под открытым небом, чем ночёвку под чужой крышей. Ну, в зависимости от погодных условий, конечно. Иногда они выбора особого не оставляют… — припомнилось само собой кое-что из моего «служебного» опыта.

— А бараки Гильдии? — попытался действительно меня понять Граф. — Там же ты как-то ночуешь?

— Бараки… казарма — это другое. Это не чья-то крыша. Это ничья крыша. Общая. Это крыша того, кто под ней ночует… ну и десять лет казарм, естественно. Я бы умом за такой срок двинулся бы, если бы не смог привыкнуть или адаптироваться. Казарму «чужой крышей» я подсознательно уже не воспринимаю.

— Но с этой Сакурой же ты в трактирах ночевал? — выложил следующий аргумент он.

— С Сакурой мы не просто «ночевали», как ты сам понимаешь, — многозначительно посмотрел на Графа я. — Ради хорошего удовольствия, некоторый дискомфорт потерпеть можно. Но ведь ты — это не Сакура. И ради ночи с тобой…

— Не продолжай, — поморщился Лоруан. — Нет настроения обмениваться пошлыми колкостями.

— Как скажешь, — пожал плечами я и снова прикрыл глаза.

— То есть, ты вот сейчас серьёзно? — переспросил Граф. — Серьёзно останешься здесь? На ночь? Один? Без охраны, дежурства, костра? Не боишься?

— А чего мне бояться? — приоткрыл один глаз. — Мы в «мирной зоне». Опасных зверей здесь нет. А злой человек… злой человек прирежет с одинаковым удовольствием, что в поле, что в номере трактира. Ещё в поле-то побезопаснее будет. В поле меня ещё отыщи сначала — поле большое!

— Ты псих, — констатировал Граф.

— Я — Травник, — парировал я.

— А это одно и то же, — поморщился Лоруан и запрыгнул в седло своего коня. — Увидимся утром.

— С рассветом, — уточнил я.

Лоруан снова долгим взглядом посмотрел на меня. Потом вздохнул, не стал ничего говорить, кивнул и, уже не оборачиваясь, поскакал к трактиру.

Я же, дождался, пока затихнет стук копыт его лошади, достал «Светляк», настроил его так, чтобы со стороны его свет не было видно, достал и развернул карту.

***