Конец радуг - Вернор Виндж

– А вот к этому очень стоит приглядеться. Обратите внимание на статистику интересующих нас иностранцев. – Он передвинулся к линку на «Лица, представляющие интерес». Как обычно, они развернулись в десятки тысяч элементов. В тот или иной момент любой – кроме мертвых, которые все равно учитывались из-за паранойи биологического террора, – попадал под наблюдение. – Я не собираюсь просить вас прокачать всех ЛПИ, иначе наше дежурство затянется на целый год. Но смотрите, что вам будут давать «призраки», и следите за переменами.

Последнее было классической мудростью, проверенной в десятках свершившихся и предотвращенных катастроф в текущем столетии. У аналитиков всегда был миллион подозреваемых, но когда они выходили в жесткий холодный мир реального времени, успех зависел от того, обращают ли на них внимание оперативники.

И был один пункт несколько пониже остальных: «Отводы» – то есть члены группы, чем-то компрометирующие дежурство. Обычно это был самый параноидальный список из всех – но группа Боба не видела здесь массы подробностей. Даже линка не видела. Такие извещения шли с грифом «Лично» для него и его заместителей. Практически же, если бы здесь возникли какие-либо серьезные проблемы, они были бы решены задолго до брифинга.

– Вопросы?

Он огляделся. Какое-то время все молчали – морпехи вникали в детали, отвечая сами себе на множество вопросов. Заговорил тот молодой, с жаргоном:

– Сэр, а вот железо, оно то же самое, что для иностранных экспедиций по борьбе с технологическими угрозами?

Боб посмотрел ему в глаза.

– Техника усиления легче обычного… и это единственное отличие, капрал. Наша задача – защищать, но в конечном счете это означает защищать всю страну. – Иногда можно сказать, весь мир. – Так что – да, мы несем полный стратегический заряд. – Он отклонился назад и оглядел всех своих морпехов. – Я не ожидаю проблем. Если будем работать внимательно, в Калифорнии пройдет еще один мирный вечер.

Он отпустил людей, и комната сжалась до своих истинных размеров. Патрик Уэстин задал несколько уточняющих вопросов о развертывании взводов, и его образ тоже исчез. Боб Гу выключил все наложения, и ненадолго остались только его стол и стул возле кофеварки. Дверь справа вела к реальной технике. Если повезет, сегодня он ее не увидит.

Боб – » Элис: «sm» У тебя спокойно? «/sm»

Элис – » Бобу: «sm» Спокойно и ясно. Эта история с УСД будет хорошей тренировкой перед моим аудитом лабораторий. Потом поговорим. «/sm»

Потом – это когда кончится дежурство. Сегодня Элис была главным аналитиком, и не будь она в данный момент Срочно Обучена на аудит, могла бы быть командиром оперативников. Она принадлежала к немногим лицам, имеющим квалификацию и на то, и на другое. В любой роли работать с ней было удовольствием – если бы он мог не думать о жертвах, которые сделали возможным такое совершенство.

Боб допил кофе и вернул визуальные образы, не до конца настроенные на себя. Снова проверил, как там Черил Грант. Она была готова действовать. О'кей, для протокола:

Гу – » Грант: «sm» Заступаю на дежурство, мэм. «/sm»

Они обменялись приветствиями. Время пошло. Взводы в полной готовности и пробудут в таком состоянии четыре часа – не слишком долгое время, но примерно максимальное, в течение которого можно поддерживать готовность без лекарственных средств.

У Боба работа была иная. Он, как овчарка, бегающая вокруг отары, переходил от вопроса к вопросу. Смотрел, где проводят время морпехи и аналитики – частично, чтобы предупреждать узкие места, частично – чтобы обнаруживать дыры внимания. В какой-то момент он глянул через вьюпойнт популярной прессы над УСД. Это… событие собрало кучу демонстрантов, многие присутствовали физически. А статистика сети показывала в дополнение к демонстрации ситуацию возможного флешмоба. Интересно, смотрит ли это Мири.

Мысль о Мири вернула его к текущему моменту. Он снова просмотрел «Отводы». У половины его морпехов были родственники в УСД – это вообще большая проблема при местных наблюдениях. У говорящего на жаргоне было хобби оформления Скучи, где участвовали множество фэнов Бангалора. Если бы у парнишки в эту ночь не было дежурства, он сейчас был бы в кампусе. Но аналитики отследили его время поминутно на четырнадцать месяцев назад. Были кое-какие мелкие нарушения закона, какое-то злоупотребление улучшенными наркотиками, но ничего, что помешало бы выполнению задания.

Боб провел поиск по всему дереву отводов. Сейчас он уже ушел от указателей, вкапываясь глубоко. Отец не появился. А я был уверен, что он впутается в эту историю с «Либрареомом». Хотя это не было бы серьезным основанием для отвода. Он слишком далеко уносился в сторону – обычная проблема для командиров с достаточной самостоятельностью…

Сю Сянь? Имя смутно знакомо, но не выскочило бы само, если бы его собственная фамилия не фигурировала в том же пункте. Сянь была одной из примерно трехсот тысяч на юго-западе США, кто в данный момент представлял интерес по случаю возни с техникой. Конечно, многое здесь было нелегально, и таких людей можно было сплавлять ФБР; но продуктивнее их просто отслеживать. Большинство из них – безобидные хоббисты или нарушители прав интеллектуальной собственности. А некоторые были руками террористических сект. И еще были гуру-аналитики, стоящие за этими сектами. У Сянь хватило бы сообразительности и образования, чтобы принадлежать к последней категории, но пока самое интересное, что за ней было, это ряд игрушек, ею построенных – просто музей чудаковатой электроники. И еще она была соученицей отца. Эта связь фигурировала как «незначительная».

Но была тут еще и ссылка на дом престарелых «Конец радуг»… Эта тетка – соседка матери! И все это время он волновался, какая у матери скучная может быть жизнь! Ну и компания: сумасшедший ученый, его мать-психиатр, и… это еще что? Целыми неделями мама, эта Сянь и Мири вели самодеятельное наблюдение за дедом. Дюжина догадок сразу пришла на ум, и… Работа, работа, за своей работой следи.

Он решительно отбросил все личные вопросы. Главный вывод из всего этого – вести наблюдения с местным персоналом глупо.

Боб взял еще чашку кофе и сел смотреть виды из УСД и других горячих точек сегодняшней ночи. В современном военном деле потерять сосредоточенность – почти такой же грех, как заснуть на посту. Пора было впахиваться в борозду.

И все же тоненький внутренний голосок изо всех сил пытался отвлечь мыслью: Какого же черта задумали Мири с матерью?

Понедельник, 17:00

Наконец. Закат все еще играл цветами на небе над берегами Ла-Джоллы, когда Роберт заехал на круговую развязку к северу от Варшавски-Холла. Дальше он пошел пешком на восток, к библиотеке Гайзела.

– Готовы к великой ночи, друг мой?

Рядом с Робертом шел Шариф-Незнакомец. Прохожие, кажется, не видели его зеленолицего спутника. Роберт хмуро глянул на Незнакомца:

– Готов увидеть, что вы обещали.