Космическая Академия - Дарья Проценко

Старший научный сотрудник Акеба хмуро изучал высокого пришельца. Он почему-то раздражал лашми. Тот даже не понимал почему, но что-то было в этом гуманоиде неправильное и непостижимое, как безбрежный космос. Особенно эти раскосые чёрные глаза с золотисто-красными точками в центре радужки. Они словно прожигали насквозь.

Учёный заклокотал горлом.

– Я тороплюсь, – заявил пришелец. – У меня поручение от капитана Шадора – забрать заказ под номером шестьсот шестьдесят семь.

Акеба качнул головой от плеча к плечу, так чтобы уши обязательно задевали сочленения. Так лашми выражали полное согласие и готовность.

– Нас предупредили. Образец здесь.

– Где? – пришелец окинул взором пустую сферу.

– Оплата прежде.

Гуманоид скривил губы и протянул лашми чек-жетон.

– Спонсоры вам заплатят.

Акеба поднёс жетон к глазам и внимательно рассмотрел.

– Конклав?

– Раз видите, зачем спрашиваете? – насмешливо осведомился гуманоид.

Акеба пренебрежительно вздёрнул клюв и с достоинством удалился в соседнюю сферу. А пришелец невозмутимо проводил его взглядом.

Вскоре лашми вернулся, бережно неся сосуд.

– Это – оружие? – удивился гуманоид.

– Видели название лаборатории? – вздорно прошлёпал Акеба.

Пришелец кивнул.

– Тогда зачем спрашиваете?!

– Ты знаешь, с кем пререкаешься, рептилия?

Лашми прямо-таки вскипел от негодования. Эти приблудыши их ни во что не ставили! Акеба не выносил гладкокожих. Минули сотни гаков, а гладкокожие так и не ассимилировались. Вместо этого они вынуждали других подстраиваться под них. Давали лашми странные прозвища – рептилии, мелкоголовые, клювастые, большеротые и лопоухие… Негуманоиды и бородавчатые. Зачастую непонятно, но завсегда оскорбительно. Народ Вузюкумафлашми считал рельефную кожу с выпуклым рисунком верхом совершенства и красоты. В отличие от непристойно гладкой или, хуже того, покрытой мерзкой растительностью у гуманоидов.

А как иначе разглядеть породу, как не по узору выпуклостей?

Лашми брезгливо уставился на собеседника. Какой неприятный цвет лица. Как у больного, снедаемого болотной лихорадкой. Акеба даже воинственно подпрыгнул. Народ Вузюкума было кому защищать. Князья лашмани собирали дань, но подданных берегли исправно.

– Мы пожалуемся в галактический департамент!

Каруин Брид Дану лишь усмехнулся в ответ. Поглядывая на лашми сверху вниз, он видел перед собой забавно скачущее пупырчатое существо с маленькой и неправильно вытянутой головой. Зато с большими ушами. Хотя сейчас негодующий вузюк-лашми свернул их трубочками, но выкатил и без того круглые глаза без белков и шлёпал безгубым ртом. Чрезмерно крупным для такой крошечной головы. А вместо носа у него торчал клюв.

Дану всё это надоело, и он протянул руку к сосуду. Но Акеба упрямо отодвинулся. И пришелец недоумённо застыл с вытянутой ладонью.

– Что такое? Чек вы получили. Давайте сюда заказ. Мне некогда, на крейсере ждут.

– Прежде представьтесь.

– Зачем?

– Мы не отдаём ценные образцы кому попало, – непреклонно заявил лашми, ощущая свою правоту.

– Хотите знать моё имя? – огненные зрачки расширились, залив чёрную радужку. – Дану.

– Да ну?

– Дану, и этого вам достаточно.

Посланник Шадора почти силой вырвал сосуд из когтей учёного – тот аж оцепенел от такой беспардонности – и сунул в кубический контейнер с ручкой. Щёлкнул замок. Каруин Брид Дану подхватил вместилище, развернулся и направился к выходу под неодобрительным взглядом лашми. Почти у самой двери обернулся и сказал, как будто только что вспомнил:

– Да! Мы развернули пункты рекрутизации. Неподалёку.

И спокойно двинулся дальше, отбросив за спину тёмную массу волос, ниспадающую на плечи, и бормоча себе под нос:

– И с какой нужды Шадор набирает этих…

Акеба отмер и возмущённо проквакал ему вслед:

– Высокомерный ублюдок!

Сектор 23-18-71, Пояс Риволка, система Дейгара, Дейгар, Метрополия