Упреждающий удар - Вячеслав Шалыгин

– Да, – смаглер кивнул. – Все по плану.

– Иди отдыхай, ты сегодня хорошо поработал. – Макс косвенно подтвердил, что вовсе не ужасен, а величие его не испортило. – Я посижу.

– Да я не устал, – Шершень для проформы замялся, но затем кивнул и уступил кресло. – Я только в душ и обратно.

– Отставить. – Хауэр махнул рукой. – Отдыхай по полной программе. Выспись. Ты нам свежим и бодрым понадобишься, когда выйдем из прыжка. Меня Бозе подменит, потом Сайрус и робокриги.

– Только Момо на вахту не ставьте. – Шершень усмехнулся. – И Маритту. Женщина за штурвалом… беда.

– Тут главное, чтобы не трогала ничего. – Макс тоже усмехнулся. – Иди отдыхай, мы разберемся.

Капитан еще раз кивнул и повертел головой в поисках подсказки. Поскольку он не имел возможности напрямую, как мароманны, подключаться к бортовому разуму-синтетику корабля, найти отведенную ему каюту Шершень мог только с помощью подсказки-проекции. Корабль оказал ему такую услугу, и минутой позже смаглер очутился в своей каюте.

Когда дверь закрылась, капитан буркнул, что сам разберется, где тут душ, а где кровать, но проекция стрелки-указателя не исчезла. Она вдруг расширилась по вертикали и превратилась в объемную фигуру человека в мароманнском парадном плаще с капюшоном.

Этот образ был хорошо знаком Шершню. И смаглер меньше всего хотел его увидеть еще раз. Но куда было деваться? Приказать кораблю вырубить связь со «Стальной бабочкой», зависшей вне пространства, но фактически неподалеку от «Вики-2»? Вряд ли синтетик корабля сумеет это сделать. Да он вряд ли даже в курсе, что эта связь установлена!

Шершень почему-то был почти уверен, что хозяин «Стальной бабочки» – чей образ и сформировался посреди капитанской каюты, установил контакт в закрытом режиме. Как он сделал это технически? Да бог его знает. Как-то он ведь сжег Руперта Герцога, который находился в пятидесяти километрах, да еще внутри якобы надежного укрытия. Значит, имелись у хозяина какие-то особые технические возможности. И значит, сопротивление бесполезно.

Капитан обреченно вздохнул и хмуро взглянул на проекцию.

– Слушаю.

– Это я тебя слушаю, смаглер, – образ гостя сделался окончательно достоверным, теперь он казался плотным и даже осязаемым, если осмелишься прикоснуться. – Мне нужен отчет о событиях после того, как я высадил Герцога на Терранову. Вернее, после того, как был вынужден сжечь его.

– Потому что его едва не раскрыли Хауэр и Бозе?

– Да. Рассказывай, что было дальше. Как вы все очутились на борту этого странного корабля? Я не могу понять, он мароманнский или дактианский?

– И тот и другой. Дактианцы захватили этот трофей и переоборудовали на свой манер для разведки во вражеских тылах. Но в нем сохранены и мароманнские детали. Получилось два контура управления и две системы вооружений. Очень удобно.

– С этим все ясно. Теперь по делу. Рассказывай.

– Мароманны хотели вывезти найденное оборудование и пленников, над которыми дактианцы проводили эксперименты в лабораториях Эпсилон-13, но случилось что-то странное. Сначала мароманнский крейсер жахнул по грунту из больших пушек и уничтожил половину робокригов рядом с базой, а затем по самому Эпсилону-13 врезал дактианский кит. Получилось, будто бы мароманны и дактианцы сговорились и решили уничтожить всех, кто узнал про Эпсилон-13. Даже своих лучших офицеров не пожалели ни те, ни другие. Что уж такого особо секретного было спрятано в подвалах Эпсилона – даже предположить не возьмусь. Но мы выжили. А вот каким чудом мы выжили, до сих пор не понимаю. Потом мы встретились с остатками отряда Сайруса Рема, и доктор Бозе умудрился заключить с ним перемирие. Вместе нам удалось покинуть опасную зону и найти этот корабль. Сайрус его нашел, если точнее. Как-то так.

– Не пойдет. – Хозяин «Стальной бабочки» качнул головой. – Сумбурно и мало точной информации. Я вижу, что у тебя появился новый электронный секрет. Ты ведешь запись с помощью мароманнского регистратора. Это так?

– Если видишь, значит так, – нехотя признал Шершень. – Но я не специально! Это все мароманны! Надели на меня что-то вроде ошейника. На всякий случай, чтобы не сбежал.

– Что ж, это дальновидно с их стороны. Хотя вряд ли они думали, что записи пригодятся именно мне. Покажи мне ключевые моменты. Как было принято решение лететь на Эниум? Почему именно туда? А еще мне интересна обстановка на борту твоего нового корабля.

– Я понял. – Шершень вывел объемное изображение записи в пространство каюты. – Я постараюсь выделить главное. Вот, смотри. Это как раз момент, когда было принято решение. Часть записи я сделал сам, а часть скачал из памяти Цербера.

– Цербера?

– Своего конвоира… короче, сам все поймешь.

Объемное изображение получилось достаточно подробным, чтобы передать не только детали, но даже атмосферу места, где очутились в результате длинной череды приключений двое дактианцев, два мароманна, с ними «полтора» робота и кифер по прозвищу Момо, а также вильдерша Маритта и случайно вляпавшийся во всю эту историю Шершень. Сводную группу приютила просторная пещера, вход в которую скрывался за стеной мощного водопада. Убежище оказалось настолько удачным, что беглецы позволили себе немного расслабиться и попытались обсудить ситуацию…

* * *

… – Соберем информацию обо всем, что может быть связано с текущими странными событиями на Терранове и обо всех похожих случаях, – предложил мароманн, военный доктор Борис Бозе, – осмыслим всем коллективом… а лучше прогоним все данные через мощный аналитический хаб. Глядишь, и найдется ответ на вопрос «что происходит на самом деле?».

– Где ты возьмешь аналитический хаб? – с сомнением спросил его начальник командор Макс Хауэр. – Центральный синтетик Маробода нам не доступен. Узел генштаба или Генеральный статистик тоже не помогут. О дактианцах с их информационными морями и потоками я молчу, это вообще не вариант. Остается обратиться к смаглерам, но у них нет ничего подобного, только жалкие пародии.

– Есть, – уверенно возразил доктор. – И это действительно хаб, крупнейший узел, перекресток информационных систем! И он вдвое круче ЦСМ. Ведь в нем сходятся и успешно переплетаются инфопространство Маробода, инфопотоки Аррадакта и все «независимые» сети. Даже сеть сайтенов. Возможно, у этого хаба есть связь и с фортанами. По крайней мере он всегда в курсе ключевых событий в их мирах.

– О чем ты говоришь? – Хауэр поморщился. – Что опять за фантазии?

– На этот раз никаких фантазий, только факты. Я говорю об Эниуме. Уникальном планетном явлении в секторе Урма-17. И об одноименном информационном узле, хабе.

– Много слышал об этом Эниуме, – сказал главный из прибившихся дактианцев, тактик второго уровня Сайрус Рем, – но еще слышал, что в сектор Урма-17 почти нереально попасть.

– Это такая информационная маскировка, – ответил Борис. – Чтобы не лезли, кому не следует. Будь все плохо, откуда на Эниуме взялся бы хаб? Ведь его построили поселенцы, аборигенов на Эниуме нет. Маршрут подлета, особенно с нашей стороны, конечно, сложный, но не для опытных пилотов и навигаторов. Допустим, таких, как Шершень. Бродяга, ты бывал на Эниуме?