Домовладелец среди людей - Денис Симонов

И мы побежали к порталу. Точнее это я побежал, а Мишкино перемещение бегом назвать никак нельзя было. Он стартанул чуть ли не с пробуксовкой на месте, как в мультиках показывают. И нырнул в портал раньше, чем я успел хотя бы половину пути пробежать. Интересно, если бы я ему доступ к замку от клетки не дал, он бы через решетки просочился или выбил бы их на одном голом энтузиазме? В момент, когда я вывалился из портала на территории завода, Мишка как раз бежал к стоявшим немного поодаль Коле и Петру.

— Дядь Петь не стреля-я-яйте-е-е-е! Не убивайте его-о-о-о! — орал пацан на бегу. И откуда столько мощи в детской глотке.

— Да не стреляю я. И не собирался, в принципе. Знаю, что наблюдаешь за нами. Вот мы и стояли, ждали пока появишься, — пожал плечами Петр.

— Но я видел, вы на него автомат свой наводили! — укоризненно сказал уже спокойным голосом подбежавший Мишка.

— Ну, а хрен ли еще делать, если он кидается на нас. А наведешь на него автомат— отскакивает, боится. Умный, зараза.

Я наконец подошел к стоявшим парням и посмотрел, о ком же они говорят они. А картина оказалась довольно интересной. Здесь лежали четыре тех самых волка, которых я раньше не удосужился посмотреть. И рядом с одним из трупов стоял маленький серый волчонок и скалился, глядя на нас. Ну как маленький... Маленький по сравнению с этими полутораметровыми в холке мертвыми зверями. А так-то волчонок был ни хрена не маленький. По крайней мере, уже выше Валенка был раза в полтора.

В принципе, картина была понятна. Но, на всякий случай, я решил уточнить.

— И что тут произошло? Откуда этот недомерок появился, — я кивнул в сторону трехглазого волчонка, на что тот оскалился персонально мне. О как, он что, понимает?

— Да сами без понятия. Вчера, когда положили эту стаю, решили пока их оставить тут, все равно лежат, есть не просят. Сегодня думали забрать их для утилизации. Но когда подошли к трупам, около одного из них лежал этот звереныш. И напрочь отказывается уходить. Ну не стрелять же его. Жалко, хоть и мутант какой-то.

— Вы мамку его убили. Он совсем один остался, вот и не уходит, — поднял на нас заплаканные глаза Михаил. И когда успел сырость развести?

— Миша, если бы Петр их не положил, то эта стая положила бы Петра с Николаем. И сейчас ты бы плакал не насчет одинокого волчонка, а насчет погибших товарищей.

— Да я понимаю, дядь Вов, — пацан вытер рукавом слезы. — Просто жалко его очень. Он хоть и скалится, но очень боится. А уйти не может. Некуда ему идти.

— Намек понял. Ладно, приручай его. Но если он сожрет твоего Валенка и передушит наших разведчиков— на цепь посажу, — после этих слов этот демоненок снова начал на меня рычать. Да откуда он слова то такие знает.

— Он не знает слов, дядь Вов, — последнюю фразу я, видимо, произнес вслух. — Он общую интонацию считывает. И как-то смысл улавливает. Тут типа телепатии, как мне кажется. Это очень умное животное. Даже не совсем животное уже. Попробую его приручить, но не уверен, что получится. С мышами и Валенком я больше подавлял их волю, навязывал себя в их хозяева, в вожака стаи. А с этим так не получится, тут больше договариваться надо.

— Ну так давай, договаривайся, — подтолкнул я в спину Мишку, чтобы тот подошел поближе. На всякий случай, сделал знак Петру, чтобы тот был начеку, если этот хищник решит кинуться на нашего дрессировщика. Петр понимающе кивнул и встал удобнее для стрельбы. Ничего личного, волчонок, но Мишка нам важнее, чем тысяча таких, как ты.

Сейчас приручение заняло намного больше времени. Около получаса Мишка сидел на корточках в двух метрах от волчонка. Тот то рычал, то поскуливал, то подползал ближе, то наоборот отбегал. Прям переговоры какие-то. Но, в конце концов, волчонок подошел к лежащему трупу своей, как оказалось, матери, лизнул ту в нос, будто прощаясь. И побежал к Мишке. Тот застонал.

— Миш, с тобой все в порядке? — спросил я.

— Да, все хорошо. Ноги затекли, помогите подняться.

Я подошел, подхватил его и поднял на ноги, придерживая, чтобы тот не упал. Волчонок в этот момент смирно сидел рядом и смотрел на нас своими желтыми тремя глазами. Двумя нормальными, третьим мелким.

— Договорились? — кивнул я на зверя.

— Ага, Джейк согласился к нам присоединиться.

— Почему Джейк?

— Да так, видел один фильм, где большого волка Джейкоб звали, — смутился подросток.— Ну а я сократил немного.

— Ну Джейк так Джейк. На него то же правило, что на всех животных действует— живет на улице, в дом не заходит. Договорились?

— Да, конечно.

Далее Колян все же собрал трупы волков. Джейк пристально наблюдал за всем этим, но не мешал. Хороший звереныш, умный. «Инсаамский волк, уровень — 1». Кто ж ты такой, волчонок и откуда взялся в нашем лесу...

После сбора «Органических продуктов» мы все же решили уже возвращаться домой. Хватит на сегодня приключений. Прошли в портал, вылезли из клетки. Мишка тут же отпустил своего нового питомца побегать. Да только не учел один момент. На участке уже жил один кобель. И в данный момент этот кабель радостно бежал нас приветствовать. Но, завидев конкурента, резко превратился из доброго песика в злобную тварь. Прав был Петр в своем определении при первой встрече, ой как прав. Валенок начал очень громко материться на своем собачьем языке, не решаясь, впрочем, близко подходить к Джейку. Между ними было около трех метров.

— Валенок, прекращай, — сказал Мишка. Но тот был иного мнения и решил твердо отстаивать свое право Альфа-самца. Правда, Джейк был с ним не согласен. Он не стал дожидаться, пока дворняжка успокоится. Он просто пристально глянул на того, издал какой-то горловой рык и сделал шаг в направлении «соперника». И все. Битва закончилась. Мелкий мнгновенно растерял всей свой запал, резко развернулся и, скуля, помчался, поджав хвост, куда глаза глядят. Во дает. Так, стоп.

— Мишка, а ты внушил этому потомку волков, что не стоит бегать в ту сторону? Там твой будущим дом. Точнее, открытый подвал.

— Ай, забыл! Валенок, стой! — крикнул Мишка и помчался следом. Но опоздал. Раздался визг сильнее предыдущего, потом еле слышный «шмяк» и вслед за этим мы услышали скуление. Да твою же дивизию....

Мы побежали к краю ямы, около которой уже стоял Миша и заглядывал в нее. Эх, надо было оградить чем-то. Хотя вряд ли ленточки помешали бы нырнуть этой псинке в яму. На дне, подгибая переднюю лапу жалобно скулил Валенок. Мля-я-я. Сломал, что ли. Я спрыгнул в яму, взял неудачника подмышку, схватился за скинутый мне Колей кусок веревки. После этого меня одним рывком вытащили.

— Ну что с тобой делать, тварь ты дрожащая? — спросил я, после того как отдал пострадавшего хозяину. — Может придушить, чтоб не мучался?

— Не надо, дядь Вов, пожалуйста, — попросил Мишка.

— Ну а хрен ли с ним делать? Заколебемся лечить. Я лично не умею врачевать животных. Да и людей то не умею. — я был не в самом лучшем расположении духа из-за данной ситуации. Бесит, когда из-за тупости одних страдают другие.