Король Руси - Михаил Ланцов

Так что, деньги у Иоанна были. И в казне, и в ежегодных доходах. Проблема была не в них…

–Сам же понимаешь, дело не в деньгах.

–В воеводах?

–И в вооружении. Доспехи чешуйчатые я еще наловчился делать. Да и то – тысячу комплектов я за год не сделаю. Но вот с остальным – беда. Ни пищалей годных, ни клинков. Разве что пики клею в достатке. Но там дело не хитрое, ежели с умом подойти.

–Так что тебе мешает покупать оружие?– Удивился Феофил.

–Время…– нехотя ответил Иоанн. И сам тоже задумался.

–На мой взгляд, сын мой, ты просто упрямишься,– назидательно произнес митрополит.

–Может и так,– нехотя согласился Иоанн.– В свое время один очень умный человек сказал, что если народ не хочет кормить свою армию, то скоро он окажется вынужден кормить чужую.

–Мудрые слова.

–Но и мои резоны в этом деле есть. Кроме своей армии из тысячи восьмисот пехоты и трехсот всадников при шести орудиях я ведь могу поднять и иных воинов. Великокняжеский полк…

–Королевский,– поправил его Феофил.

–Да, королевский полк, что достался мне от моего отца. Это конная дружина в три сотни всадников. Московский городовой полк, Новгородский и прочие. Сколько их выйдет совокупно? Пять тысяч по скромному счету.

–А ты можешь им доверять?– Прищурившись, поинтересовался митрополит.– Королевскому полку, допустим можешь. Они верны тебе. Хотя и строптивы. А городовым полкам? Прошлый год показал, что Москва верна тебе. Но только Москва. Здесь много людей, которые имеют выгоды от твоих предприятий. На остальные же крупные города я не стал бы на твоем месте полагаться. Ведь Казимир не стесняется в лести и обещаниях.

–Магдебургское право?

–И его тоже он всем сулит.

–Проклятье…– процедил Иоанн, отвернувшись к окну.

Он в свое время увлекался историей и военно-исторической реконструкцией. Но совсем другой эпохи. И недурно был осведомлен о том, каким тяжелым бременем на экономику страны ложились милитаристские устремления монархов Нового времени. Что Людовики там всякие во Франции, выжимали своих крестьян до состояния мумии, что тот же уарми московские. Да и Петровские реформы на Руси выглядели категорически грубыми, надрывными.

Иоанн не хотел так поступать. Ибо в голове своей все еще оставался не столько правителем, сколько человеком. Раз уж он вляпался в эту всю историю, то он планировал вести реформы аккуратно. С минимальной кровью и общественным сопротивлением. Да и деньги, накопленные в казне, по счастливому случаю, он не спешил спускать на сиюминутные забавы. Поэтому он строил большие планы, планируя что-то вроде пятилетки с обширным инфраструктурным строительством. Вот на него он был готов эти «внезапные» деньги и спустить. А не на войну…

Всю осень он сидел, думал, планировал. Но человек предполагает, а Бог располагает. Поэтому со своими благими намерениями он уже умудрился оказаться в центре мощного международного конфликта военного, экономического и, хуже всего, религиозного толка.

Церковь Северо-Востока Руси оскудела личным составом. Кого-то перебили. Кто-то сбежал. В результате и без того не самая многочисленная религиозная организация оказалась категорически ослабленная. А мир не терпит вакуум.

Но что Иоанну было делать в сложившейся ситуации?

Пытаться примириться с Патриархом Константинопольским, в епархию которого Русь входила? Так ведь он верой и правдой служил султану османскому, отстаивая его интересы. Как и прочие восточные патриархи древней Пентархии. Вон он какое коленце выкинул с Киевской митрополией. Что здесь, в XV веке, что там, в XXI. Патриарх Константинополя всегда был верен только себе и своим интересам, которые тесно переплетались с его непосредственным сюзереном. То есть, тем, кто крепко держал за яйца и этого иерарха и все руководство патриархата.

Возвращаться под руку этого деятеля тоже самое, что ставить в 30-е – 40-е годы XX века во главе идеологического отдела компартии Советского Союза подчиненных Геббельса. Может поначалу и не станут шалить, но волю своего начальника все одно будут реализовывать. А ведь султану компания Персидской торговли, задуманная Иоанном, как серпом по известному месту. Она ведь подрывает экономику его Империи. В то время как для нашего героя эта компания была очень важным инструментом международной политики. Ну и источником большого бабла в перспективе.

Идти к католикам? Так там тоже не санаторий. Папа Римский был самостоятельным светским правителем, который, как и Патриарх, преследовал свои и только свои интересы. И лавировал между мощными политическими образованиями Западного мира: Францией, Священной Римской Империей, Кастилией с Арагоном и так далее. Не говоря уже про весьма крутые разборки, что кипели непосредственно в Италии не умолкая.

В какой-то мере союз с Папой выглядел интересным делом. Ведь он находился далеко и прямого конфликта интересов, как с теми же «православными» османами, не выходило. Да и ресурсами они обладали куда как большими. Из-за чего можно было получить серьезные преференции в случае грамотно заключенного союза.

Однако Иоанн прекрасно понимал, что уже начались потрясения, в ближайшие век грозящие перерасти в мощнейшую волну религиозных войн и реформацию. Вон – до рождения Мартина Лютера осталось каких-то десять лет. А гуситские войны уже успели отгреметь и перепугать всю Европу. Так что, волей-неволей ему во всем этом гадюшнике придется участвовать, ежели идти к католикам. А этого ему как-то совсем не хотелось.

Пытаться свою церковь построить, как меньше через век попытается сделать Генрих VIII? Так у него для этого тупо не имелось ресурсов.

Достаточно сказать, что к 1473 году на территории Руси не было ни одного учебного заведения от слова вообще. Сказалась политика, которую проводили православные иерархи в отношении Руси. Ни светских школ, ни семинарий для священников. Да и церкви стояли только в городах, в то время как село было все еще в основе своей языческим и встретить там церковь было сложно.

Конечно, со второй половины XIII века на Северо-Востоке Руси начался «взлет на холмы», то есть, освоение земель вдали от речных террас. И этот взлет сформировал новый тип поселения – село. Но оно поначалу не отличалось наличием церкви, а просто представляло собой крупное поселение с какой-никакой, а администрацией, вокруг которого были рассыпаны крохотные деревушки в три-четыре, максимум пять дворов. Из-за чего в дальнейшем именно в селах стали ставить церквушки. Кое-где они и в 1473 году имелись. Но скорее выборочно, чем повально. Шутка ли? Даже в XIII веке под самой Москвой все еще хоронили уважаемых людей по древним языческим обычаям в курганах. В XV веке ситуация с этим делом улучшилась, но не сильно.

Так что, после разборок с Филиппом и его людьми, ресурсов людских у местной церкви стало еще меньше. Конечно, нет худа без добра, и вместе со старым митрополитом удалось вырезать многих его приспешников, которые в будущем легли бы в основу движения «иосифлян». То есть стяжателей, которые вовлекут Русь не только в коллапс самоизоляции, но и в течение XVI века будут буквально высасывать все соки из державы, расширяя свои земли и прочие имущественные владения. А к XVII веку превратят церковь в самого крупного, мощного и влиятельного землевладельца Руси, обогнав в этом плане даже монарха.