StarCraft. Я - Менгск - Грэм Макнилл

– Мы закончили на сегодня, – сказал он.

Валериан почувствовал облегчение. Тело ныло, к тому же он чувствовал досаду на то, что только сейчас начал ценить уроки «Книги Достоинств» и понял, как получить доступ к ним во время тренировок. Впрочем, это только начало, но важное начало! Валериан чувствовал это.

Он ответил на поклон мастера Миямото, вложил в ножны собственный меч и пригладил руками светлые волосы. Валериан носил длинные волосы, туго стянутые в конский хвост во время занятий с мечом, и их золотой цвет оставался таким же ярким, как в пору, когда он был совсем маленьким.

Мастер Миямото повернулся на пятках и прошел по выложенной камнем дорожке к фонтану в центре сада. Присев у края фонтана, он опустил руку в холодную воду. Валериан последовал за мастером меча и сел рядом. Набрав в ладонь воды, он плеснул себе в лицо.

– Ты совершенствуешься, – сказал мастер Миямото. – Рад видеть это.

– Спасибо, – сказал Валериан. – Это тяжело, но думаю, что у меня начинает получаться.

– Это займет время, – согласился Миямото. – Без усилий ничего хорошего никогда не получится. Припоминаю, что говорил твоему отцу то же самое.

Случайное откровение вызвало у Валериана жгучий интерес, поскольку до сего момента наставник никогда не упоминал об отце. Мастер Миямото появился через несколько недель после того, как Валериан с матерью сбежали с Умоджи. Учитель сообщил Юлиане, что его нанял Арктур Менгск. В его задачу входило наставление мальчика, как в военных, так и в общеобразовательных дисциплинах.

Наглость Арктура вывела Юлиану из себя, но решение не подлежало обсуждению. Менгск-старший с трудом уговорил мастера Миямото оставить должность в Стирлингской академии и за солидную зарплату обучать мальчика. И только желание Валериана заслужить одобрение отца убедило Юлиану позволить Миямото остаться.

– Вы учили моего отца обращению с мечом? – спросил Валериан.

– Учил, – кивнул Миямото. – Он бросает длинную тень, Валериан, но я надеюсь, что ты сможешь избежать ее и реализовать личный потенциал.

– Готов поспорить, он хорошо владел мечом, – сказал Валериан. – Его комплекция идеальна для сражений.

– Он был прекрасным фехтовальщиком, – признал Миямото. – Он был силен и выиграл большинство поединков еще до того, как был нанесен первый удар.

– Как это?

– Сражение – это больше, чем просто владение мечом, – сказал Миямото. – Чаще всего, человек побеждается собственными сомнениями.

– Не понимаю.

– В любом споре оружия, где жизнь и смерть зависят от его исхода, большинству людей от страха кажется, что противник более сильный, более быстрый и более умелый, – объяснил Миямото. – Сомнения только усиливают подобные волнения. Чтобы победить, у тебя должна быть абсолютная вера в свои силы. В голове не должно остаться никаких сомнений.

– Это то, чем пользовался мой отец?

Миямото поднялся, словно сообразив, что сказал слишком много.

– Да, у твоего отца была абсолютная вера в свои способности. Но победа – не единственное мерило мужчины.

– Не единственное?

– Нет, не единственное. Еще есть честь. Мужчина может потерять все, что имеет, однако свою честь он должен сберечь. Нет ничего более важного. Всегда помни это, Валериан. Вне зависимости от того, кто будет наставлять тебя, и твой отец в том числе.

– Честь более важна, чем смерть?

– Абсолютно, – сказал Миямото. – За некоторые вещи стоит умереть.

– Например?

– Защита высоких идеалов или борьба с угнетением. Благородный человек всегда должен твердо стоять перед лицом тиранов, что господствуют над слабыми. Со злоупотреблением властью всегда нужно бороться, и люди чести не бездействуют, в то время как многие позволяют существовать такому злу.

– Точно как мой отец, – гордо сказал Валериан.

Мастер Миямото поклонился мальчику.

– Нет, – сказал он печально. – Не как твой отец.

* * *

Валериан снял тренировочную одежду и бросил ее на пол спальни. Потом схватил полотенце и направился в ванную. Повернув кран, он отступил от ванны, избегая холодной воды, которая забулькала и полетела брызгами из душа. В конце концов вода нагрелась, и Валериан встал под горячий поток.

Весь прошедший год он с матерью провел на Икаре-IV. Валериан пристрастился к водяному душу в отличие от ультразвукового, каким он всю жизнь пользовался на Умодже. Горячая вода расслабляла мышцы и освежала. Испытать подобное при процедуре вибрационного удаления с тела молекул грязи и омертвевшей кожи – просто невозможно. Пусть в целом использовать воду таким образом расточительно, Валериан решил, что получаемый эффект того стоит.

Мальчик вышел из душа. Прежде чем обтереться полотенцем, он на мгновение замер перед ростовым зеркалом на двери, чтобы оценить себя. Ведь он был молод, его тело быстро развивалось, и торс с каждым днем становился все прокачанней. Каждое утро он бегал в сопровождении группы солдат. Шестикилометровая пробежка вдоль охраняемого периметра Умоджанского аграрного комплекса благотворно влияла на выносливость, и пареньку это нравилось.

Валериан напрягал мускулы, позировал перед зеркалом и представлял, что он этакий могучий межпланетный герой, совсем как папа. Несмотря на слова мастера Миямото, Валериан гордился тем, что делал отец.

Он вернулся в свою спальню. Комната утопала в различном хламе – книги, медиакниги, незаправленная кровать, куча потертых кожаных чемоданов, набитых одеждой. Коллекции окаменелостей, камней и инопланетных артефактов красовались в шкафах-витринах, на стенах висело антикварное оружие.

Оружие принадлежало предыдущему владельцу особняка. Вообще эта резиденция стала лучшим жильем, в каком беглецы останавливались после того, как покинули Умоджу. Валериан буквально влюбился в оружейную коллекцию и решил не снимать ее. Мальчик как-то спросил мастера Миямото, можно ли ему потренироваться с каким-нибудь экзотическим оружием, например, с ятаганом, глефой или фальксом, но наставник не разрешил брать в руки оружие до той поры, пока Валериан не научится обращаться хотя бы с мечом.

Однако и просто обладать этим оружием было неплохо. Поскольку возраст многих экспонатов тянул на сотню-другую лет, коллекция давала Валериану ощущение связи с прошлым. В чем-то она помогала осознать то, что и в далеком забытом прошлом существовали инопланетные цивилизации. Представить себе, что такое миллионы лет – сложно, а эпоха в сотни лет вполне укладывалась в голове, и с помощью таких небольших интервалов Валериан получал представление о бо́льших промежутках времени.

Валериан расчистил место на кровати, надел шаровары и синюю рубашку из дорогого шелка. Взяв копию «Книги Достоинств», что дал ему мастер Миямото, он сел на кровать и приступил к чтению. В отличие от большинства других книг, эта была несколько старомодной: с бумажными страницами, кожаным переплетом и надписью на внутренней стороне обложки. Надпись была сделана иероглифами, поэтому Валериан не знал, что там написано.