Синергия - Владимир Кучеренко

«Virtu» тоже не взял, хоть на нем и стоит, как уже успел заметить, дорогостоящий антипеленгационный софт. Просто если попаду в западню во время изъятия денег за работу, которую не совершал, то предъявить мне будет практически нечего. Скажу, дескать, попросили принести конверт (пакет или что там еще может лежать?). Кто попросил? Незнакомый старичок – у него спину радикулит прихватил. Где он? Да вон же, на той скамейке сидит… Ой, уже куда-то исчез! А что случилось-то? Преступник? Что вы говорите? Ай-а-й-ай… Ну и так далее, отбрешусь как-нибудь.

К Южно-Юлианскому ж.-д. вокзалу добрался только в районе часа дня. Но не стал стремглав бросаться к ячейке Л-48, а спокойно оставил мотоцикл на автостоянке, чинно прошел к буфету и отстоял длинную, поскольку время обеденное, очередь. Затем присел со стаканчиком растворимого кофе и завернутыми в целлофан бутербродами так, чтобы обозревать весь суетящийся около камер хранения народ, и принялся тщательно пережевывать холодный сыро-хлебо-масло-колбасный конгломерат, запивая его маленькими глоточками горячего бодрящего напитка, и пристально наблюдать за происходящим.

Пятнадцатиминутное стояние в очереди и двадцатиминутное поглощение пищи не выявили ничего подозрительного, и я решился. С покерфейсной миной двинулся к стеллажам с запертыми металлическими шкафчиками. На дверце нужного мне начертаны литера «Л» и число «48». Я-то приметил его давно, но для пущей естественности замер, не доходя пяти шагов, и еще пару секунд вертел головой, типа в поисках. Затем слегка наморщил лоб, вспоминая код, и ввел заветные единицу, пятерку, два нуля, семерку. Подергал ручку. Заперто! Не понял. Снова нажал на табло 1-5-0-0-7. И опять облом!

Прохаживающая неподалеку парочка парней в униформе и с дубинками настороженно покосилась на меня, о чем-то перешепнулась и стала торопливо приближаться.

«Засада! Так и знал! Бежать! Еще успею!» – пронеслись первые панические мысли. А потом я звонко стукнул ладошкой по забывчивой башке:

«Код: не пятнадцать ноль-ноль-семь, а семнадцать ноль-ноль-пять!»

Как только ввел правильные цифры, замок ячейки щелкнул.

– Деточка, у тебя все в порядке? – заметив мой комароприхлопывательный жест, проскрежетала старушка-НПС, топчущаяся в метре левее.

– Да, бабуль! Память просто дырявая, – улыбнулся я, извлекая из отворенного ящика туго набитый конверт и засовывая его во внутренний карман куртки.

– Ой, деточка, да какая же она дырявая в твои-то годы? Это я склеротичная кошелка, а у тебя знания в головушке могут не держаться только из девичьей памяти, – своевременно напомнила мне о поле ОзорНяшки не в меру разговорчивая бабуся, потому как я чуть не ляпнул: «Пароль забыл!» Она-то, может быть, и списала неверное окончание на глухоту, однако двух приближающихся молодчиков, один из которых реальный игрок, такая оговорка наверняка заинтересовала бы. – Знаешь, что такое?

– Догадываюсь.

– Признавайся, влюблена в кого-то? – лукаво подмигнула приставучая старуха.

– Ага! По самые уши! До свидания! – ответил я далеко не новой женщине и, стараясь, чтобы мое частое цоканье каблуками не напоминало бегство, двинулся в обратную от находящихся уже в непосредственной близости стражей закона сторону.

Те, как мне показалось, тоже ускорили ход и даже пробубнили что-то в рацию.

Проклятье!

«Может, сейчас, когда окажемся вне зоны видимости, сбросим конверт в мусорную корзину?» – предложила мудрая Сова.

«Угу! Щаззз!!!» – скрутил кукиш Хомяк. И его мнение пересилило.

Избавляться от нажитых непосильным трудом денег я не хотел, а вот попытаться затеряться в толпе после поворота за угол попробовал. И почти получилось! В принципе, это не сложно реализовать тому, кто управляет худенькой девушкой среднего роста в человеческой массе, где бо́льшую половину составляют мужчины, которые гораздо шире и выше ОзорНяшки. Однако какой-то беспардонный идиот с волосатыми пальцами и блестящей лысиной обернулся мне вослед, протяжно присвистнул и громко воскликнул:

– Вот это задница! Я бы три смены отстоял за таким станком!

Признаю, обтянутая кожаными штанами кормовая часть моего персонажа, регулярно занимающегося физкультурой, действительно представляет для самцов аппетитное зрелище. Но зачем об этом орать на весь вокзал?

Естественно, брачный вопль озабоченного орангутанга и ехидные усмешки окружающих привлекли растерянно застрявших и озирающихся на перекрестке полисменов, и я снова попал в поле их зрения.

При иных обстоятельствах я бы непременно остановился и зарядил хаму либо в табло, либо по желудям, либо и то и другое сразу. Но сейчас вступать в какие-либо открытые конфронтации крайне нецелесообразно, а потому молча стерпел оскорбление и продолжил движение к стоянке.

Полицейские приотстали. Неужели отчитывают волосатопалого лысача за хулиганское поведение? Не верю. А впрочем, я же в сказке.

Ну, вот и моя Хаябусечка! Завел мотор, надел шлем, и… услышал властный голос за спиной:

– Гражданочка, можно вас на минуточку?

Обернулся. Двое. Те самые. Черт! Как же они так быстро тут очутились? Хорошо хоть без подкрепления. Если что, вырублю обоих на раз-два. Первый, который не игрок, отдал честь и представился:

– Транспортная полиция, старший сержант Самсонов!

Напарник его тоже на мгновение приставил кончики пальцев к виску и продолжил с нездоровой жадностью пожирать меня глазами. Маньяк какой-то прям.

– А в чем, собственно, дело? – спросил я, но двигатель не заглушил, готовый в любой момент выжать из «Судзуки» обещанные производителем сто кэмэ в час за три секунды. Или лучше сперва нокаутировать их, чтобы не сразу кинулись в погоню?

– Обычная проверка документов. Скорее всего, мы обознались. Но все же можно взглянуть на ваш паспорт?

Ах, как же здорово, что все фальшивое предусмотрительно оставлено в Южно-Юлианске!

– Да, вот, держите, – как можно миролюбиво ответил я и протянул удостоверение личности.

Старший сержант Самсонов развернул бумаги, геймер тоже внимательно поглядел на написанное там и… не пойму, обрадовался, что ли?! Но чему!

Напряжение нарастало. Я уже почти прицелился, кому из текущей моей позиции заеду пяткой в переносицу, а кому просто сверну шею, как оба патрульных снова козырнули, и тот, который неискусственный, вежливо поинтересовался:

– Извините, пожалуйста, но вы в самом деле та самая легендарная ОзорНяшка?

– Э-э… что… кто… какая я? – с трудом сдержавшись от начала атаки и плохо соображая, что только произошло.

– Ну, которая чемпионка по панкратиону? – пояснил парень в форме, согнул локти и сымитировал пару боксерских движений.

– А-а ну… как бы да.

– А можно попросить у вас автограф?

– Конечно-конечно, – закивал я, принимая протянутые ручку и блокнотик. – А что именно написать и для кого?