Сколково. Хронотуризм. Книга 1 - Всеволод Глуховцев

Виктор Андреев. Отражение

Он открыл глаза и понял, что в комнате кто-то есть.

А в следующий миг понял, что комната изменилась. Она раздвинулась так, что стены и потолок исчезли в необъяснимо неподвижной, мертвой тени.

Виктор лежал не моргая, почти не дыша и не решаясь обернуться. И Голос тотчас подтвердил ему это:

— Не стоит. Незачем.

— Это почему? — с трудом выдавил Виктор, и тут же в нем вспыхнул дух противоречия: ишь ты, командует он, чего мне можно, чего нет!.. Назло Голосу он обернулся — и увидел то же голое пространство, уходящее во тьму.

И ему почудилось, как нечто беззвучно рассмеялось над ним:

— Ну что? Убедился?..

— Кто ты? — спросил он.

— Кто я? Я тот, кто не отбрасывает тени. Можно считать, что я сама тень. Как больше нравится.

— Никак, — буркнул Виктор.

— Ну-у, брось. Что за обывательский настрой! Неужели ты не догадываешься, ради кого затевалась вся эта история?..

Виктор промолчал.

— Ну да, да, — сочувственно молвил Голос. — Ради тебя! Вспомни: ведь именно к тебе, ни к кому-нибудь другому подошел Коротин. И тебя заинтересовали его обстоятельства, и ты втянулся. А он продолжал делать свое дело, и потому там, в прошлом, он встретил Данько, затем Ломова, и эта зацепка потянула ход событий дальше, вплоть до вашего последнего разговора… И что же, это все просто совпадения плюс логика?.. Не-ет, он неглуп, этот Коротин! Он многое понял, и согласись, вряд ли стоит считать случайностью то, что вы так успешно шли по следу, настигли объект в самый миг самоубийства и вам досталась его исповедь. Как-то уж слишком для череды совпадений, не правда ли?.. Так что Коротин свою задачу выполнил. Но нам нужен не он, а ты! Да, ты. Ты и сам не подозреваешь еще, кто ты есть и как ты одарен, кем можешь стать… Кем призван стать — так точнее, не правда ли? Подобных тебе на Земле единицы. Вы живете в разных странах, за тысячи верст, ничего не зная друг о друге. Придет время, узнаете. Но главное не в том. Главное — что мы знаем о вас и не забываем никогда…

— Как о Нежданове? — зло оборвал он.

И вновь незримый смех прокатился по тени.

— Дался же тебе этот Нежданов! Ну что он такое? Да, мы работали с ним. Но это была просто одна из попыток в цепи проб и ошибок. Хотя свое дело она, безусловно, сделала и путь в нужном направлении проложила. Нет, нам нужен ты и только ты! И мы нужны тебе.

— Кто это — мы?

— Да ты ведь спрашивал уже. Мы — те, кто не отбрасывает тени. Мы те, кто видит игру отражений. Те, кто сводит и разводит пути. Те, кто умеет заглянуть за горизонт. Кому ведомо бескрайнее. Кто волен казнить и миловать! Кого должно любить! Пред кем должно падать ниц!..

Слова били в мозг, как пушечные ядра. Виктор зажмурился, затряс головой, стремясь сбросить дурное наваждение… Прочь! Сгинь!

Виктор Андреев

Он вздрогнул и проснулся.

Комнату заливало нежно-сиреневое марево самого раннего рассвета — время «третьих петухов», как говорят в деревнях.

Виктор сел. Голова была тяжела, чуть-чуть еще болела.

«Чего это меня вздернуло в такую рань?» — подумал он.

На душе было муторно. Что так?.. А, приснилось, видать, что-то, какая-то чушь. Он попробовал вспомнить, что привиделось, но не вспомнил. «А! — отмахнулся. — Вздор! Пройдет».

Он встал, вышел на балкон. Рассветная свежесть хлынула в лицо, в ноздри, в легкие… Хорошо! Жить хорошо, и к черту всю эту душевную муть. Главное — самое главное в мире! — вот оно, этот летний рассвет, а еще то, что за ним непременно взойдет солнце.

Приложение

Тарифы на путешествия в прошлое