Иней - Антон Чернов

— Прекрасно, господа. Жду перевода. Было приятно иметь с вами дело, — скалился я. — И жду хвалебных отзывов о нашем сотрудничестве, — совсем гадко улыбнулся я. — Ну, мы поняли друг друга?

— Поняли, лорд Форфис, — вразнобой с мордами, исполненными корпоративными страданиями выдали оба корпа.

Денюжка была перечислена, грела желудок и его окрестности, так что корпов я послал. Вежливо и без мата.

Лори и ракетчики Могильщика были на Кистене. Причём правильность их выдёргивания с планеты показала практика — эти герои нахрен вырубились ещё в челноке и разносились, в дрыхнущем виде, по каютам рачьём.

Так что я отдал борткомпу команду на старт, связался с Дживсом, убедился, что уставшая Нади спит в нашей каюте. И Котя у себя дрыхнет. Посмотрел на список пленных, вздохнул и решил — не хрен перекладывать ответственность, этот вопрос надо решать самому. И то, что народ отдыхает — только плюс. И направился я в мастерскую.

Где Лори пробудила своё технократическое чудище и… нет, не чахла над трофеями. Она их перебирала, описывала и сияла глазами столь страшно, что я к ней решил не подходить — помахал ручкой и отвёл в сторонку рака донного.

Лори легонечко (чуть не обмочился) взрыкнула, но посягательство на одного рака полезному мне простила. И вернулась к разбору затрофееного.

А я затребовал у донного пару регистраторов Досов, и, пристроившись в уголке за терминалом, просмотрел пару записей. Потёр переносицу, вздохнул.

И понял, что раз уж изначально решил — надо делать.

— Рак, ты со мной, — распорядился я, и направился к тюремному блоку, под который отвели часть пространства Кистеня.

Большинство пилотов… ну посмотрим. Ждёт их и допрос, и… видно будет. Может в Криль, а может и в долговое рабство, и в бордель — смех смехом, но в данном случае накосячили и на такое.

А вот Рыбак, рассуждал я по пути. Ну хер с ним, что меня не любит, бывает. Хер с ним, что я увидев, как он рвётся к центральной отложил кирпичей. Но ложемент Аспида он перекусил напополам. ДО того, как я начал кромсать корпус Рекскенсера.

Так что рыбачий вопрос надо решать, решать самому и сейчас.

— Записывай, рак. Но запись сохранится на моём комме и в борткомпьютере Кистеня. Доступ только у меня и Дживса.

— Слушаюсь, главнокомандующий Краб.

И вошёл я в одиночку, где дрых на полу Рыбак. Впрочем, захват клешнёй зашкирку и вздёргивание его на ноги быстро дядьку пробудили.

— Привет, Рыбак, — поздоровался я.

— Краб… ну… так вышло… — жалко улыбнулся он.

— Пойдём, Рыбак, — потянул я его.

Дядька сопротивлялся не особо, тянулся, а вскоре сгорбился и пошёл сам.

— Знаешь, Рыбак, — начал я, а то уж очень гнетущей была тишина. — Я к тебе очень неплохо относился. Ты классный пилот, я хотел звать тебя в Клешню — до момента, как узнал что ты такой засранец, конечно. И не пошёл бы ты ко мне — нормально бы к тебе относился. Да даже хер с тобой, — махнул я свободной клешнёй. — Ну не понравилось тебе что-то, стал мне гадить. Бывает, отработал бы, как отработают остальные пленники. Но понимаешь, Рыбак, в чём дело, — втолкнул я дядьку в отсек-кессон. — Ложемент моего человека. Раздавленный тобой.

— Краб, я…

— Прощай, Рыбак, — произнес я, разряжая в голову пилота лазерник. — Тело утилизировать в вакууме. Запись сохранить, но, пока никуда не транслировать. Придумаю, как использовать это позже. Война-войной, но я донесу до этих пидарасов, что нельзя вот так просто взять и раздавить моего человека!

— Слушаюсь, главнокомандующий Краб.

И попёрся я на мостик. Вот вроде и… жестокий поступок, но правильно всё сделал. Тут вопрос сложный, неоднозначный. Это не разнесённый в запале Помидором ложемент — а казнь пилота, главы противостоявшего отряда. Так что вариант, где Рыбак просто «погиб во время боя при невыясненных обстоятельствах» — был бы лучшим, если бы не одно «но». Любая сволочь в обитаемом космосе должна знать, что неоправданная жестокость карается! Быстро, мощно и с проворотом!

Уже в гипере народ потихонечку отсыпался, начав праздничные попойки и прочее. А я, без деталей оповестив девчонок и Котю, присоединился к Лори. Наш механик отложила трофеи в сторонку, занявшись ремонтом текущих Досов. Ну и я ей помог, несколько ужасаясь куче трофеев. Это ж, блин, мне колдунствовать не переколдунствовать!

А спутники-регистраторы, обвес на продажу, да гребучие ангары и бункеры, которые мы набрали из уже сделанных заказов — никто не отменял!

Блин, как бы откосить-то, бешенно бегали мысли. Но я превозмог, поправил фуражку с крабом, и напомнил себе, что раз собой назвался — надо клацать клешнями до победного, а не сопли жевать и по норкам прятаться!

Вот с такими бодрыми, позитивными, сулящими беспросветное крабство мыслями я пребывал на мостике Кистеня, когда он ввалился в систему Иней.

— Привет, партнёр, — сходу связался я с Дживсом.

— Приветствую вас, сэр. Поздравляю с успешным и прибыльным завершением вашей авантюры, сэр.

— Угу, спасибо. Тут-то как дела?

— В целом…

— Пираты?

— Пираты, сэр.

— Как же меня, блин, достали эти гребучие пираты, Дживс!

— Понимаю вас, сэр.

— Может живьём сжигать? На медленном огне и транслировать? — с надеждой поинтересовался я.

— Не думаю, сэр, что это снизит количество нападений. А в остальных наших начинаниях — окажет негативный эффект, сэр.

— Да знаю я, блин, — буркнул я. — Ладно, скоро пристыкуемся, разберём трофеи и работать. Работы — тьма, даже не отдохнуть толком после контракта, — посетовал я.