Жизненный цикл - Галуст Баксиян

Она поцеловала его и Даниэля. Мальчик, конечно же, был спокоен, в силу своего возраста он даже не подозревал, как велика опасность положения, в котором он оказался, и как тяжело сейчас его родителям. Сэмюэл посмотрел на часы: прошло еще пять секунд.

Оставалось 40 секунд! О, как ужасно это ожидание, как тяжко оно! Время злостно шутило над ними: его осталось совсем мало, но тянулось оно медленнее, словно желая дольше терзать ожидавших пролета через черную дыру людей.

Осталось 35 секунд! Все тело Сэмюэла покрылось потом, сердце колотилось в бешеном ритме, дыхание все более ускорялось. Воздуха уже не хватало, потребность организма в кислороде не восполнялась должным образом.

Осталось 30 секунд! Каких-то 30 секунд! Целых 30 секунд! Сэмюэл уже не мог разобрать, много это или мало. Мысли, словно вихри, носились в его голове. Он посмотрел на часы.

Осталось 25 секунд! Он снова взглянул на сына, которого держал на руках, снова посмотрел на жену, которая стояла рядом.

Он обнял их крепко, как никогда не обнимал. Он хотел спрятать их, укрыть от опасности, но понимал, что это не поможет.

Осталось 20 секунд! Сэмюэл знал, что только верность математического расчета обеспечит им спасение. «Да при чем здесь расчет? Чудо спасет нас, только Чудо! — мысленно произнес он.

И спросил сам себя: — А что это за Чудо?»

Осталось 15 секунд! Сомнения прочь! Все будет хорошо, все будет отлично! Мама, папа, Сергей… Сэмюэл обращал к ним свое сознание, он благодарил их.

Осталось 10 секунд! Вот и все, почти все! Сэмюэл продолжал обнимать Викторию и Даниэля, он целовал их, а они целовали его. На глазах Виктории появились слезы. Она с доброй улыбкой смотрела на мужа. Взглянув в глаза жене, увидев ее спокойный, преданный и верящий ему взгляд, тот почувствовал, что ему стало легче, он перестал опасаться. Тревоги больше не было. Он осознал, что все будет хорошо, и уже иначе обнял жену и сына. Не так, как обнимал еще несколько секунд назад: теперь Сэмюэл не боялся, теперь он был уверен, что Бог с ними, а раз так, то все будет хорошо! Они спасутся, они выживут и обязательно найдут заветную планету!

— Не надо бояться, родная, — сказал Сэмюэл Виктории. — Богу угодно, чтобы мы спаслись.

— Я совершенно не боюсь, мой хороший, — ласково сказала она. — Мне даже не страшно, Сэмюэл, я верю, что Бог с нами. Это придает мне сил и уверенности в наше будущее.

Они вместе взглянули на часы. Вместе стали отсчитывать оставшиеся до входа в черную дыру секунды: 5 секунд, 4 секунды, 3 секунды, 2 секунды, 1 секунда, все — время пришло! Пауза, которая показалась вечностью…

Сердце Сэмюэла Смита сжалось, он слышал каждый его удар, чувствовал каждое сокращение. Ему показалось, что его сердцу уже не суждено наполниться кровью, так сильно оно вытолкнуло ее из себя и замерло. Казалось, прошло уже много времени, но он все еще не слышал работы своего сердца.

«Вот и конец…» — обреченно подумал он.

Сэмюэл взглянул на сына — мальчика он держал на руках — и поцеловал его. А затем посмотрел на жену и крепче обнял ее, прижимая к себе.

«Значит, они погибнут со мной… — подумал он. — Это ужасно! Но хорошо, что и здесь мы будем вместе».

Но вдруг раздался приятный и добрый женский голос.

— Капитан, мы в межгалактическом гиперпространственном тоннеле, — доложила Анжелина, и Сэмюэлу Смиту показалось, что красивее ее голоса он ничего не слышал. — Ваши расчеты оказались верны, черная дыра — это действительно ворота в другие галактики.

Прошло довольно много времени, прежде чем он осознал значение того, что сообщила Анжелина. Слезы полились из глаз Сэмюэла и Виктории. Они испытали такое счастье, какого не знали никогда прежде. Они снова обняли друг друга, поцеловали Даниэля, и Сэмюэл опустил сына на пол. Мальчик постоял рядом с родителями пару секунд, а потом, по обычной манере детей, отправился на разведывание комнаты.

— Спасибо! — одновременно произнесли Сэмюэл и Виктория, обращаясь к тем, кому все обязаны жизнью — к Гарри, Сергею и Лилии.

«Мы спасены», — подумал капитан «Оазиса».