Эксцессия - Иэн Бэнкс

Возможно, если бы они могли строить машины, которые позволяли бы им путешествовать на высоких скоростях по поверхности их планеты (а, собственно говоря – и их вселенной) то они могли бы обогнуть планету и вернуться к исходной точке, с которой отправились в круиз. Еще более вероятно, что они могли бы прийти к этому умозаключению чисто теоретически, не совершая такого турне. В любом случае, они бы пришли к выводу, что вселенная замкнута и искривлена, и что в ней должно присутствовать третье измерение, даже если у них не было к нему никакого практического доступа. Знакомые с идеей круга, они могли бы окрестить форму своей планеты-вселенной “гиперкругом”. Трехмерные люди могли бы, конечно, называть это сферой.

Такая же ситуация была и у существ, живущих в трех измерениях. В определенный момент развития любой цивилизации приходит понимание, что, если пересекать пространство по идеально прямой линии, то в конечном счете все равно вернешься в точку, с которой начал продвижение. Их трехмерное пространство по сути является четырехмерным. Знакомые с понятием сферы люди, естественно, назвали бы ее форму – гиперсферой.

Рано или поздно все цивилизации, как двумерные, так и трехмерные, приходят к пониманию, что пространство не просто свернулось в гиперсферу, но и продолжает расширяться, постепенно разрастаясь, как мыльный пузырь на кончике соломинки, в которую кто-то дует. Какому-нибудь четырехмерному существу, наблюдающему эту ситуацию со стороны, с достаточного расстояния, трехмерные галактики казались бы крошечными устройствами, микросхемами, впечатанными в поверхность растущего пузыря, и каждое удалялось бы от других по мере разрастания этого пузыря. Однако – подобно радужным узорам на поверхности мыльного пузыря – они двигались бы, скользя по этой поверхности.

Конечно, четырехмерная гиперсфера не имеет своей “соломинки”, в которую вдувается воздух извне. Гиперпространство расширяется само по себе, как четырехмерный взрыв, с тем только усложнением, что некогда оно было просто точкой, крошечным семенем будущей вселенной. Этот взрыв создалили, по крайней мере, произвел на свет – материю и энергию, время и физические законы. Позже эта сфера стала охлажденной, упорядоченной, организованной, трехмерной вселенной.

В конечном счете, в процессе технологического развития общества, после некоторого ограниченного доступа в гиперпространство, более теоретического, чем практического, приходит понимание, что мыльный пузырь не одинок. Растущая вширь вселенная расположена внутри другой, большей по размерам, которая, в свою очередь, замкнута в пространственно-временной сфере еще большего диаметра, если определение диаметра вообще уместно для таких величин. То же самое применимо для вселенной, в которой вам выпало родиться: есть меньшие, младшие вселенные, содержащиеся в ней, гнездящиеся в ней, точно слои бумаги вокруг много раз обернутого шарика-подарка.

В самом центре всех концентрических, раздуваемых вселенных расположено место, откуда все они произошли, откуда то и дело выныривает новый космический шарик, готовый взорваться новой вселенной. Таким образом, вселенные возникают, точно выхлопы из некоего гипотетического двигателя внутреннего сгорания.

Более того: усложняясь до семи и более измерений, мы получаем некое гигантское возвышение: тор, на коем трехмерная вселенная может быть описана как кольцо на детской пирамидке. А вверху и внизу – большие и меньшие по размерам кольца, с целыми цивилизациями внутри такой мета-реальности… но хватит, хватит, ни слова больше – и так достаточно на нынешний момент.

Каждому хотелось бы узнать, каким образом можно проникать по этой детской пирамидке от одного кольца в другое. Ведь при этом между двумя вселенными – кольцами разных размеров не остается ничего, кроме просто пустого гиперпространства: и эта штука называется энергетической решеткой. Она полезна, ее можно использовать – ее полосы могут помочь усилению скорости кораблей, и она же может использоваться как оружие но она же является препятствием и совершенно непознаваемым материалом. Определенно, с энергетической решеткой как-то связаны черные дыры, за которыми, возможно, лежат новые вселенные. Но никто еще не проник в них, а уж тем более – не вернулся оттуда в узнаваемой форме. К тому же, давайте не забывать про то, что есть и “белые” дыры: мощные источники стремительно распространяющейся энергии, расположенные во вселенной. Они “работают” с мощностью, равной миллионам солнц, и также, по всей видимости, как-то связаны с решеткой… однако ни тела, ни корабля, ни даже какой-либо информации не выпорхнуло их этих жадно распахнутых ртов, ни чего-либо, похожего на хотя бы воздушную бактерию, ни слова, ни языка, только несвязный поток изливающихся водопадом энергий и сверхэнергетических частиц.

ОКБ “Рок, Поддающийся Изменениям” висел в космическом пространстве. Он был локально стационарен по отношению к Эксцессии. Эксцессия была так же статична, имея в виду ее положение к звезде Эспери. Загадочная сущность разместилась там в нескольких световых минутах пути – точка на ткани реального пространства, связанная с низшим слоем энергетической решетки.

Последние две недели Эксцессия делала в точности то, что она должна была делать: то есть – ничего. “Рок, Поддающийся Изменениям” произвел все стандартные замеры, но ему усиленно рекомендовали не делать ничего лишнего. Никаких прямых контактов, даже зондами, малыми судами или дронами.

Приятно находиться в центре внимания, когда каждый хочет расспросить тебя о новонайденной штуковине. Куда хуже быть у всех на виду, сознавая при этом, что с тобой не особо считаются.

Уже давно он стал отделываться дежурными рапортами, не стараясь, чтобы они были, как вначале, интересными и оригинальными.

Он устал. Он был в постоянном напряжении, страх сковывал его.

Он ждал. И наблюдал. А вместе с ним ждал весь его флот модулей и сателлитов, несколько дронов для операций в открытом космосе и множество дополнительных устройств, сконструированных им специально для этой цели. Все это также плавало вокруг в космическом пространстве, наблюдая и выжидая. Внутри, за обшивкой судна, экипаж обсуждал ситуацию, изучал данные, приходящие на экран от сенсоров корабля и небольшого облака умных машин. Корабль уже создал для психологического комфорта экипажа несколько компьютерных и интеллектуальных игр. Он ждал с минуты на минуту прибытия других кораблей.

Через 16 дней после того, как судно Культуры наткнулось на Эксцессию, в этом районе появился неизвестный корабль. Его присутствие было тут же замечено целой батареей сенсоров “Рока, Поддающегося Изменениям”. ОКБ тут же сообщил о случившемся “Этическому Градиенту” и “Никаких Открытий”, закрепив свой следящий сканер на приходящий сигнал. Он начал пробную реконфигурацию своей дистанционной сенсорной платформы, неторопливо двигаясь навстречу незнакомцу. При этом он огибал Эксцессию на безопасном расстоянии.

Он послал стандартный сигнал запроса. Судно называлось “Печальный Консул”, это был корабль исследовательского класса Зететиков-эленчи Клана Старгейзеров Пятого Флота. “Рок, Подвластный Изменениям” почувствовал облегчение: эленчи были друзьями.