Если движется небо - Евгения Духовникова

– Я не шпион, – с жаром возразила она, стараясь, чтобы это прозвучало убедительно и в то же время с отчаянием понимая, как неправдоподобно и жалко это выглядит.

Сидящий перед ней орнитт не спешил вступать в диалог, видимо, давая ей возможность продолжить. Фелис было неловко обращаться к нему, не зная имени, но у орниттов, в отличие от людей, бытовали совершенно иные правила на этот счёт. Назвать своё имя – значит, проявить к собеседнику уважение и доверие, а главное – дать понять, что и он может доверять тебе. Даже ничего особо не значащее имя-первого-порядка орнитты не спешили раскрывать с бухты-барахты первому встречному.

– Обыскать, – коротко бросил хозяин корабля, и прежде чем девушка успела опомниться, содержимое её рюкзака и карманов было изъято и предъявлено толстому орнитту.

Босс обстоятельно, не торопясь оглядел нехитрое имущество: косметичку, термокружку, банковскую карту, неизвестно как сохранившийся корешок ваучера перелёта "Альбедо – Лайма", авторучку с фонариком и, конечно, злополучный трофей, задержавшись взглядом лишь на последнем.

– Что внутри?

– Флешка, – Фелис невинно хлопнула ресницами, но голос предательски дрогнул. – В экранирующем кейсе.

Орнитт издал неопределённый звук, но ничего не сказал.

– Я действительно оказалась на вашем корабле случайно, – медленно проговорила Фелис, не забывая про труднопроизносимые почтительные суффиксы. – Планета начала аннигилировать, а покинуть планету было единственным способом спастись.

Когда она упомянула об аннигиляции, сидевший перед ней орнитт громко и выразительно фыркнул.

Я говорю правду, поверьте, – горячо воскликнула Фелис, расценив его реакцию как выражение недоверия. – Я уже наблюдала подобное... на Лайме!

– Корабль строго охранялся, – заметил босс как бы невзначай. – Видимо, мне стоит сменить охрану? Что скажешь, человеческая самка?

Фелис вспыхнула, но промолчала, вовремя сообразив, что обижаться на "самку" бессмысленно: в языке орниттов это слово не несло оскорбительной смысловой нагрузки да и вообще не содержало никакого негатива.

– Ты сумела найти способ проникнуть внутрь и остаться незамеченной, – орнитт многозначительно поднял вверх суставчатый палец с длинным изогнутым когтем, не сводя с Фелис цепкого, как репей, полного невысказанных подозрений взгляда. – Ты спряталась в грузовом отсеке. Ты понимаешь наш язык и даже говоришь на нём. И при этом смеешь утверждать, что оказалась здесь случайно? Поразительная бесхитростность...

– Я приношу извинения за своё вторжение. И готова оплатить... перелёт, – сбивчиво пробормотала Фелис, от всей души надеясь, что босс орниттов не оценит трансфер внезапно выявленного "зайца" в неподъёмную сумму, – денег у неё оставалось совсем немного.

Толстый орнитт хрипло рассмеялся.

– А тебе удалось меня позабавить, человеческая самка. Вижу, тебя прекрасно подготовили. Только вот я не из тех, кто верит всем подряд на слово... А уж чужим – тем более. Иначе я бы здесь не сидел.

Он взял её карточку – двумя пальцами, с демонстративной, нарочитой брезгливостью. – Фе-лис Шан-те-клер, – по слогам прочёл он, после чего не глядя, сунул карту одному из своих помощников, моментально нарисовавшегося рядом. Орнитт понимающе кивнул и куда-то умчался.

– А теперь, дорогуша, давай-ка поговорим начистоту. Что тебе поручил Ля-фа?

Фелис открыла рот и тут же захлопнула его, лихорадочно соображая, что ответить.

Ля-фа. Судя по имени, минор, причем не рядовой представитель своей расы – аристократ. А значит, всеми уважаемый господин, имеющий и власть, и авторитет. Но кто он такой, какое отношение имеет к Птеросу и чем не угодил местным, она не могла даже предположить.

Мысли неслись вскачь, путаясь и дезориентируя, но в итоге девушка не нашла ничего лучше, чем ответить как есть:

– Я не знаю, кто такой Ля-фа. И не имею к нему никакого отношения. И мне уж точно никто ничего не поручал.

– Миноры вздумали развалить Юнивёрс, уничтожить полмира, прибрав к рукам остатки, – скрипуче отозвался босс. – А у Ля-фа оказался инструмент, способный претворить в жизнь их коварные планы. Звучит как утопия, знаю. Я раньше тоже так думал – но ты сама видишь что творится.

– Так за всем этим ужасом стоят миноры?! – ошарашенно ахнула Фелис, забыв на мгновение и о том, кто перед ней, и о своём незавидном положении – настолько потрясла её эта новость. – Не может быть...

– Ещё как может, – жёстко припечатал толстый орнитт. – Они затеяли какую-то хитрую многоходовочку и наверняка учли все детали. Миноры – превосходные аналитики и стратеги. Помяни моё слово, они ещё всё это дело вывернут, будто они и вовсе не при делах, переведут стрелки, виноватым выставят других, а сами отмажутся и выйдут сухими из воды... А ты, как я погляжу, ни сном ни духом?

Фелис оторопело глотала воздух. На глазах выступили слёзы, она сердито вытерла их кулаком.

– Я не могу... не могу поверить, что миноры способны на подобное вероломство, – растерянно пробормотала она. – Мирная раса, ценящая жизнь и не приемлющая разрушение... в любом виде. Это невозможно, невообразимо!

В отличие от орниттов, да и чего греха таить, от людей, добавила она мысленно. Вслух она этого, конечно, не произнесла. Вместо этого тихо пробормотала:

– Что же теперь будет?

– Известно, что: война будет. Впрочем, война уже идёт, насколько мне известно. А уж кто кого... Поживём – увидим. Мне об этом рассусоливать некогда: надо дело делать. Пока недоумки выясняют отношения, умные и находчивые ищут выгоду. На любой ситуации можно заработать... если держать нос по ветру и не щёлкать клювом. Так ведь?

Фелис машинально кивнула, усиленно переваривая информацию. В голове клубком голодных змей крутились сотни мыслей – и её собственные беды на их фоне невольно блекли, отступая на задний план.

Вернулся орнитт с её картой. В руках у него был старенький углепластиковый планшет с поцарапанным экраном. Подобострастно склонившись, он молча положил всё это перед боссом и так же молча исчез. Они вновь остались вдвоём.

– Студентка, значит, – толстый орнитт негромко хмыкнул. – И куда же ты хотела долететь на нашем корабле?

Фелис не ответила, всё ещё потрясённая услышанным. Неужели миноры и впрямь причастны к происходящему? Что это, всего лишь предположение? Пустые сплетни и кривотолки? Клевета?

Или правда?

В голосе этого старого, умудрённого годами орнитта была уверенность, замешанная на горькой, злой иронии.

– Решила наняться переводчиком к контрабандистам? – Чёрные глаза весело, молодецки блеснули. – Так у нас с этим всё в порядке. Я и сам неплохо знаю юнивёрс, как видишь.

К кому? К контрабандистам? Боже, куда она на этот раз вляпалась?!

– Мы летим на Кассио-семнадцать, – ворчливо продолжил орнитт. Не буду врать, что это крупный транспортный узел, скорее уж наоборот, и уж тем более не знаю, есть ли там представительство Ойкумены. Но дальше мы тебя не повезём. Не челнок, чай. С аннигилировавшей планеты ты спаслась, – на этих словах он, не выдержав, ещё раз ехидно фыркнул. – А куда дальше отправишься – не моя забота. Да и не моё это дело, если честно. Кредитку свою не забудь... шпионка.