Наша игра - Александр Афанасьев

Дороги давно кончились. Нормальные. Вместо дороги теперь была колея, ведущая в никуда, в пустоту.

В северную пустоту.

Остановились в каком-то бывшем райцентре, теперь совсем заброшенном. Улицы поросли травой, деревянные дома частично выгорели, частично сгнили.

Остановились в здании бывшей районной администрации – оно еще было относительно цело. В одном из кабинетов нашли архив, бумаги там было достаточно для костра…

Согрели еды, поели, попили чаю. Настроение было… не такое плохое, как могло бы быть. Все ощущали свободу какую-то… как будто вырвались из удушающей обстановки города на свободу, на волю.

На следующий день пошли смотреть, что в городе, только парами, потому что могут быть монстры. С Золотовым пошел Тыква.

Прошлись… нашли магаз, но там нечего было брать, все растащили или сгорело. А потом Тыква предложил идею – пошариться по деревяшкам в поисках погребов – там может быть консервное что-то. В третьем им улыбнулась удача – полный погреб всяких солений-варений. И два скелета, видимо, старик со старухой, но это левое.

– Норм… – заключил Золотов, – тут даже тушняк есть. Живем…

– Сань…

– А?

Тыква смотрел на него.

– А ты не думаешь, что нас кто-то сливает…

Золотов поднял банку, которую он достал из подвала – вишневое варение, перенес на стол. Поставил.

– Это ты к чему?

– Да есть темка одна. Я, пока ехал, все думал.

– Ну?

– Помнишь телку ту. Ну что в Москве загнулась, ты еще морду мне хотел бить.

– И что?

– Год спустя я ездил посмотреть, что с ней. Могилу раскопали. Там ничего не было.

Две банки с вареньем они взяли с собой, положив в рюкзаки. Дом пометили. Пошли не спеша назад.

– …может, местом ошибся?

– Да нет… точно это место было. И копали там.

– И что ты хочешь сказать?

– Закапывали ее мы четверо. Если ее там нет – значит, кто-то из нас.

– Кто-то из нас – что?

– Кто-то из нас сдал.

– Кому?

– Кому… ФСБ, кому. Скорее всего, он же и нас сдал в этот раз, тебе так не кажется? Среди нас крыса.

Золотов попытался сосредоточиться на шагах… шаг, еще шаг. Не получалось.

– Смотри, нас как красиво тормознули. Ведь получается, знали.

– Почему тогда нас не приняли?

– А зачем им это? Если так разобраться – им даже выгодно, что мы без шума и пыли слились, свинтили. Иначе бы такое дерьмо всплыло.

– Нормально…

– Это я так, не принимай на свой счет. Но все равно нас было четверо тогда. А этот мутный, которого мы приняли…

Договорить Тыква не сумел – глухо, как-то растянуто стукнул выстрел, и Тыква стал оседать на дороге, клонясь назад из-за рюкзака.

Золотов рванул в сторону, упал в канаву, суетливо схватил автомат, выставил перед собой, готовый к бою.

Откуда?

Следом за выстрелом была тишина. И тихое, едва теплое северное лето.

Откуда…

Спина была мокрой – неужели и он ранен?

Он не сразу понял – разбилась банка…

– Вон оттуда примерно.

Все проследили за пальцем Кондрата. Там, из-за кособоких крыш, виднелся купол церквушки и колокольня.

– Чисто!

Автоматы смотрели на заброшенные образа, на алтарь.

Никого.

Золотов, держа автомат наготове, пошел за Кондратом искать ход на колокольню. Нашли почти сразу… закуток, лестница.

– Порохом не пахнет?

Кондрат втянул носом воздух.

– Да нет вроде.

– Глянь!

Золотов осторожно снял комочек глинистой грязи с лестницы. Показал фактуру – свежая…

Только что…

Чай с варением попить не пришлось. И дело даже не в том, что обе банки с варением разбились.

Не до чая было.

– Как было? – требовательно спросил Попцов.

Остальные кто стоял, кто сидел, и все ждали его слов.

– Нашли погреб с вареньем. Подняли две банки. Думали, чай попьем. Пошли обратно. На обратном пути Тыкву грохнули.

…

– Выстрел был… снайперский. Как бы с глушителем… не знаю. Только один.

Все посмотрели на Кондрата. Тот, ни слова не говоря, протянул винтовку. Салим взял, понюхал ствол.

– Из нее не стреляли, – заключил он.

Так проверили все оружие, по очереди. У всех оно оказалось чистым.

Вечером Золотов нашел момент, подошел к полковнику.

– На два слова.

Они отошли. Все только что поужинали, настроение было ни к черту.

– Ну?

– Тыква… странные вещи говорил.

– Какие?

– Помните ту тему, московскую. Ночную. Ну, когда генерала ФСБ приняли и там малолетка еще от передоза загнулась.

Попцов остро глянул.

– И что?

– Так вот, Тыква сказал, что год спустя он ездил на то место. Могилу кто-то раскопал и трупешника там уже не было.

…

– Место знали мы четверо – Я, Тыква, Салим и Ватник. Больше никто.

Полковник подумал.

– Кому-то об этом уже говорил?

– Нет.

– И не говори. Я подумаю.

– Хорошо.

На ночь все разошлись по кабинетам с оружием и как смогли забаррикадировались.

Утро началось с новых проблем. Салим выглянул в окно и увидел перед зданием администрации труп.

Труп полковника Попцова…

Вчетвером – Золотов, Салим, Ватник и Кондрат – его взяли на руки и внесли в здание. Положили на стол. Ватник, который немного понимал в судебной медицине, как смог осмотрел труп.

В причине смерти не приходилось сомневаться.