Чудес не бывает - Андрей Буторин

Вернулся генерал-ефрейтор Сублюпор и принес лимонно-желтого цвета чемоданчик. Достал оттуда бутылочку с какой-то жидкостью и склонился было над мадам Чу, но Горыныч выхватил из лапы полицейского флакон:

– Дай сюда! Я сам…

– Ишь, раскомандовался тут!.. – проворчал полицейский, но спорить благоразумно не стал.

Брок постарался отвлечься, чтобы случайно не внести в движения тела досадную погрешность, так что Змей без особых проблем сумел выдернуть зубами пробку и сунуть флакончик к каждому носу супруги попеременно. Головы Чучундры в той же последовательности дергались и открывали глаза. Закончив с супругой, Горыныч перешел к Сашеньке. Но та уже очухалась самостоятельно. И уставилась красивыми синими глазами на голову отца, тревожно глядевшую на нее с плеч дракона.

– Папа, ты что там делаешь? – жалобным голосочком спросила Сашенька.

– Да мы вот с дядей Горей породнились, так сказать… Временно, ты не пугайся!..

Но Саша уже испугалась.

– З-зачем?!..

– Ну, мы же нечаянно… Ты Дурилкина Дмитрия Денисовича помнишь?

– П-помню. А при чем тут Дурилкин?..

Брок тяжело вздохнул:

– Так его это рук дело!..

– Пап, ты чего?.. Дурилкин же на Земле!

– Уже нет. К сожалению.

– Ты хочешь сказать, что он здесь?!

– Именно.

– Ой! А ты спросил у него… – Сашенька внезапно замолчала.

– Что? Что я у него должен был спросить?.. – Брок почувствовал, что дочь хочет сказать нечто важное. Очень важное! И он не ошибся…

– Как он сюда попал?.. И знает ли он, как отсюда можно выбраться? – прошептала Саша.

– О-о-ооо!.. – Брок воздел глаза к потолку. – Как же я сам-то… Впрочем, когда бы я успел это спросить?.. Дурилкин усыпил нас какой-то гадостью, а потом – вот… Видишь, что он с нами сделал? И как теперь в таком виде возвращаться?.. Одна надежда, что это всё-таки глюк…

– Не глюк, папа. Увы, не глюк… – вздохнула Сашенька. – Но давай я у него спрошу, если ты не хочешь.

– Да при чем здесь хочу – не хочу! Где теперь этот Дурилкин – вот в чем вопрос!.. Он, гаденыш такой, сбежал!

– Не надо называть плохого человека хорошим, добрым словом! – вмешался Горыныч.

– Ах, да, – спохватился Брок. Он понял, то есть, – уже знал, что имеет в виду друг.

Пока между Сашенькой и Броко-Змеем шел этой неспешный разговор, мадам Чу лишь поводила из стороны в сторону шеями да хлопала глазами. В ее головы до сих пор не укладывалось, что у нее теперь стало как бы два мужа в одной оболочке. Не то чтобы она сильно уж что-то имела против Брока, но быть женой землянина ей не хотелось категорически.

– Горя, – пробормотала она, отведя взгляды от супруга, – а ведь нам теперь с тобой лучше развестись…

– Блин, да что же это за фигня такая?! – сгоряча подмешивая в слова земную лексику, возопил Змей Горыныч. – Стоит дракону попасть в переплет – жены тут же дают стрекача! Это же подло! Разве ты не понимаешь, что это подло?! И перестаньте вы все назывть меня Горей! Что за идиотское имя?!.. Меня зовут Хронический-тонзиллит-левого-горла-и-так-далее!

– Хорошо, Горя… Но ты не подумай, что я собираюсь бросить тебя в беде. Нет, я буду с тобой до конца, ты зря так плохо думаешь обо мне… Просто я не смогу… ну… быть твоей женой… Извини, не смогу!.. Поэтому и предлагаю развестись…

– Дура!.. – буркнул Горыныч, искоса поглядывая на генерала-ефрейтора Сублюпора, которого явно заинтересовал происходящий между супругами разговор. – Говоришь какую-то ерунду!.. И вообще, давай дома это обсудим…

Дракониха всхлипнула:

– Ты никогда не обзывал меня раньше дурой!..

– А ты ею раньше и не была!..

Быстрее всех, как ни странно, пришла в себя юная Сашенька.

– Ладно, всё! – топнула она ножкой. – Прекратите истерику, вы, все! У нас уже бразильский сериал получается, честное слово!.. А нужно срочно решать, что делать дальше. Для начала, ты, Чу, лети-ка домой да увози девчонок к бабушке. Незачем травмировать детские души!.. Бабушке, кстати, тоже правду не говори, скажи, что гости приехали, положить негде. А сама – срочно назад. Мы потихонечку тоже к дому почапаем, подождем лишь, когда сильней стемнеет, чтобы лю… драконов не пугать. Ну а дома устроим военный совет. Всем всё ясно?

– Мне не ясно, – сказал Брок. – Что мы будем делать с моим телом? Оно даже ходить само не может. А ведь ему надо пить, кушать, ну и… наоборот…

– Тоже дома решим. Пока его тоже туда перевезем, конечно. – Сашенька прочно вжилась в роль командира. Говорила четко, твердо, решительно. Брок даже загордился дочерью. А та повернулась к Чучундре и буквально вскипела: – А ты почему еще здесь?! Я кому сказала срочно увозить дочерей?!..

Все сразу зашевелились. Мадам Чу быстро ретировалась, поднялась в воздух и взяла курс к родному дому. Брок Горыныч принялся взваливать на спину неуклюжее, беспомощное тело Брока с одуревшей головой Змея. Генерал-ефрейтор Сублюпор побежал искать скотч, чтобы надежно прикрепить поклажу к спине Горыныча. Саша продолжала руководить, стоя в центре участка и размахивая руками подобно дирижеру. Когда вернулся Сублюпор и примотал несчастное Броково тело к не менее несчастному телу Горыныча, Сашенька прикрикнула и на него:

– А вы вообще собираетесь заниматься своими прямыми обязанностями? Ведь вы, как я поняла, ефрейтор, – не самый младший по должности в полиции?

– Я генерал-ефрейтор! – возмутился Сублюпор. – Я самый главный в полиции! По крайней мере, в этом отделении.

– Тем более. Так чего ж вы стоите, не разыскиваете преступника?!

– Во-первых, – обиженно буркнул полицейский, – это не входит в мои прямые обязанности. Я лишь руковожу процессом, отдаю команды… Вы видите здесь хоть одного полицейского, кроме меня?

– Нет.

– А почему?

– И почему же?

– Потому что я давно уже отправил всех прочесывать город, искать этого вашего профессора.

– Ну, извините, – ничуть не смутившись, сказала Сашенька. – А во-вторых?..

– Что во-вторых?

– Ну, вы же сказали: во-первых, значит, должно быть и во-вторых!..

– А-а!.. Во-вторых, я знаю ответ на один из вопросов, который задавала та маленькая голова…

– Я попрошу без оскорблений! – воскликнул Брок.